Главная

Персоналии

П

Павел	ПАВЕЛ (Paulus) (род. в Тарсе, Киликия – ум. 29 июня 66/67, Рим) – христ. апостол. Призывая к преодолению национальных и традиционных условностей, свойственных иудейскому христианству, стремился превратить христианство в мировую религию; подчеркивал наднациональный характер общества спасения, возникшего на основе веры в Христа. Внедрение в христианство спекулятивных моментов связано у Павла с использованием элементов стоицизма и иудейско-эллинистической философии. Павел ввел в употребление такие применяемые в христ. философии пары противоположных понятий, как тело и дух, закон и благодать, справедливость, добытая трудом, и богоданная справедливость, жизнь и смерть и т. д.
Павлов Иван Петрович	ПАВЛОВ Иван Петрович (род. 14 сент. 1849, Рязань – ум. 27 февр. 1936, Ленинград) — русский физиолог, лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине (1904). В 1890-1914 – профессор в Петербурге. Создатель учения о высшей нервной деятельности (поведении) живых существ, к-рое сложилось под влиянием материалистических традиций в рус. философии, физиологического учения Сеченова, коренным образом преобразовало физиологию и психологию, обогатило медицину, педагогику и др. науки о человеке. При этом П. исходил из принципа эволюционно-биологического объяснения функций организма как целостного образования, главным регулятором деятельности к-рого является нервная система. Начав с изучения кровообращения и пищеварения, он перешел к исследованию поведения организма в целом, механизмов его адаптации к окружающей среде и факторов, под влиянием к-рых он приобретает новые поведенческие формы и реакции. Отклонив представления о том, что указанные процессы определяются внетелесным началом (душой), П. доказал, что осн. актом поведения является условный рефлекс (термин введен П.), реализуемый высшими нервными центрами (корой больших полушарий головного мозга и ближайшей подкоркой). Следуя Сеченову, П. взаимодействие организма со средой мыслил не по типу сугубо механической детерминации, а как регулируемое внешними агентами, выполняющими роль сигналов. Они позволяют организму различать свойства внешних объектов и благодаря этому эффективно действовать в изменчивых условиях среды. Сигналы носят системный характер, причем они образуют две системы: сенсорную (им соответствуют в психологическом плане чувственные образы — ощущения, представления) и вербальную (им соответствуют слова — устные и письменные — человеческой речи). Благодаря вторым сигналам, в результате анализа и синтеза чувственных образов, возникают обобщенные умственные образы (или понятия). Этим определяется качественное различие между поведением животных, поскольку оно регулируется только первой сигнальной системой, и человека, в к-ром обе системы связаны и лишь в случае патологии наблюдается разрыв между ними. Имея биологическую основу, условный рефлекс образован на базе безусловного (определенной потребности). Если сигнал ведет к успеху (подкрепляется), между ним и ответным действием организма образуется связь, к-рая при повторе становится все более прочной. Тем не менее она является временной и если в дальнейшем не подкрепляется, то благодаря нервному процессу торможения гаснет. Организм постепенно учится различать сигналы (процесс дифференцировки). Знание этих процессов позволяет причинно объяснять, предсказывать и модифицировать поведение. Тем самым было доказано преимущество детерминистского и объективного подхода к нему в противовес концепциям, исходящим лишь из субъективного метода анализа сознания. П. и его школа всесторонне изучили динамику образования и изменения условных рефлексов, открывшую механизмы мн. нервно-психических проявлений, в т. ч. невроза. Вопреки утверждению, будто он представляет организм только чисто механическим устройством, реагирующим на внешние толчки, П. отстаивал активный характер поведения. Условные рефлексы предполагают деятельность головного мозга по анализу и синтезу раздражителей, ее неотделимость от внутренних побуждений (потребностей) организма. П. изучал и др. рефлексы, в частности ориентировочный, или, как он его называл, рефлекс "что такое". Организм как бы непрерывно задает этот вопрос окружающему миру, стремясь выяснить значение ситуации, в к-рой он оказался, и наилучшим образом "вычислить" то, что представляет для него наибольшую ценность. П. выдвинул учение о различных типах высшей нервной деятельности, о динамических стереотипах как устойчивом комплексе реакций и др. Отношение П. к психологии изменялось в различные периоды творчества. В течение ряда лет он считал, что областью психологии является внутренний мир сознания субъекта, и на этом основании запрещал сотрудникам применять психологические понятия, чтобы не отступать от строго объективного объяснения наблюдаемых фактов. В итоговых же работах он исходил из того, что условный рефлекс следует считать столько же физиологическим, сколько и психологическим явлением. Учение П. имеет важное мировоззренческое и методологическое значение, выраженное в утверждении объективного метода исследования сложнейших жизненных процессов и доказательстве целостности организма как системы, внешние и внутренние проявления деятельности к-рой нераздельны. П. мужественно и последовательно выступал против идеологических репрессий, отстаивая право ученого на творческую свободу. В 1950 г. по личному указанию Сталина прошла т. наз. "павловская сессия" Академии наук СССР и Академии медицинских наук, где по обвинению в отступлении от учения П. была учинена расправа над его независимо мыслящими, наиболее преданными ему учениками (Л. А. Орбели и др.). Работами П. был углублен детерминистский подход к исследованию поведения организма. Однако его нельзя считать редукционистом. Говоря о человеке, он признавал исключительно важную роль сознания в его саморазвитии и саморегуляции его поведения. Творческие открытия П., по свидетельству В. И. Вернадского, позволяют говорить о нем не только как о естествоиспытателе, но и как о глубоком мыслителе. Соч.: Поли. собр. соч.: В 6 т. М.; Л., 1951—1952. «Лекции о работе главных пищеварительных желез» (1897); «Двадцатилетний опыт объективного изучения высшей нервной деятельности (поведения) животных. Условные рефлексы» (1923); «Лекция о работе больших полушарий головного мозга» (1927) и др. Лит.: Анохин П. К. И. П. Павлов. Жизнь, деятельность и научная школа. М.; Л., 1949; Асратян Э. А. И. П. Павлов. М., 1981.
Павлов Михаил Григорьевич	ПАВЛОВ Михаил Григорьевич (1793, Воронеж — 03(15).04.1840, Москва) — философ и естествоиспытатель. В 1813 г. поступил в Харьковский ун-т, но через год перешел на Московское отд. Медико-хирургической академии, а затем — в Московский ун-т, закончив в 1816 г. математическое и медицинское отд. В 1818 г. П. защитил докторскую диссертацию, затем уехал за границу для усовершенствования своих знаний. С 1820 г. — проф. Московского ун-та. После командировки за границу в 1818-1820 встал на позиции натурфилософии Шеллинга. Одновременно ведет интенсивную научную и литературную деятельность, в частности издает журн. "Атеней". П. считал себя последователем Шеллинга. Его онтология сходна по своей сути с воззрениями Велланского. Он признавал существование природы, мира вещественного и противостоящего ему мира духовного, идеального, полагая при этом, что "материальное образуется по образу идеального". Вместе с тем идеи не представлялись П. последней сущностью: они созданы божественной волей. Бог у него предстает как Абсолют, порождающий из себя мир. Отсюда постижение "единства и безусловного — вот цель, к которой мыслящий в человеке дух стремится постоянно...". Исходя из этих осн. постулатов, П. строил свою натурфилософию, включавшую эволюционистские идеи. Он пытался выявить сущность науки и принципы ее построения (логический и генетический), предложил классификацию наук. Для него характерна критика априоризма, одностороннего умозрительства, защита идеи единства умозрения (философии) и эмпирии (конкретных наук). В эстетике П. примыкал к романтической школе. По его мнению, "произведение изящного искусства... выражает собою какое-либо понятие или мысль". Оценивая роль П. в истории рус. мысли, необходимо вслед за Зеньковским отметить, что наибольшее значение имела не собственно его научная публицистика, а его лекционная, преподавательская деятельность. Под влиянием его идей теоретически формировались кадры "молодой России 30-х гг.". Его ученик Станкевич писал: "М. Г. Павлов выступает именно как новатор-проповедник, умевший заражать своим научным энтузиазмом". Соч.: Натуральная история // Атеней. 1830. № 4; Общий чертеж наук // Отечественные записки. 1839. № 11; Философия трансцендентальная и натуральная. (Отрывки из словаря наук) // Атеней. 1830. №4. «О пустоте в природе», 1817; «Земледельческая химия», 1825; «Основания физики», ч. 1-2, 1833-1836; «Курс сельского хозяйства», т. 1 -2, 1937. Лит.: Каменский 3. А. Русская философия начала XIX века и Шеллинг. М., 1980.
Паисий Величковский	ПАИСИЙ ВЕЛИЧКОВСКИЙ (в миру Петр Иванович Величковский) (1722, Полтава — 15(26). 11.1794, Нямецкая лавра в Карпатах) — схиархимандрит, православный подвижник, переводчик христианской аскетической литературы, канонизирован в 1988 г. Учился в Киево-Могилянской академии (1735—1739). Много странствовал по Украине, затем поселился в Киево-Печерской лавре, а в 1746 г. переселился на Афон, избрав путь отшельничества. В 1750—1755 гг. вокруг П. В. складывается небольшая монашеская община, в центре духовно-аскетической практики к-рой была Иисусова молитва и психофизическая техника исихазма. Став в 1758 г. священником и духовником скита, П. В. начинает труд по сбору и переписке аскетической литературы. Сверка многочисленных греч. списков этих книг привела его к мысли о необходимости перевода их на славянский язык, а также об исправлении уже имеющихся переводов. Собирание и исправление переводов святоотеческой литературы он продолжает в молдавском Драгомирнском монастыре, став, т. обр., последователем и продолжателем дела Нила Сорского. Поселившись в 1779 г. в Нямецкой лавре (Карпаты), П. В. основал здесь школу переводчиков и справщиков, наладил переписку исправляемых и переводимых книг, собрал уникальную библиотеку. В кон. XVIII в. Лавра стала центром духовного просвещения для православного монашества ряда стран. В конце жизни П. В. с учениками перевел "Добротолюбие" — 5-томную антологию православных аскетических текстов, составленную и изданную в 1782 г. на греч. языке Никодимом Святогорцем. На славянском языке этот труд впервые был опубликован в Петербурге в 1793 г. Благодаря П. В. и его ученикам в России в XIX в. было возрождено старчество. Литературный труд П. В. был продолжен в Оптиной пустыни. Т. обр., П. В. стоит у самых истоков обновления православного монашества в XIX в. Он перевел соч. Исаака Сирина, Антония Великого, Исайи Отшельника, Петра Дама-скина, Феодора Студита, Марка Постника, Никиты Стифата, Феодора Эдесского, Каллиста и Игнатия и др. Им были исправлены и приготовлены для переписки кн. Иоанна Лествичника, Григория Синаита, Нила Синайского, Исихия Иерусалимского, бл. Диадоха, Макария Египетского, Филофея Синайского, аввы Фалассия, Иоанна Кассиана, Симеона Нового Богослова и др. Для переводов П. В. и его школы характерен буквализм. Он всегда оставлял на полях рукописей множество толкований, позволяющих установить, что переводы выполнялись не по одному греч. изданию, но с привлечением всех доступных текстов того или иного соч., как печатных, так и рукописных, а также иноязычных переводов. Соч.: Об умной или внутренней молитве. М., 1902; Кривы сельные, или Цветы прекрасные, собранные вкратце Божественного Писания. О заповедях Божиих и о святых добродетелях. Одесса, 1910. Лит.: Житие и писания молдавского старца Паисия Величковского. М., 1847; Никодим (Кононов), архим. Старцы отец Паисий Величковский и отец Макарий Оптинский и их литературно-аскетическая деятельность. М., 1909; Боровкова-Майкова М. С. Нил Сорский и Паисий Величковский // Сб. статей, посвященных С. ф. Платонову. Спб., 1911. С. 27—33; Четвериков С, пвот. Молдавский старец Паисий Величковский. Его жизнь, учение и влияние на православное монашество. Париж, 1988; Экземплярский В. И. Старчество // Дар ученичества. М., 1993. С. 139—227; Tachiaos A-E. The Revival of Byzantine Mysticism among Slavs and Romanians in XVIII century. Thessaloniki, 1986.
Паладьи Мельхиор	ПАЛАДЬИ (Palagyi) Мельхиор (род. 26 дек. 1859, Пакш, Венгрия – ум. 14 июля, 1924, Дармштадт) – венг. философ-виталист, работавший в Германии. В своем труде «Neue Theorie des Raumes und der Zeit, Entwurf einer Metageometrie» (1910) Паладьи выдвинул теорию, согласно которой трехосевая пространственная система координат дополняется четвертой осью, временем (см. также Континуум); пространство не является застывшей системой бытия, но в различные моменты порождается временем. Пространство «течет». Все движения возникают из «эфира» – устойчивого носителя напряжений и передачи напряжений. С точки зрения психологии и гносеологии Паладьи строго различает жизнь и дух. Переживания, носителями которых является витальная жизнь, представляют собой непрерывный процесс. Напротив, духовные явления в человеке (к которым Паладьи относит наряду с сознанием и мышлением еще и волю) обнаруживаются только в нулевых точках и точках, соответствующих теперешнему состоянию, где акты прерывны, вневременны и невидимы. Поэтому непрерывные явления, происходящие в мире и жизни, не могут быть поняты адекватно. Свое «биоцентрическое» мышление, которое он, опираясь на Гераклита, затем дополняет характеристиками, заимствованными у Гёте, Каруса, Ницше, Паладьи противопоставляет выдвинутому еще Платоном и разделяемому Декартом, Ньютоном, Кантом и др. «ошибочному логоцентрическому тезису». Паладьи, в частности, оказал влияние на Шелера и Клагеса. Осн. произв.: «Streit der Psychologisten und Formalisten in der modernen Logik», 1902; «Naturphilosophische Vorlesungen ьber die Grundprobleme des Lebens und des BewuЯtseins», 1908; «Zur Weltmechanik», 1925; «Ausgewдhlte Werke», 3 Bd., 1924-1925.
Панарин Александр Сергеевич	ПАНАРИН Александр Сергеевич (р. 1940) — специалист в области социальной философии и политологии. Окончил филос. факультет МГУ (1966), доктор филос. наук, проф. Зав. кафедрой политологии МГУ и сектором социальной философии Ин-та философии РАН. Ведущий эксперт и руководитель программы «Философия гуманистического глобализма» Горбачев-Фонда. По своим научным взглядам примыкает к течению позднего евразийства. Автор большого числа научных работ, в т.ч. 15 монографий и учебников. В докторской диссертации «Современный цивилизационный процесс и феномен неоконсерватизма» (1991) рассмотрел влияние неоконсервативной волны на становление современного глобального мира. Занимается исследованием методологии политического анализа и прогнозирования, геополитики и философии политики. В 1999 награжден Ломоносовской премией. Работы переводились в США, Германии, Финляндии, Югославии, Китае и др. странах. В своих трудах развивает идею цикличности мировой истории. По мнению П., судьба России в 20 в. определялась в соответствии с законами «западной» фазы мирового исторического цикла, заканчивающейся на наших глазах. Грядущая «восточная» фаза, связанная с формированием новой, постэкономической цивилизации, будет ознаменована реабилитацией культурно-цивилизационного опыта Востока и попытками его конвертирования в альтернативные общественные практики. В этой фазе совершится поворот России к Востоку вместо обещанного российскими либералами возвращения в «европейский дом». П. утверждает, что сам переход от индустриального общества к постиндустриальному будет совершен не на основе очередной НТР, а на основе новой «революции сознания», в корне меняющей наши ценности, установки и приоритеты. В этот период адаптированные и неадаптированные общества во многом поменяются местами: потребительские общества Запада станут менее приспособленными к постэкономической цивилизации будущего, чем сохранившие духовные приоритеты общества Востока и России. На базе этой идеи автор выстраивает принципиально новые геополитические и цивилизационные сценарии 21 в. Философия политики. М., 1994; Россия в цивилизационном процессе. М., 1994; Политология. М., 1997; Российская интеллигенция в мировых войнах и революциях XX в. М., 1998; Реванш истории. М., 1998; Россия в циклах мировой истории. М., 1999; Глобальное политическое прогнозирование в условиях стратегической нестабильности. М., 1999; Философия истории. М., 1999 (общ. редакция); Политология: о мире политики на Востоке и на Западе. М., 1999; Российская альтернатива. Нью-Йорк, 1999.
Панвитц Рудольф	ПАНВИТЦ (Pannwitz) Рудольф (род. 27 мая 1881, Кроссен, на Одере – ум. ?) нем. поэт и представитель философии культуры; выдвигал требование, чтобы человеком будущего был европеец, освободившийся от оков всего религиозного и метафизического: «Мы уже перегнали самих себя, но пока еще не можем догнать себя вновь», поэтому мы должны стремиться к образованию нового единства человеческого духа и природы. Осн. произв.: «Die Krisis der europдischen Kultur», 1917; «Kosmos atheos», 2 Bde., 1926; «Die Freiheit des Menschen», 1926; «Trilogie des Lebens», 1929; «Logos, Eidos, Bios», 1930; «Lebenshilfe», 1938; «Der Nihilismus und die werdende Welt», 1951; «Beitrдge zu einer europдischen Kultur», 1954.
Панеций Родосский	ПАНЭЦИЙ (Panaitios) Родосский (род. ок. 185 – ум. 110 до Р. X.) – античный философ-стоик, главный представитель стоического платонизма Средней Стой. Был родом из Родоса, происходил из знатной семьи и в молодости слушал лекции стоика Диогена из Селевкии. Пытался привить в Риме греч. культуру и образование и стал поэтому основателем рим. стоицизма; устранил из стоицизма ориенталистическую мистику и аскетическую направленность раннестоической этики. Ввел понятие «гуманизм». Он написал много сочинений, от которых сохранились лишь небольшие отрывки. Для взглядов Панэция характерно проникновение в стоицизм идей платонизма и аристотелизма. Он внес значительные изменения в некоторые положения стоицизма, отказавшись от слишком ортодоксальных утверждений древних стоиков. В своей физике Панэций отказывается от учения о периодическом воспламенении мира, которое время от времени прекращается, после чего наступает снова. Он считает, что мир существует вечно и не может быть подвергнут уничтожению. Панэций отказывается от признания роли судьбы в жизни человека, отвергая железный детерминизм, сковывающий его активную деятельность. Он сомневается в возможности пророчества, предсказания будущего, чем занимались древние стоики. Отвергает астрологию, полагая, что далекие звезды никак не могут влиять на судьбы людей. В отличие от древних стоиков, которые на первое место ставили обязанности и суровый долг, Панэций признавал важную роль в нравственной жизни также и удовольствия. Он рассматривает человека как единое и прекрасное, гармоничное существо. Древние же стоики признавали борьбу души с телом в человеке. Однако определенные отклонения взглядов Панэция от древних стоиков не означают его существенного отхода от стоического учения, просто он в отдельных местах смягчал слишком догматические положения стоицизма. Панэций связывает понятия этики и пользы, при этом основная роль у него принадлежит разуму. Большое значение придавал Панэций самодеятельности человека, который, обладая умом и хорошим настроением, может победить всех в жизненной борьбе. Панэций вносит изменения и дополнения в учение стоиков о добродетелях. Он считает, что необходимо следовать природе. Удовольствия для него подразделяются на естественные и противоестественные. Он не считает, что для счастья достаточно одной добродетели, «надобно и здоровье, и денежные траты, и сила». Социально-политические воззрения Панэция характеризуются требованием сочетания демократии, монархии и аристократии. Это противоречило абсолютному аристократизму древних стоиков. Религию он делил на три вида: государственную, философскую и поэтическую. Панэций допускал существование государственной религии, считая, что она воспитывает граждан. Что касается философского понимания религии, то он полагал, что это аллегория. Поэтическая же религия - это, по мнению Панэция, обман. Воззрения Панэция показывают, что, даже отстаивая основные положения стоицизма, можно защищать и главные тенденции эллинской философии, среди которых провозглашение радостей жизни (а не только покорность Судьбе).
Парацельс Ауреол Теофраст	ПАРАЦЕЛЬС (лат. Paracelsus - "более великий, нежели Цельс") Ауреол Теофраст, псевдоним Филиппа Теофраста Бомбаста фон Гогенгейма (род. 1493, Эйнзидельн, Швейцария – ум. 24 сент. 1541, Зальцбург) – философ, естествоиспытатель, врач. Хотя Парацельса еще при жизни называли «Лютером медицины», однако это не мешало «сильным мира сего» подвергать его преследованиям, а в последние 12 лет жизни обречь на скитания по Южной Германии, землям, расположенным на территории Альп и Швейцарии. Медицина, по Парацельсу, является всеобъемлющей общей наукой, опирающейся на достижения физики, химии, физиологии и соединяющейся с философией и теологией. От учения Галена о четырех соках он ушел вперед, достигнув динамически-функционального понимания жизненных процессов. Осн. положения его учения: все наше знание является самооткровением, а все наши возможности – результат взаимодействия с природой, имеющей божественное происхождение. Все существа возникают в результате соединения видимого, элементарного, земного тела и недоступного наблюдению небесного, астрального жизненного духа (Парацельс называет его арке). У человека, представляющего собой «микрокосмос», добавляется еще «деалическая», т.е. божественная, душа, являющаяся источником познания, нравственности, блаженства. Поэтому больной человек страдает телесно, душевно и духовно, и его необходимо лечить в соответствии с этими тремя формами его заболевания. Традицию Парацельса продолжал, в частности, ван Гельмонт. Одно из наиболее полных и систематизированных изложений т.наз. "оккультной пневматологии" (направления мистической философии, ориентированной на постижение природы духовных субстанций) было осуществлено именно П. Основные сочинения: "Оккультная философия", "Толкование 30 магических фигур" и др. Неоднократно подвергался преследованиям по мировоззренческим причинам. П. - автор понимания природы как живого целого, пронизанного "звездной душой" ("астральными телами", делающими возможным мистическое оперирование объектами природы посредством тайного инструментария посвященных). Природа, по П., состоит из земли, воды, воздуха и небесного огня как первоначал, которые, в свою очередь, конституируются из тонкого газообразного элемента и грубой телесной субстанции. Общим термином "элементы" П. считал правомерным обозначать физические, низшие ипостаси четырех исходных начал, понятием же "стихийные сущности" (elemental essenses) П. именовал их незримые духовные составляющие. В той же степени, как видимая Природа населена бесчисленным количеством живых особей, в такой же мере духовный ее аналог (образованный разреженными компонентами зримого мира) заполнен сонмами "эфирных" "природных духов" ("стихий"), включающих в себя "гномов, ундин, сильфов и саламандр". Все они непостижимы и неизвестны людям вследствие примитивной организации органов чувств последних. Стихийные духи, по П., - это не просто духи, потому что у них есть плоть, кровь и кости, они живут и производят потомство, они едят и говорят, спят и бодрствуют и т.п., и, следовательно, не могут быть названы просто духами. Они занимают промежуточное место между людьми и духами, напоминая мужчин и женщин по организации и форме, а духов - быстротой движений. Сформулировал понимание медицины как универсальной науки, синтезирующей достижения физики, химии, физиологии вкупе с опорой на ценности и установки теологии и философии. ("...Число болезней, которые происходят от некоторой неизвестной причины, превышает премного те болезни, которые происходят от медицинских причин... Самые лучшие врачи это те, кто делает наименьшее зло... Есть такие врачи, в которых премногая ученость вытесняет всякий здравый смысл... Врач должен быть слугой Природы, а не ее врагом. Он должен вести и направлять ее в борьбе за жизнь и не выдвигать препятствия на пути к выздоровлению...") П. стремился лечить болезни всеми 7 путями, известными "герметической терапии" того времени: вызыванием духов; "вибрацией" - цветовой терапией, музыкой, пением и заклинаниями; с помощью талисманов, амулетов и чар; травами; молитвой; диетой и правильным образом жизни; кровопусканием и различными методиками очищения организма. П. - автор динамически-функциональной трактовки жизненных процессов. Знание человечества во всех его ипостасях, по мнению П., - результат процесса самооткровения. Потенциал человека - обусловливается характером его взаимоотношений с природой - творением Божьего промысла: "...тот, кто хочет знать пути Природы, должен исходить их собственными ногами. То, что записано в книге Природы, записано буквами. Но листы этой книги - это разные земли. И если таковы Законы Природы, то и надо переворачивать эти листы". Ученый имеет право на поиск истины во всех землях и среди всех людей. Человек ("микрокосмос") - обладает божественной душой - источником познания, нравственности и блаженства. Противником души, по П., выступают вампиры - астральные тела, как правило, мертвых людей. Стремясь продлить собственное существование в физической плоскости, вампиры отнимают у живых людей жизненную энергию и используют ее в своих целях. По мнению П., "здоровый и чистый человек не может быть одержим ими... они могут действовать лишь на людей, имеющих в своем уме для них помещение. Здоровый ум является замком, который невозможно взять, если на то нет желания хозяина; но, если им позволить ворваться, они возбуждают страсти мужчин и женщин, возбуждают в них желания, сподвигают к дурным мыслям, разрушительно действуют на мозг; они обостряют животный разум и удушают моральное чувство. Дьявольские духи овладевают только теми людьми, в которых животная природа является доминирующей. Умы, просвещенные духом истины, не могут быть одержимы...". Лечение больного, таким образом, должно осуществляться, по П., в единстве трех уровней - телесного, душевного и духовного. Произв. Парацельса: «Sдmtliche Werke», Mьnchen – Berlin, Bd. 1-14, 1922-1936; «Sдmtliche Werke», Bd. 1-4, Jena, 1926-1932.
Парейсон Луиджи	ПАРЕЙСОН (Pareyson) Луиджи (1918-1991) - итальянский философ. Академик, член Международного института философии. Отталкиваясь от полемизирующей с Гегелем идеи Кьеркегора о том, что индивид ("Единичный"), оспаривающий и ниспровергающий систему; противостоящий всем формам миропонимания - пантеизму и имманентизму, например, - провозглашающих поглощение индивидуального универсальным; выступающий как оплот трансценденции и исток христианства, - важнее рода и гегелевского "человечества", П. сформулировал принцип "онтологического персонализма". В контексте этой идеи П. отвергал допущения, что философия всегда и главным образом является материально и идеологически ангажированной и общественно-исторически обусловленной. Философия не должна трактоваться ни как идейно-предзаданная концептуализация условий бытия людей, ни как набор догм, детерминирующий и ограничивающий свободное мышление индивидов. Проблема, по мнению П., состоит в уяснении того, как может сочетаться плюрализм в понимании истины с отказом от ее релятивистских трактовок, как сочетаются сущностная множественность системы философских знаний с идеалом целостности истины, как может амортизировать остроту этих интеллектуальных противоречий философствование в стиле диалога. П. не считал, что историческая и теоретическая дискредитация гипотез о тотальности и жесткой одномерной линейности общественной эволюции могут и должны трансформироваться в доминирование ценностей софистики, скептицизма и релятивизма. Философия у П. - одновременное "выражение духа времени и личностного и спекулятивного начал в их максимальной ценности". Взаимную связь и обусловленность философии своим временем П. усматривал в выборе философом определенной позиции по отношению к эпохе. Поскольку же выбор позиции и ответы на вопросы - промысел многих блестящих умов, то ни одна философия не имеет права претендовать на обладание абсолютной истиной. При всей непримиримости интеллектуальных баталий, подлинная философия полифонична, свободна для выражения любых мнений, непредсказуема. Именно такая "конфилософия", согласно П., - в рамках которой никто не претендует на последнее слово, - является современной настоящей "любовью к мудрости". Единственная истина, по П., всегда выражается в личностно окрашенной ипостаси, она всегда интерпретационно задана. С точки зрения П., "всякое человеческое отношение, идет ли речь о познании или действии, об искусстве или личных связях, об историческом познании или философской медитации, всегда имеет характер интерпретации. Этого не могло бы быть, если бы не сам характер отношения бытия с тем, что внутри него, - с человеком. Именно в нем обнаруживается родовая солидарность бытия с истиной. В истине нет ничего, кроме интерпретации, а интерпретация всегда толкует об истине". В контексте данной проблемы П. утверждал: недопустимо произносить имя Божие всуе в стилистике объективистски выстроенных философских систем. Идея Бога не может и не должна выступать как предмет каких-либо рациональных доказательств и обоснований. Это - вопрос индивидуального однозначного выбора, могущий быть осмысленным в границах подходов мифа и личностного религиозного опыта. Ни существование Бога, ни "смысложизненные" вопросы не входят в проблемное поле философии, они доступны, по мнению П., душевным прикосновениям человека лишь посредством чувственных образов и словоформ, не имеющих ничего общего с рационально-доказательными традициями прошлого. Основные сочинения: "Философия существования и Карл Ясперс" (1940), "Очерки по экзистенциализму" (1943), "Экзистенция и личность" (1950), "Эстетика. Теория формирования" (1954), "Система свободы" (1965), "Теория искусства" (1965), "Проблемы эстетики" (1965), "Беседы об эстетике" (1966), "Философия свободы" (1989) и др.
Парето Вильфредо	ПАРЕТО (Pareto) Вильфредо (род. 15 июля 1848, Париж – ум. 20 авг. 1923, Селиньи, близ Женевы) – итал. социолог и политэконом, профессор в Лозанне с 1894. Осн. произ.: «Les systemes socialistes», 2 vol. 1902; «L'economie et la sociologies, 1907; «Manuel d'economie politique», 1909; «Fatti e teorie», 1920; «Compendio di soziologia generate», 1920; «Transformazione della democrazia», 1921. Отклонив исторический материализм, Парето пытался применять строгий и точный метод, заимствованный у математики или физики, для исследования экономических и социальных сил и положений экономического равновесия. Мышление человека определяется его деятельностью, структура общества и структура действия являются «производным» (итал. derivazioni), и именно от разлитого всюду инстинкта. Мыслительные системы такого «выведения» являются «скрыто-идеологическими». Специфический динамический фактор социального организма – «элита», богатая инстинктами, создающая и усовершенствующая идеологию. Все поступки делятся П. на логические и нелогические. В категорию нелогических поступков попадают те действия, которые субъективно или объективно не обнаруживают логической связи. В первой части «Трактата всеобщей социологии» П. исследует нелогические поступки, во второй части анализируются логические поступки и делается попытка воссоздания социального целого и синтетического объяснения общества. По мнению П., обязанность логически-экспериментальной науки состоит в том, чтобы избегать любых экстра- или метаэмпирических понятий. Все употребляемые слова должны соотноситься с отмеченными или наблюдаемыми фактами, все понятия должны определяться относительно непосредственно установленных реалий или тех реалий, которые могут возникнуть в ходе эксперимента. Религиозным и иным понятиям, неприложимым к миру феноменов, нет места в логически-экспериментальной науке. Метод П. сводится к фиксации множества проявлений чувств, действий, теорий, курьезного поведения, разновидностей религиозного опыта, магии, колдовства и т.д. и к установлению того, что, хотя все эти виды поведения различны и заключают в себе, как кажется, нечто вроде анархического изобилия, при более внимательном анализе они обнаруживают определенную устойчивость. В частности, во всех обществах люди испытывают отвращение к убийству; но в разные эпохи и в разных обществах они объясняют или оправдывают отказ от убийства разными мотивами. В некоторых случаях говорят, что Зевс запрещает преступления, в др. — что всеобщий Разум не допускает покушения на человеческое достоинство. Запрет обосновывается разными теориями, но есть константа: отказ от определенного поведения, и причиной отказа служит психическое состояние или чувство. Иррациональные, инстинктивные мотивы действия П. называет «остатками», указывая на их свойство «оставаться» после того, как произведена редукция всех рациональных соображений. «Остатки» — это чувства, инстинкты, страсти, импульсы, которые обусловливают поведение человека. П. пытается типологизировать «остатки» и производные от них духовные феномены, которые он называет «деривациями». Деривации — это переменные элементы системы, образуемой поведением человека и его словесным сопровождением. П. рассматривает общество как сложную систему. В его социологии решающим является различие между массами и элитой. П. дает два определения элиты: широкое, охватывающее всю общественную элиту, и узкое, прилагаемое лишь к правящей элите. История, согласно знаменитой формуле П., — это кладбище аристократий, летопись преемственности привилегированных меньшинств, которые формируются, борются, достигают власти, пользуются ею и приходят в упадок, чтобы быть замененными др. меньшинствами. Циркуляция элит — основной аспект того, что П. называет общим строением общества. П. стремится дать диагностику демократических обществ, которые он сам именует, однако, плутодемократическими, чтобы не забывалась их основная черта: существование тесной связи между политическим классом, или элитой в строгом смысле слова, и руководящими кадрами промышленности и финансов. «Трактат всеобщей социологии» вызвал весьма разноречивые оценки. Trattato di sociologia generale. Milano, 1964. V. 1—2; Scritti sociologici. Toronto, 1966; Complendio di sociologia generale. Torino, 1978.; Арк Ф. Этапы развития социологической мысли. М., 1993.
Парменид из Элеи	ПАРМЕНИД (Parmenides) из Элеи (род. ок. 540 – ум. 480 до Р. X.) – древнегреч. философ из Элей (Южная Италия). Он считается другом и учеником Ксенофана, а также учеником Анаксимандра. Автор филос. поэмы «О природе», от к‑рой сохранилась значительная часть. После Ксенофана, который был скорее поэтом, чем философом, Парменида можно считать первым подлинным философом среди элеатов. В центр своей философии Парменид ставит понятие неизменной и непреходящей субстанции, «сущего». Все изменения только субъективны, это лишь вызванные чувственным восприятием видимость и обман. Истина, сущее раскрываются только при помощи мышления, в то время как чувственное восприятие порождает только мнение (doxa). Согласно Пармениду, мир разлагается на две первоматерии, из смешения которых он возник: на светлый и деятельный огонь и темную и пассивную массу. Современник Гераклита и, вероятно, был знаком с его учением о всеобщем изменении и противоречивости всего сущего. П. доказывал, что существует только бытие и, следовательно, небытия нет. Одним из первых в истории философии П. утверждал, что мышление неотделимо от бытия, что они тождественны («Одно и то же есть мысль и то, о чём мысль существует»). Это утверждение явл‑я началом собственно философии, поэтому оно стало предметом бесчисленных толкований, опровержений, а также основой многих филос. концепций. П. был убеждён, что истинное знание даёт чел‑ку только разум, а недостоверные и противоречивые мнения людей основаны на чувствах. П., по‑видимому, первый пришёл к выводу о шарообразности Земли, разделил Землю на климатич. зоны и установил, что утренняя и вечерняя звезда является на самом деле одной и той же планетой Венерой. Учеником П. был Зенон Элейский. Учение Парменида представляет собой первую в древнегреческой философии попытку изложить метафизическое понимание окружающего мира, природы. Он считает, что характерной чертой бытия являются его неподвижность и неизменность, оно не обладает признаками рождения и уничтожения. Здесь позиция Парменида противоположна воззрениям Гераклита. Отстаиваемая Парменидом картина мира имела своим источником недоверие к свидетельствам органов чувств. Философская поэма, написанная Парменидом, «О природе», из которой сохранилось около 160 стихов, разделена на две части: «путь истины» и «путь мнения». Путь мнения - это чувственная видимость, способ объяснения мира исходя лишь из свидетельств органов чувств, которые воспринимают изменчивость вещей, их возникновение и уничтожение. На «пути истины» эти свойства отвергаются, путь истины ведет нас к миру умопостигаемому. Проводя различие между чувственным и рациональным познанием, Парменид утверждает, что разум имеет превосходство над чувствами. Так как свидетельства органов чувств часто обманывают нас, то, следовательно, чувства дают недостоверные знания. К достоверной и непререкаемой истине ведет только ум, умозрение. Поэтому то, что мыслится в разуме, и является, по его мнению, сущим. Чувственные восприятия противопоставляются Парменидом бытию. Путь мнения и путь истины Парменида дают две картины мира: мир единого и вечного бытия и кажущийся мир мнений. Из сказанного видно, насколько сильна струя рационализма в философии Парменида. По его мнению, мысль - это мысль о предмете. Мышление нельзя отделить от бытия даже тогда, когда мы думаем о небытии. Но для Парменида по сути небытия нет, так как небытие - это пустота, пустое пространство, значит, если нет небытия, то нет и пустого пространства, все заполнено веществом. Отсюда вытекает следующий вывод: если весь мир, все пространство заполнено веществом, то не существует никакого множества вещей, так как между вещами нет пустых промежутков, которые отделяли бы одну вещь от другой. Это учение своим острием было направлено против Пифагора, который постулировал наличие в мире пустоты (т.е. воздуха). Ценность философии Парменида в его разделении чувственного и рационального познания и в его понимании достоверного и вероятного знания («путь мнения»). Эти его идеи были в значительной степени развиты в дальнейшем и оказали влияние на целый ряд философских школ вплоть до современности.
Парсонс Толкотт	ПАРСОНС (Parsons) Толкотт (род. 13 дек. 1902, Колорадо-Спрингс – ум. 8 мая 1979, Мюнхен) – амер. социолог, представитель структурно-функционального направления в социологии, автор теории социального действия. Человеческое действие (поведение), по Парсонсу, – самоорганизующаяся система, функционирование которой предполагает выполнение ряда требований – адаптации, целедостижения, интеграции и поддержания «ценностного образца», т.е. регуляции с помощью языка, ценностей и т.д. Допускал и определенную степень волюнтаристичности для социального целого и его частей, а именно известную иррациональность и независимость от познаваемых условий среды и в то же время зависимость от субъективных оценок ситуаций. Главные произв.: «The structure of social action», 1937; «The social system», 1952; «Socialization and interaction process», 1956; «Social structure and personality», 1964; «Sociological theory and modern society», 1967; «Social system and the evolution of action theory», 1977; на рус. яз.: «Общетеоретические проблемы социологии». – В кн.: Социология сегодня. М., 1965.
Паскаль Блез	ПАСКАЛЬ (Pascal) Блез (род. 19 июня 1623, Клермон – ум. 19 авг. 1662, Париж) франц. философ, мистик и математик, основоположник теории вероятностей. Философ, который изобрёл механическую счётную машину. Один из видных представителей нового матем. естествознания, создавший в юношеские годы основополагающие работы по исчислению вероятностей и гидростатике. Блез Паскаль родился 19 июня 1623 г. в г. Клермон-Ферран. Его отец, Этьен Паскаль, был местным судьёй и представителем «Дворянства мантии». Отец славился своим интересом к наукам, в том числе и математике. Мать Паскаля, Антуанетта Бежо, умерла, когда мальчику едва исполнилось три года. У Блеза было две сестры, Жаклин и Жильберта. В 1631 г. семья переезжает в Париж. Отец никогда не женится снова, а вместо этого всю свою жизнь посвятит образованию детей, и в особенности Блеза, проявлявшего большой талант к наукам. Ещё в одиннадцать лет младший Паскаль удивляет своего отца своими математическими способностями, написав небольшую заметку на тему звучания вибрирующих тел. А через год мальчик самостоятельно доказывает, что сумма углов треугольника равна двум прямым углам. Поражённый таким интересом к науке, отец берёт сына на встречу выдающихся математиков и учёных, проходившую в монашеской келье отца Мерсенна. На встрече присутствуют такие блестящие умы, как Роберваль, Дезарг, Мидорж, Гассенди и Декарт. Позже Паскаль Блез проникся религ. идеями янсенизма, поселился в аббатстве Пор‑Рояль, отказался от науч. деятельности, считая её грешной. Посмертно изданные «Мысли» П. (1669) представляют набросок оставшегося незаконченным филос. полемического труда. Провозглашая физич., познавательную и нравств. ничтожность чел‑ка, П. видел в христианстве единственное средство постижения чел‑ком тайн бытия и спасения его от отчаяния. Истина, полагал П., основывается не на «логике разума», а на «логике сердца» и на субъективном переживании мистического доказательства существования Бога. Крайний пессимизм и иррационализм, сочетающиеся с религ. мистицизмом, характеризуют П. как отдалённого предшественника религ. экзистенциализма. В своих «Lettres provinciales» он выступал против пробабилизма иезуитов с позиций янсенизма. Ограниченность математики (в разработке которой ему принадлежит выдающаяся роль) и рационализма Паскаль вообще видит в том, что они неспособны ответить на вопрос о положении человека в мире и о выборе пути к его душевной умиротворенности. Поэтому, согласно Паскалю, великие души, даже если они достигли всех знаний, какие только возможны, возвращаются к незнанию, предаются откровению и отдаются на милость Бога, которая сама является тайной. Истина основывается на «логике сердца» («Logique de coeur»; см. Любовь; Orde du coeur) и на субъективном переживании мистического доказательства Бога. Идеи Паскаля, наиболее отчетливо выраженные в его соч. «Pensees sur la religion», выливаются в мистическое обращение к Богу. В возрасте шестнадцати лет Паскаль пишет небольшой трактат «Мистическая гексаграмма», основываясь на работе Дезарга на тему конических сечений. Этот небольшой труд позднее выльется в знаменитую теорему Паскаля, гласящую, что если шестиугольник вписан в круг (или любое другое коническое сечение), то точки пересечения трёх пар противоположных сторон лежат на одной прямой. Когда Дезаргу представили эту работу, он пребывает в полной уверенности, что труд принадлежит отцу, а не сыну. Когда же Мерсенн убеждает его в обратном, Дезарг приносит свои извинения. А в это время, в 1631 г., отец Паскаля, Этьен, продаёт свою должность второго председателя Высшего податного суда Франции за 65 665 ливров и вкладывает полученные деньги в государственные облигации, что приносит семье солидный доход. Тогда-то семья и перебирается в Париж. Но в 1638 г. Этьен Паскаль, выступив против налогово-бюджетной политики бывшего тогда у власти кардинала Ришелье, вынужден бежать из города. Блез и его сёстры остаются на попечении доброй соседки мадам Сенкто. После разрешения всех разногласия с кардиналом, в 1639 г. Этьен Паскаль назначается королевским сборщиком податей г. Руана. Чтобы облегчить тяжёлый труд своего отца и уберечь его от утомительных подсчётов и пересчётов задолженностей и фактически уплаченных налогов, в 1642 г. Паскаль-младший создаёт механическую счётную машину. Эта машина, названная создателем счётной машиной Паскаля или «Паскалиной», была способна производить простейшие действия сложения и вычитания. Однако, из-за высокой себестоимости и внушительных размеров, финансового успеха создателю «Паскалина» не приносит, зато становится чем-то вроде знака отличия в среде сливок общества Франции и Европы. Но Паскаль, с твёрдым намерением наладить массовый выпуск своего изобретения, последующие десять лет посвящает совершенствованию формы и конструирует около двадцати счётных машин. Сегодня две оригинальных счётных машины можно увидеть в “Музее искусств и ремёсел” в Париже и в музее “Цвингер” в Дрездене, в Германии. Всю свою жизнь Паскаль оставался влиятельным математиком. Его удобное представление биномиальных коэффициентов в виде таблицы, изложенное в «Трактате об арифметике треугольника», увидевшем свет в 1653 г., получит название «треугольника Паскаля». В 1654 г. к учёному обращается его друг, азартный игрок Шевалье де Мере, с просьбой помочь в разрешении проблем, возникающих в игре, и Паскаль, заинтересовавшись, обсуждает этот вопрос с математиком Ферма, что приводит к возникновению математической теории вероятностей. Одна из описанных ими возможных ситуаций в игре была следующей: два игрока хотят закончить игру досрочно и, учитывая условия на данный момент, желают честно разделить ставку на кону, основываясь на предпосылке, что, в данный момент, шансы победить у них равные. Исходя из этих данных, Паскаль использует случайный аргумент, получающий название «ставка Паскаля». Работа, проделанная Паскалем и Ферма, поможет Лейбницу вывести формулу исчисления бесконечно малых. Внёс свой вклад Паскаль и в философию математики, написав работы «Дух геометрии» и «Искусство убеждать». Вклад учёного в развитие физической науки заключается в его трудах по гидродинамике и гидростатике, основанных, главным образом, на гидравлических законах. Следуя теориям Галилео и Торичелли, он оспаривает утверждение Аристотеля о том, что созидание имеет материальную природу, будь она видимой или невидимой. Паскаль утверждает, что в любой материи присутствует вакуум. Он доказывает, что именно вакуум движет ртутью в барометре и даже заполняет пространство над веществом в ртутном столбике. Результаты своих практических экспериментов Паскаль в 1647 г. излагает в работе «Новейшие опыты касательно вакуума». Эти опыты, произведшие фурор во всей Европе, выводят закон Паскаля и доказывают пользу барометра. Зимой 1646 г. отец Паскаля поскользнулся на льду, сковавшем улицы Руана, и, упав, сильно травмировался. Состояние было критическим, и за его лечение берутся доктора Деланд и ла Бутейлери. Эти талантливые врачи были последователями идей Жана Жильбера – и янсенистами. От них Паскаль узнаёт об этом движении, и даже берёт у них литературу по этому вопросу. На этот период приходится первый всплеск его религиозности. Смерть отца в 1657 г. и последовавший за этим уход сестры Жаклин в янсенистский монастырь Порт-Рояль оставляют глубокий след в душе Паскаля и ухудшают состояние его здоровья. В роковой день октября 1654 г. Паскаль оказывается на волосок от смерти, когда на мосту Нёйи лошади прыгнули через парапет, едва не утянув за собой экипаж учёного, зависший на самом краю пропасти. Паскаль и ехавший в экипаже друг остаются живы, но происшествие приводит его к душевным расстройствам и ярому обращению в религию. В январе 1655 г. Паскаль отправляется в монастырь Порт-Рояль, и, с тех пор, в течение нескольких лет живёт между Порт-Роялем и Парижем. Это погружение в веру порождает его первую известную религиозную работу «Провинциальные записки», в которой он подвергает остроумной критике богословскую софистику. В книге успешно сочетаются рвение верующего и остроумие и лоск светского человека. Это собрание, состоящее из 18 отдельных писем, Паскаль издаёт между 1656 г. и 1657 г. под псевдонимом Луи де Монталь. «Провинциальные записки» приводят в ярость Людовика XIV, и янсенистскую школу при Порт-Рояле закрывают, ссылаясь на разногласия в трактовках церковных догм. Даже папа Александр VII, впечатлённый весомыми аргументами, приведёнными автором в книге, публично осуждает труд Паскаля. С восемнадцати лет Паскаль страдает поражением нервной системы, причинявшим ему частые боли. С 1647 г., после паралитического припадка, передвигаться он может только на костылях, голова его постоянно болит, внутри всё горит огнём, а руки и ноги вечно холодные. В 1659 г. болезнь берёт над ним верх, и, в течение последующих трёх лет, состояние будет только ухудшаться. Ещё одним ударом становится смерть Жаклин в 1661 г. 18 августа 1662 г. Паскаля соборовали, а следующим утром, 19 августа, великий учёный скончался. Его произв. изданы в: «Oeuvres», v. 1 – 14, 1904 – 1914.
Пасхазий Радбертус	ПАСХАЗИЙ (Paschasius) Радбертус из Корби (ум. после 856, будучи настоятелем монастыря Корби) – нем. философ, представитель ранней схоластики. Написал «De corpore et sanguine Christi», учение о транссубстанциации.
Патнэм Хилари	ПАТНЭМ (Putnam) Хилари (р. 1926) — амер. логик и философ. Проф. Гарвардского ун-та. Будучи одним из ведущих представителей аналитической философии, с сер. 1980-х гг. выступает с ее резкой критикой. Спектр филос. интересов П. включает философию и методологию науки, философию языка, философию сознания, гносеологию и логику. Выступая в защиту научного реализма, П. в 1960-е гг. совместно с С. Крипке и др. создает «новую», или «каузальную», теорию референции, согласно которой значение терминов естественных видов, составляющих большинство научных терминов, определяется гл.обр. присущей этим естественным видам внутренней природой, хотя учитываются и др., прагматические аспекты их употребления. Истолкованное т.о. значение имеет некоторое инвариантное «ядро», которое обеспечивает преемственность в развитии научных теорий. Последующие исследования природы референции и отношения соответствия между языком и реальностью вынудили П. отмежеваться от корреспондентной теории истины, лежащей в основе уязвимого для критики «метафизического» варианта научного реализма, и сформулировать в кн. «Разум, истина и история» (1981) концепцию «внутреннего реализма», где истина трактуется как идеализированная рациональная приемлемость, а мир оказывается расчлененным на объекты в соответствии с концептуальными схемами познающего субъекта. В работах 1980-х гг. П. развивает эту концепцию, дополняя ее требованием «реализма с человеческим лицом». Теперь уже «деревья и стулья» оказываются для него «образцами» реального, а существование объектов, постулируемых истинными научными теориями, становится вопросом конвенции. В дальнейшем единственную возможность обоснования реализма П. связывает с отказом от господствующей в современной философии «картезианской» трактовки ментального как некоторой области взаимодействия между нашими когнитивными способностями и объектами внешнего мира. К этой позиции подвели П. и его исследования по философии сознания. В нач. 1960-х гг. он предложил «функциональный» подход к решению психофизической проблемы, который представляет собой вариант «теории тождества», постулирующей тождественность наших ощущений и восприятий определенным состояниям мозга. В отличие от физикалистского варианта, функционализм отождествляет ментальные состояния не с физическими состояниями мозга, а с его «функциональными состояниями». Неоднократные попытки П. реализовать программу описания ментальных состояний в функциональных терминах натолкнулись на непреодолимые трудности и убедили его в необходимости иного подхода, который он теперь видит в отказе от «картезианского» взгляда на сознание и возврате к «аристотелевскому реализму без аристотелевской метафизики». Философия сознания. М., 1998; Philosophical Papers. Vol. 1—3. Cambridge, 1975—1983; Reason, Truth and History. Cambridge, 1981; The Many Faces of Realism. LaSalle (111.), 1987; Realism with a Human Face. Cambridge, 1990.; Макеева Л. Б. Философия X. Патнэма. М., 1996.
Паульсен Фридрих	ПАУЛЬСЕН (Paulsen) Фридрих (род. 16 июля 1846, Лангенгорн, Шлезвиг – ум. 14 авг. 1908, Берлин) – нем. философ и педагог; с 1878 – профессор. На него оказали влияние Фехнер, Вундт, Лотце, Кант и Спиноза. Материальный мир, по мнению Паульсена, является проявлением духовной божественной всеобщей жизни, которая обладает волей и выдвигает цели и которая должна означать осуществление единого замысла, служить подтверждением воли, воплощающей идеи в жизнь. Цель этики и педагогики – совершенствование индивидуальной сущности в смысле (нового) гуманизма и совершенное жизненное утверждение индивида и общества, в качестве члена которого осознает себя человек. Самосознание человека погружено в историческую жизнь социального целого, во имя которого человек трудится, творит и борется. Осн. произв.: «System der Ethik», 2 Bd., 1889; «Einleitung in die Philosophie», 1892; «Iramanuel Kant», 1898; «Pдdagogik», 1909; «Geschichte des gelehrten Unterrichts», 1885.
Песталоцци Иоганн Генрих	ПЕСТАЛОЦЦИ (Pestalozzi) Иоганн Генрих (род. 12 янв. 1764, Цюрих – ум. 17 февр. 1827, Бругг, Аарау) – швейц. педагог и социальный реформатор, основоположник теории научного обучения. Высшая цель воспитания для Песталоцци – способствовать подъему внутренних сил человеческой природы и сознанию «творческой близости к природе и человеку» для деятельного труда в обществе, которому должны сопутствовать внутренний покой и внешний порядок. Образование представляет собой саморазвитие осн. сил и способностей человека, его головы (рассудок), сердца (чувство) и рук (творчество). Его «Nachforschungen ьber den Gang der Natur in der Entwicklung des Menschengeschlechts» (1797) привели Песталоцци к убеждению, что воспитание должно быть приспособлено к развитию природы. В систематической форме его программа воспитания была изложена первоначально в работе «Abendstunde eines Einsiedlers» (1780), а позднее – в «Lenzburger Rede» (1809). Осн. произв.: «Sдmtliche Werke», Bd. 1-12, 1899-1902; «Избр. педагогические соч.», т. 1-3, 1909.
Пестель Павел Иванович	ПЕСТЕЛЬ Павел Иванович (24.06 (5.07).1793, Москва — 13(25).07.1826, Петербург) — политический деятель, один из идеологов восстания декабристов, руководитель "Южного общества". Учился в Германии, в Дрездене (с 1805 по 1809), а затем в Пажеском корпусе, к-рый окончил в 1811 г. Участвовал в Отечественной войне 1812 г. и зарубежных походах рус. армии 1813—1814 гг. Вступив в созданное в 1816 г. группой офицеров тайное об-во "Союз спасения" (с 1817 г. оно получило название "Общество истинных и верных сынов Отечества"), П. принял самое деятельное участие в написании устава. Его сменило более широкое об-во "Союз благоденствия" (1818), в руководящий орган к-рого — Коренную управу вошел и П. По докладу П. Коренная управа единогласно высказалась за установление в России республиканской формы правления. В нач. 1821 г. "Союз благоденствия" был распущен, и П. стал формировать новое об-во на базе 2-й армии, расквартированной на Украине, к-рое получило название "Южное общество". Его программой стала написанная П. "Русская правда", в к-рой были детально разработаны проект реформирования российского об-ва и проект будущего политического устройства России. П. понимал, что для преобразований политического и экономического строя необходим переходный период сроком 10—15 лет, в течение к-рого управлять должно временное правительство, наделенное неограниченной властью. В дальнейшем в России должна быть установлена республиканская форма правления с равными для всех (за исключением женщин) избирательными правами. Революционное правительство, писал П., "должно оградить рабочих от произвола богатых и не забывать, что несчастные бедняки также бывают больными, немощными, стареют и, наконец, не могут зарабатывать свое скудное пропитание". П. видел, что в условиях, когда у власти стоит "аристократия богатства", заменившая "аристократию феодализма", нет никакого равенства между нанимателем рабочей силы и работником. Для предотвращения обнищания масс "Русская правда" предусматривала освобождение крестьян с наделением их землей, для чего предполагалось разделить весь земельный фонд на две части — общественную и частную. Общественный земельный фонд, образованный отчасти за счет конфискации монастырских земель, призван был стать основой гарантии от голода каждого гражданина республики, а частный фонд должен был обеспечить изобилие продовольствия. Характеризуя социальную программу П., Герцен назвал его первым в России "социалистом до социализма" и считал его непосредственным предшественником теории "рус. социализма". По единодушному признанию современников, П. был человеком выдающихся способностей, обладавшим удивительным даром убеждать собеседников в своей правоте. После встречи с П. в апреле 1821 г. Пушкин оставил в дневнике такую запись: "Утро провел с Пестелем; умный человек во всем смысле этого слова... Мы с ним имели разговор метафизический, политический, нравственный и проч. Он один из самых оригинальных умов, которых я знаю..." П. арестовали накануне выступления членов "Северного общества", 13 декабря 1825 г. Он был казнен вместе с К. Ф. Рылеевым, С. И. Муравьевым-Апостолом, П. Г. Каховским и М. П. Бестужевым-Рюминым. Соч.: Избр. социально-политические и филос. произв. декабристов. М., 1951. Т. 2; Восстание декабристов: Документы. Л.; М., 1958. Т. 7. Лит.: Герцен А. И. О развитии революционных идей в России. Гл. IV. 1812—1825 // Собр. соч.: В 30 т. М., 1956. Т. 7. С. 193—208; Огарев Н. П. Разбор книги Корфа // Огарев Н. П. Избр. социально-политические и филос. произв. М., 1952. Т. 1; Никандров П. Ф. Мировоззрение П. И. Пестеля. Л., 1955; Лебедев H. M. Пестель — идеолог и руководитель декабристов. М., 1972.
Петерсон Николай Павлович	ПЕТЕРСОН Николай Павлович (1844—1919) — биограф Федорова, один из редакторов-издателей его "Философии общего дела". Окончил Пензенскую гимназию и дворянский институт. Учился на математическом ф-те Московского ун-та, откуда был изгнан за участие в студенческих волнениях. Работал учителем в народных школах Толстого. В 1864 г. П. знакомится в Богородске с Федоровым. С 1867 г. — помощник библиотекаря в Чертковской библиотеке. С 1869 г. — секретарь съезда мировых судей в Спасске Тамбовской губ., затем в Керенске. С 1899 г. жил в Асхабаде, где нек-рое время находился и Федоров, помогал ему пропагандировать его идеи. Соч.: Η. Φ. Федоров и его "Философия общего дела" в противоположность учению Л. Н. Толстого о "непротивлении" и другим идеям нашего времени. Верный, 1912; Заметка по поводу статьи кн. Е. Трубецкого "Жизненная задача Соловьева и всемирный кризис жизнепонимания" в "Вопросах философии и психологии", сентябрь—октябрь 1912 г. // Вопросы философии и психологии. 1913. Кн. 3 (118). С. 405—411; О религиозном характере учения Η. Φ. Федорова (По поводу статей С. А. Голованенко в "Богословском вестнике" 1914 г.). М., 1915; Христианство Η. Φ. Федорова, автора философии Общего Дела // Богословский вестник. 1916. №25. С. 119—130.
Пётр Д'альи	ПЁТР Д'АЛЬИ (Peter d'Ailly) (род. 1350, Компьен – ум. 1420, Авиньон) – франц. философ, представитель поздней схоластики; епископ в Камбре (с 1397), кардинал (с -1411). В теории познания стоял на позициях крайнего спиритуализма, благодаря чему предвосхитил учение Декарта, Лейбница и Беркли; в старости склонялся к мистике. Собр. соч.: Gesammelte Werke, Bd. 1-2, 1706.
Пётр Дамиани	ПЁТР ДАМИАНИ (Petrus Damiani) (род. 1007, Равенна – ум. 1072, Фаэнца) – итал. схоласт; кардинал-епископ Остийский. Защищал необходимость изучения Библии и писаний отцов церкви в борьбе с диалектикой и риторикой. Его взгляды получили большое распространение в Италии и Германии. Первый сформулировал положение о том, что философия является служанкой теологии («Философия должна служить Священному Писанию, как служанка — своей госпоже»). Эту идею детально развил позднее Фома Аквинский: «...Она [теология] не следует другим наукам как высшим по отношению к ней, но прибегает к ним, как к подчиненным ей служанкам». Идея подчиненного положения философии не означала, однако, в эпоху Средневековья принижения философии и ограничения суверенитета разума. Допущение соучастия разума и основанного на нем филос. знания в решении теологических проблем являлось, напротив, высокой оценкой возможностей рационального познания. П. Д., взгляды которого получили широкое распространение на его родине и в Германии, настаивал на самом широком использовании Библии и писаний отцов церкви в борьбе с инакомыслием и ересями. Он существенно способствовал укреплению авторитарности средневекового, и в частности теологического и филос. мышления. Выражая общую, но редко выходившую на поверхность тенденцию своей эпохи, П. Д. ограничивал действие логического противоречия закона: Бог не подчиняется данному закону, поскольку он не подчиняется вообще никаким законам; даже человеческое познание Бога требует соединения несовместимого. Ранее эту идею отстаивал Псевдо-Дионисий (Ареопагит), позднее — Николай Кузанский и др. Patrologiae cursus completus. Vol. 145; De divina omnipotentia e altri opuscoli. Firenze, 1943.; Blum O.J. St. Peter Damian, His Teaching on the Spiritual Life. Washington, 1947.
Пётр Испанский	ПЕТР ИСПАНСКИЙ (Petrus Hispanus), настоящее имя Пьетро Ребули-Юлиани (ок. 1220—1277) — медик и философ. Был врачом папы Григория X и кардиналом, а в 1276 стал папой под именем Иоанн XXI. Он известен как автор широко распространенного в Средние века пособия по логике «Summulae logicales». Это пособие состоит из семи логических трактатов, посвященных рассмотрению предложений, предикабилий, категорий, силлогизмов, топики, ложных умозаключений, свойств терминов. Первые шесть трактатов перелагают содержание аристотелевского «Органона», однако обстоятельные тексты Аристотеля здесь сведены в краткие определения и правила, снабженные мнемоническими средствами. Нововведением является седьмой трактат «О свойствах терминов». В нем рассматриваются возможные подстановки в предложениях вместо одних терминов других; возможные расширения и ограничения терминов в предложениях, правила именования, правила распределения терминов при присоединении к ним различных кванторов. В некоторых дошедших до нас вариантах пособия содержится учение об экспонибилиях — предложениях, имеющих определительные и дополнительные слова, выражающие исключительность, изъятие, начало, конец или отсутствие конца, сравнение, различие и т.п. Этим пособием пользовались в Европе почти три столетия, и уже после изобретения книгопечатания оно издавалось множество раз. Проблематика, которой был посвящен трактат «О свойствах терминов», тщательно разрабатывалась средневековыми перипатетиками. Summulae logicales. Rome, 1947.; Владиславлев К. Логика. СПб., 1872.
Пётр Ломбардский	ПЁТР ЛОМБАРДСКИЙ (Petrus Lombardus) (род. ок. 1100, Лумеллоньо, близ Наварръ – ум. 22 июля 1160, Париж) итал. схоласт, епископ (с 1159). Род. в Ломбардии, в окрестностях г. Новара. Будучи низкого происхождения, он, тем не менее, смог получить хорошее образование в Болонье, после чего при содействии Бернара Клервоского перебрался в Париж. Длительное время П.Л. преподавал в парижской кафедральной школе, а за год до смерти (в 1159) стал епископом Парижа. Широкую известность П.Л. получил благодаря своей «Книге сентенций» — систематическому изложению христианской догматики. Хотя поначалу это сочинение вызвало неоднозначную реакцию в церковных кругах, впоследствии оно стало основным учебником по теологии, который читался и комментировался во всех европейских ун-тах вплоть до 15 в., а кое-где и позднее. Будучи в первую очередь теологом, П.Л. стремился не столько к филос. осмыслению христианского учения, сколько к тому, чтобы примирить подчас несогласующиеся мнения церковных авторитетов и интегрировать их в единую непротиворечивую систему, пригодную для образовательных нужд. Отсюда и компилятивный характер его «Сентенций». В книге собраны мнения многих признанных Учителей Церкви (преимущественно Августина) и некоторых позднейших авторов, которые составляют бoльшую часть главного сочинения П.Л. С др. стороны, «Книгу сентенций» нельзя назвать образчиком дурного эклектизма, поскольку произведение отличают непротиворечивость и логическая строгость изложения, а отсутствие оригинальности компенсируется прекрасным знанием и глубоким пониманием материала. Любое исследование Священного Писания, по мнению П.Л., подразделяется на учение о вещах и учение о знаках. При этом знаки также являются вещами, но не всякая вещь является знаком. Собственно знаками П.Л. именует церковные таинства, как символы благодати, а вещами — все остальное. Вещи, в духе Августина, П.Л. классифицирует следующим образом: 1) объекты наслаждения (Бог); 3) объекты пользования (мир); 3) вещи, наслаждающиеся и пользующиеся (человек). На основании этого «Сентенции» разделяются на четыре основные части. Первая посвящена Богу, вторая — творению, третья — воплощению Иисуса Христа, четвертая — таинствам. Представления П.Л. о природе Бога целиком вписываются в общую зап. христианскую традицию, восходящую к Августину. Бог — единственно подлинное бытие, он вечен, неизменен, абсолютно прост. При этом Он един в трех лицах, благ и наделен волей, сообразно которой и творит мир из ничего. Существование Бога может быть доказано средствами разума. П.Л. приводит четыре способа (пути) такого доказательства, которые, однако, имеют общий характер восхождения от творения к Творцу; от изменяющегося к неизменному, от тела к уму и к Творцу тел и умов и т.д. Несмотря на теологический характер «Книги сентенций», многие проблемы, затронутые П.Л., стали в связи с распространением его книги как учебника предметом широкого обсуждения и исследования, в т.ч. филос. Отсюда то значительное влияние, которое сочинение П.Л. оказало на философов и теологов позднего Средневековья. В числе комментаторов «Сентенций» были Бонавентура, Дунс Скот, У. Оккам и др. Наиболее полное собр. соч. Петра Ломбардского напечатано в Патрологии Миня: Patrologiae cursus completus. Series Latina. Paris. Vol. 191-192.
Пётр Орсонь	ПЁТР ОРСОНЬ (Petrus Aureoli, Пьер д'Орсонь) (род. в Гурдоне – ум. 1322, Авиньон) – франц. философ, представитель поздней схоластики; учитель в Париже (с 1316). Мыслитель, склонный к критицизму, не примкнувший к какой-либо определенной философской школе, он уже различает «вещь в себе» (в природе) и «явление» (в мышлении), только последнее считает познаваемым.
Пётр Перегрин	ПЁТР ПЕРЕГРИН (Petrus Peregrinas) Пьер из Мерикура (род. в Мерикуре, Пикардия – ум. кон. 13 в.) – франц. схоласт. Среди франц. философов своего времени был единственным представителем экспериментальной естественной науки; для практического проведения в жизнь идей Роджера Бэкона требовал дополнить математику и философию экспериментальным методом.
Пётр Тартарет	ПЁТР ТАРТАРЕТ (Petrus Tartaretus) (жил в кон. 15 в.) – франц. философ, представитель поздней схоластики; ректор Парижского ун-та (с 1490); ученик Дунса Скота. Разрабатывал учение Аристотеля об умозаключении; опубликовал работы ряда комментаторов Дунса Скота со своими разъяснениями смысла его философии.
Петражицкий Лев Иосифович	ПЕТРАЖИЦКИЙ Лев Иосифович (13(25). 04.1867, Коллонтаево Витебской губ. — 15.05. 1931, Варшава) — философ и социолог, основатель психологической школы права. Первоначально обучался на медицинском ф-те Киевского ун-та, затем перешел на юридический, по окончании к-рого продолжил образование в Берлине. Проводя исследования в области гражданского права, П. выдвинул идею о создании новой науки в правоведении, политики права, изучающей психические особенности правового регулирования человеческого поведения. Эта идея оказала определенное влияние на нем. юридическую мысль (в частности, на Р. Штаммлера). Возвратившись в Россию, в 1897 г. защитил докторскую диссертацию и с 1898 по 1917 г. занимал кафедру энциклопедии и философии права юридического ф-та Петербургского ун-та. В 90-х гг. XIX в. им была провозглашена необходимость возрождения естественного права, что стимулировало появление в 1900—1902 гг. множества статей по этому вопросу и знаменовало переход правоведения на позиции философского идеализма. П. был депутатом I Государственной думы, входил в состав ЦК партии кадетов. После Октябрьской революции эмигрировал в Польшу, где вплоть до своей кончины (в состоянии сильной душевной депрессии покончил жизнь самоубийством) занимал кафедру социологии Варшавского ун-та. Рукописи П. погибли в период 2-й мировой войны при разгроме варшавского восстания. Имея своим источником правовые идеи Л. Кнаппа, Р. Бирлинга, Э. Цительмана, Коркунова (психологическое обоснование власти), психологическую теорию В. Вундта, концепция П. в значительной степени повлияла на философско-правовую и социологическую мысль России, Польши, Западной Европы и США. В 20-е гг. советские правоведы (М. И. Рейснер) активно использовали методологию П. для легитимации революционного правосознания как формы социалистического права. В немалой степени благодаря усилиям учеников П. (Гурвич, Н. С. Тимашев, Сорокин) его психолого-правовые подходы были адаптированы в 20—30-е гг. научными школами Западной Европы и США, что стало непосредственной предпосылкой возникновения социологической юриспруденции и др. новейших социолого-психологических концепций права. В основе теории П. лежит философско-методологический комплекс, сочетающий элементы неокантианства и имманентной философии с принципами социального и индивидуально-биологического детерминизма. Отражением данной теоретико-познавательной конструкции явилась созданная им эмоциональная психология, способная, по его мнению, в корне преобразовать "науки о праве, нравственности, политике, педагогике, эстетике и другие гуманитарно-психологические дисциплины о духовной жизни" об-ва. Психический аспект социальной действительности приобретает у П. значение всеобщей формы общественного сознания, проявления человеческой деятельности рассматриваются как функция психики. Отказавшись от традиционного деления психических явлений на сознание, чувство и волю и введя такую ключевую категорию, как "эмоция", П. классифицирует элементы психики на двусторонние, пассивно-активные (эмоции) и односторонние, односторонне-пассивные (сознание, чувство) и односторонне-активные (воля). Эмоции, определяющие поведение людей, имеют двойственную природу. С одной стороны, они — неотъемлемый компонент физиологии и нервной деятельности человека, с другой — являются результатом воздействия общественной психики. Тесная связь эмоций с биологической материей обусловливает их причинно-следственный характер, делает объектом научно-теоретического анализа и социально-практического воздействия. Наиболее важны, с т. зр. П., этические эмоции (моральные и правовые), выступающие в виде психических переживаний лица о своем поведении, выполняющие роль внутреннего цензора. Если моральные эмоции (нравственность) императивны и направлены на организацию внутренней душевной жизни человека, то правовые (право) — императивно-атрибутивны, т. е. предполагают определенную связь членов об-ва. Право, по П., есть такое состояние психики, при к-ром лицо осознает долг (пассивно-атрибутивное свойство права) и свое правомочие на исполнение обязанности (активно-атрибутивное свойство права). Необходимым условием бытия права является индивидуально-психический акт живого существа, способного к правовому переживанию. Количество правовых феноменов соответствует числу таких актов, а их форма определяется спецификой личностного правосознания. П. выделяет право официальное и неофициальное, позитивное (гетерономное) и интуитивное (автономное). Официальное право, признанное и гарантированное государством, функционирует наряду с неофициальным, возникающим внутри различных социальных групп. В отличие от официальной правовой моносистемы, неофициальное право отличается нормативно-ценностным разнообразием, значительно более широкой сферой применения, многоуровневой структурой. Позитивное право предстает в виде "нормативного факта", т. е. формально-определенного источника права (как правило, нормативно-правовое акт). Интуитивное право, напротив, существует помимо к.-л. традиционных правовых форм и является итогом внутреннего, интуитивного самоопределения индивида. Субъектом интуитивного права признается как лицо, способное к правовому переживанию, так и сторона, к к-рой обращена атрибутивная эмоция в виде долга или обязанности. В этом случае состав участников правоотношений становится неограниченным и может включать, напр., душевнобольных, умерших, животных, богов и т. п. Находясь как бы в эпицентре человеческой психики, интуитивное право способно быстро и точно улавливать потребности практической жизни и изменять в соответствии с ними свое содержание. Официальное и позитивное право не обладает необходимой мобильностью, поэтому с течением времени оно перестает отвечать интересам развивающейся личности, вступает в конфликт с ней. Чтобы избежать конфронтации, ведущей к разрушению не только официальной правовой системы, но и государства, об-ва, позитивное право должно вбирать в себя "аксиомы" интуитивного права, т. е. принципы построения самой императивно-атрибутивной психики. К явлениям правового порядка относится и государство, к-рое также есть акт психического переживания, выполняет служебную, подчиненную в отношении права роль. Психологическая теория права представляет собой, по П., базу для дальнейшей разработки политики права — универсальной психолого-социологической науки (эмоциональной социологии) и духовно-практического способа совершенствования общественных отношений. Эта наука должна включать знания о психологических закономерностях поведения людей, факторах, влияющих на развитие человеческого характера, а также учение о природе и причинных свойствах права, правовой мотивации и правовой педагогике. Осн. научным методом выступает "психологическая дедукция", гипотетически устанавливающая психолого-правовой результат законодательного воздействия на об-во. Право как элемент социально-психической жизни, с одной стороны, активно влияет на процессы в области психики и человеческие поступки, с другой — само есть продукт социально-психической среды. В этом контексте роль права проявляется в 2 аспектах: во-первых, в стимулировании или подавлении мотивов повеления людей (мотивационное, или импульсивное, действие права) и, во-вторых, а воспитании народной психики (педагогическое действие права). Отсюда вытекают задачи политики права. Первая состоит в регулировании индивидуального и массового поведения посредством правовой мотивации, вторая — в совершенствовании человеческой психики, очищении ее от антисоциальных склонностей. П. рассматривает развитие об-ва как прогрессивную смену этапов его психического состояния от примитивного к зрелому, совершенному. Народная психика является своего рода иррациональной субстанцией, проецирующей вовне формы социального бытия (этические, правовые, политические, экономические и т. п.) и имеюшей рациональные тенденции з своей эволюции. Социальная динамика представляет собой психическое общение, эмоционально-интеллектуальные отношения индивидов, вырабатывающих ч историческом процессе сменяющих друг друга поколений "усредненные эмоциональные факты", по сути, стандарты человеческого поведения. Каждому этапу психического развития об-ва соответствуют свои эмоциональные факты (в т. ч. право и политические институты). Позднейшие правовые системы, выполняя функцию социализации, т. е. приспосабливаясь к народной психике и беря за основу ее лучшие этические качества, аккумулируют в себе культурно-психические ценности предшествующих эпох, развивают дальше "высшие стороны человеческого характера". Возрастающее влияние культуры ведет к постепенному отмиранию антисоциальных свойств психики, дает об-ву возможность отказываться от негуманных правовых средств (напр., жестокости наказаний). До настоящего времени, по П., правовая социализация по направлению к общему благу осуществлялась бессознательно. Наука политики права будет сознательно, а следовательно, более эффективно вести людей к совершенному социальному устройству, к господству действенной любви в человечестве. В конечном счете достижение социального идеала, организованного на сверхнравовых и сверхнравственных принципах, позволят психике освободиться от "тисков" права и нравственности как рудиментов былой некультурности. Соч.: Очерки философии права. Спб, 1900. Вып. 1; Введение в изучение права и нравственности. Эмоциональная психология. Спб., 1905; Теория права и государства в связи с теорией нравственности. Спб., 1909—1910. Т. 1—2; К вопросу о социальном идеале и возрождении естественного права // Юридический весткик. 1913. Кн. 2. Лит.: Зорькин В. Д. Позитивистская теория права в России. М. 1971: Пяткина С. Л. Русская буржуазная правовая идеология. М., 1980; Социологическая мысль в России: Очерки истории немарксистской социологии последней трети XIX — начала XX века. Л., 1978; Dabord G. L'oevre juridique et philosophie de Leon Petradzychi. P, 1962; Baum К. Leon Petrazychi und seine Schüler. В., 1967; Sociology and Jurisprudence of Leon Petrazycki. Illinois, 1975.
Петров Василий Викторович	ПЕТРОВ Василий Викторович (р. 1949) — специалист в области философии языка, логики, филос. науки. Доктор филос. наук, проф. Окончил технологический факультет Тюменского индустриального ин-та (1971), аспирантуру кафедры философии Новосибирского государственного ун-та (1974). В 1974—1980 — научный сотрудник, ученый секретарь Ин-та истории, филологии и философии Сибирского отделения АН СССР, в 1980—1986 — советник Государственного комитета СССР по науке и технике; в 1986—1991 — проф. АОН. С 1991 — зав. кафедрой логики Московского государственного лингвистического ун-та. Докторская диссертация — «Структуры значения: логико-методологический анализ» (1983). Основные научные результаты в области философии языка достигнуты в обосновании и анализе особенностей новой когнитивной парадигмы в изучении языка. Осуществляя приложение концепций когнитивной науки к исследованию проблем формализации естественного языка, П. предполагает модифицированные версии логики предикатов и логики действий. В области филос. науки П. предлагает идею разделения семантической референции научных терминов и референций, использующих эти термины в научной практике, и на этой основе — описание механизма преемственности научного знания. Обосновывая два подхода к анализу метафор (семантический и когнитивный), П. исследует природу и механизм функционирования метафор в научном познании. Семантика научных терминов. Новосибирск, 1982; Философские проблемы логики (в соавт.). М., 1984; Элементы логики действий (в соавт.). М., 1991; Обработка языка и логика предикатов (в соавт.). Новосибирск, 1993.
Печерин Владимир Сергеевич	ПЕЧЕРИН Владимир Сергеевич (15(27).06. 1807, с. Дымерка, ныне Черкасской обл. — 17 (29).04.1885, Дублин, Ирландия) — мыслитель, поэт. В 1831 г. окончил филологический ф-т Петербургского ун-та, обнаружив большие способности к древн. языкам и классической филологии. С 1833 по 1835 г. П. с группой молодых ученых был в Германии (в Берлинском ун-те) с целью завершения образования. Вернувшись в 1835 г. в Россию, в звании и. о. экстраординарного проф. в течение семестра читал лекции по классической философии в Московском ун-те. Летом 1836 г. П. навсегда покинул Россию (лишен российского подданства решением Сената в 1848 г.). В 1840 г. П. принял католичество, а в 1843 г. стал католическим священником. В течение 20 последующих лет П. жил во Франции, Англии, Ирландии, получив известность как блестящий проповедник и оратор. Литературное наследие П. невелико по объему и состоит из писем, поэтических произв., воспоминаний (известных под названием "Замогильные записки"). Вообще все его творчество воспринимается только на фоне его личности: та или иная трактовка его личности предопределяет и оценку его творчества. В истории рус. культуры П. — фигура символическая. Наиболее удачная формула-характеристика П. принадлежит Н. П. Анциферову: "Агасфер русской интеллигенции" (Душа Петербурга. Пб., 1922. С. 92). С т. зр. Анциферова, в поэме П. "Торжество смерти" "в образе Петербурга проклятию предается весь период русского империализма, символом которого была Северная Пальмира" (Там же. С. 94). Из праведного негодования по поводу деспотического политического режима вырастает характерный для П. национальный нигилизм. "Как сладостно отчизну ненавидеть // И жадно ждать ее уничтоженья, //Ив разрушении отчизны видеть // Всемирного денницу возрожденья!" — эти "безумные строки", ставшие впоследствии печально знаменитыми, П., по его собственному признанию, написал в Берлине "в припадке байронизма" (Pycämot общество 30-х годов XIX в. М., 1989. t. 161). Герцен, посвятивший П. особую главу в VII части "Былого и дум", отмечает: "И этот грех лежит на Николае" {Герцен А. И. Соч. М., 1957. Т. 6. С. 387). П. принадлежал к тому слою невостребованных интеллектуалов ("лишних людей", "интеллигентов"), к-рые не желали идти на службу в бюрократические структуры и не видели лично для себя выхода из сложившейся ситуации. Россию П., как и его старший современник Чаадаев, 'представлял в образе Некрополиса (города мертвых), делать в к-ром ему было нечего. Субъективно свое положение в России П. представлял как жесткую альтернативу: либо духовная смерть, либо побег. Он избрал последнее. Характерно, что, очутившись на Западе, П. нек-рое время находился под влиянием идей христианского социализма (в частности, творчества фр. религиозного философа Ф. Р. Ламенне). По-видимому, католические симпатии и решение переменить веру пришло к нему позднее. Современники П. (в т. ч. и из лагеря славянофилов) понимали, что его национальный нигилизм является оборотной стороной его патриотизма, интеллектуальной честности и незаурядной смелости. И все же нельзя не признать, что в его лице наиболее остро сказалась болезнь рус. духа, несущая в себе (если не принять соответствующих мер) угрозу гибели. Именно поэтому П. представляет собой интерес для истории рус. философии не столько конкретным содержанием своего мировоззрения, сколько своей личностью, в к-рой нашла своеобразное преломление вечная тема рус. философии: интеллигенция — Россия — народ, Россия и Запад, православие и католичество, "героизм и подвижничество". Соч.: Замогильные записки // Русское общество 30-х годов XIX в. Люди и идеи: Мемуары современников. М., 1989; Герцен, Огарев и их окружение: Рукописи, переписка и документы. М., 1940. Лит.: Гершензон М. О. Жизнь В. С. Печерина." М., 1910; Штрайх С. В. С. Печерин за границей в 1833—1835 гг. // Русское прошлое: Исторический сборник. Пг.; М., 1923. Кн. 3; Сакулин П. Н. Русская литература и социализм. М., 1924. Ч. 1; Литературное наследство. М., 1955. Т. 62.
Пешё Мишель	ПЕШЁ (Pecheux) Мишель (1938-1983) - французский философ, автор постмодернистских аналитик дискурса (см. Дискурс). Окончил Эколь Нормаль. Работал в лаборатории социальной психологии Национального Центра Научных Исследований (CNRS). Член Парижского Эпистемологического кружка, издававшего журнал "Cahiers pour l'analyse". Автор аналитических работ, посвященных эпистемологическим проблемам дискурсивных практик: "Автоматический анализ дискурса" ("Analyse automatique du discours", 1969; переведена на английский, испанский и португальский языки), "Прописные истины" ("Les Verites de La Palice", 1975; переведена на английский и португальский). Испытал влияние Ж.-П.Сартра и Альтюссера; был близок к неомарксизму, однако если исходно концепция П. во многом детерминирована неомарксистскими категориальными структурами, то смысловая наполненность последних значительно трансформирована в связи с ориентацией автора на постмодернистскую парадигму анализа дискурсивных сред (см. Постмодернизм). В фокусе теоретического интереса П. находится проблема социокультурной детерминации дискурсивных феноменов. В частности, центральной проблемой философских аналитик П. является проблема соотношения идеологии и дискурса (идеологии, дискурса и языка; "общественной формации" и "идеологической формации"; "идеологической формации" и "дискурсной формации" и т.п.). Принципиальным отличием концепции П. от неомарксистских исследований в данной сфере является то обстоятельство, что П. строит свою модель социокультурных детерминационных механизмов в отношении дискурса с учетом коммуникативной природы дискурсивных процедур, на основании коммуникативно-информационной модели дискурсивного акта (во многом аналогичной модели Якобсона). Кроме того, П. полагает также необходимым при анализе дискурсивных процессов учет тех субъективных факторов, иллюзий и состояний, которые, будучи "воображаемыми иллюзиями", тем не менее, играют существенную роль в конституировании дискурсивных построений. На обрисованной концептуальной основе П. конституирует такой методологический прием дискурсивной аналитики, как "автоматический анализ дискурса", который, согласно позиции П., принципиально отличается как от лингвистического анализа дискурсивных феноменов, так и от его социокультурных аналитик. На основании исследования методики чтения документальных (архивных) текстов П. показано, что процедура чтения есть одновременно смыслосозидающая процедура письма (см. Письмо, Скриптор), семантически и аксиологически трансформирующая исходное (социо-исторически и историко-психологически контекстуальное) значение документального текста (статья "Lire l'archive aujourd'hui", 1982). На этом подходе базируется ряд современных аналитик дискурса, посвященных конкретно-историческим его прецедентам (изучение дискурсивных практик периода Французской революции у Р.Робен, анализ "словаря алжирской войны" у Д.Мальдидье, исследование дискурса "применительно к советским реалиям" у Серио и др.). В целом, творчество П. сыграло серьезную роль в формировании современной французской школы анализа дискурса (Серио, Ж.Отен-Ревю, Ж.Гийо-му, Э.П.Орланди, Р.Робен, Ж.-Ж.Куртин и др.). В 1990 в Париже опубликована антология работ П. "Michel Pecheux: L'inquietude du discours" (составитель - Д.Мальдидье).
Пиаже Жан	ПИАЖЕ (Piaget) Жан (род. 9 авг. 1896, Невшатель – ум. 16 сент. 1980, Женева) – швейц. психолог, философ и логик, известный своей теорией когнитивного развития. Жан Пиаже был старшим сыном Артура Пиаже и Ребекки Джексон. Его отец был швейцарцем и преподавал литературу средних веков, а мать француженкой. В детстве Жан Пиаже настолько сильно интересовался биологией и естественными науками, что уже к пятнадцатилетнему возрасту опубликовал несколько статей по моллюскам. Прежде чем стать психологом, Жан Пиаже получил образование в сфере естественных наук и философии. Степень доктора философии Жан Пиаже получил в Невшательском университете в 1918 году, после чего занялся постдокторантурой в Цюрихском университете с 1918 по 1919 год. После окончания учёбы он переехал во Францию, где устроился работать в школу для мальчиков на улице Гранд-о-Велль. Директором в школе был Альфред Бине — создатель теста IQ. Во время обработки результатов теста IQ Пиаже обратил внимание на значительную разницу между ответами детей младшего и старшего возраста, где младшие постоянно давали неправильные ответы на определённые вопросы. Это наблюдение подтолкнуло его к заключению, что когнитивные процессы детей отличаются от когнитивных процессов взрослых. В 1921 году Пиаже вернулся в Швейцарию где занял пост директора по науке Института Руссо в Женеве, директором в котором на тот момент был Эдуард Клапаред, с идеями по психоанализу которого Пиаже был хорошо знаком. В 1920-х Пиаже сильно заинтересовался психологией детей. Он считал, дети переходят от эгоцентризма к социоцентризму при помощи полумедицинских бесед. С 1925 по 1929 год он работал преподавателем психологии, социологии и философии науки в Невшательском университете. С 1929 по 1968 год он был директором Международного бюро просвещения. Каждый год он выступал с докладом в бюро и на Международной конференции по государственному образованию. В 1954 году Пиаже был назначен президентом Международного союза научной психологии, и занимал этот пост до 1957 года. С 1955 по 1980 год Пиаже также занимал пост директора Международного центра генетической эпистемологии. Он считал себя генетическим эпистемологом, и предлагал теорию когнитивного развития. Он выделял четыре стадии когнитивных процессов у детей, которые он выделил благодаря годам исследований, а также благодаря изучению когнитивного развития собственных детей. Он выделял четыре стадии развития интеллекта: сенсомоторную стадию, стадию подготовки и организации конкретных операций, стадию конкретных операций и стадию формальных операций. Эти стадии также были разделены исходя из способностей детей и их возраста. В 1964 году Пиаже был главным консультантом на двух конференциях — в Корнелльском и Калифорнийском университетах. На этих конференциях рассматривались вопросы взаимоотношения когнитивного образования и разработки учебных материалов. Жан Пиаже опубликовал несколько важных работ и книг по психологии, в том числе по психологии когнитивного развития, которыми до сих пор пользуются психологи всего мира. До самой своей смерти Жан Пиаже вёл активный образ жизни. С 1971 по 1980 год был почётным профессором Женевского университета. Жан Пиаже был одним из самых выдающихся экспериментальных психологов 20 века, наиболее известный своей теорией когнитивного развития. Его работа повлияла на многих выдающихся психологов последующих поколений, которые изучали не только поведение человека, но и поведение не относящихся к человеку видов, таких как приматы. В 1972 году Жан Пиаже был награждён премией Эразма от организации «Фонд Эразма» за его вклад в европейскую культуру, общество и обществознание. Многие престижные университеты, такие как Гарвардский, Манчестерский и Кембриджский и т. д. наградили его почётными званиями за вклад в развитие психологии. В 1923 году Жан Пиаже женился на Валери Чатене. У пары родилось трое детей. Своих детей Жан Пиаже изучал с детства, и это легло в основу его работы по изучению когнитивного развития детей. Он умер в 1980 году в возрасте 84 лет. В одной из первых работ («Речь и мышление ребенка», 1923; рус. пер. 1932) описал специфику детского мышления, выделив эгоцентризм (см. Эгоцентричный) в качестве главной отличительной характеристики его познавательной деятельности; в силу этого ребенок смешивает субъективное и объективное, переносит свои внутренние побуждения на реальные связи вещей. В мышлении ребенка обнаруживаются и такие особенности, как магия (словам и жестам придается сила воздействия на внешние предметы) и анимизм (эти предметы наделяются сознанием и волей); см. Первобытные формы религии. В трудах «Генезис элементарных логических структур» (1939 – 1941; рус. пер. 1963) и «Психология интеллекта» («La psychologie de l'inteligence», 1946) построил операциональную концепцию интеллекта. В качестве формального аппарата описания систем интеллектуальных операций Пиаже использовал исчисления математической логики. В серии работ по экспериментальной психологии проанализировал механизмы формулирования осн. психических функций и, в частности, важнейших понятий и принципов человеческого мышления. Психологические и логические идеи Пиаже нашли свое обобщенное выражение в рамках особого направления исследований, названного им генетической эпистемологией (симбиоз генетического и историко-критического подхода к анализу знания). Кроме указанных работ, выпустил (совместно с П. Фрессом) многотомный труд «Экспериментальная психология». На рус. яз. в 1969 вышли в свет «Избр. психологические труды».
Пико делла Мирандола Джованни	ПИКО ДЕЛЛА МИРАНДОЛА (Pico della Mirandola) Джованни (род. 24 февр. 1463, замок Мирандола – ум. 17 нояб. 1494, Флоренция) – итал. гуманист и философ, представитель флорентийского платонизма, притом крупнейший, противник астрологии, последователь Савонаролы (1452-1498), склонялся к каббале. При этом он «был единственным, кто провозгласил и энергично ратовал за науку и истину всех эпох в противовес одностороннему превознесению классической древности» (Як. Буркхардт). Осн. произв. – «De dingitate hominis», 1496. Он имел графский титул и владел несколькими языками. В 1486 г. обнародовал свои «900 тезисов по философии, каббалистике и теологии», содержащих извлечения из различных источников «обо всем, что познаваемо». Эти тезисы были осуждены и запрещены церковью. Цель, которую ставил перед собой автор, состояла в том, чтобы «никому не присягая на верность, пройдя путями всех учителей философии, все исследовать, изучать все школы... коснуться всех доктрин...» [Эстетика Ренессанса. М., 1981. Т. II. С. 259]. Пико делла Мирандола, как и его соотечественник Фичино, стоял на позициях пантеизма, но больше склонялся к натуралистическому его пониманию. Он выступал против астрологии как лженауки, полагая, что совокупность звезд не в состоянии определить судьбу человека. Отсюда он делал выводы о свободе воли человека, о праве человека самому заботиться о своей судьбе и делать свой выбор, человек сам может создавать свое счастье. Он был против «астрологического детерминизма», предписывающего будущую жизнь человека, ограничивающего человеческую активность. В «Речи о достоинстве человека», которая должна была открыть диспут Пико делла Мирандола против философов всей Европы, он ярко формулирует основные положения гуманистической программы Возрождения, ставящей в центр мироздания человека и его достоинства. В произведении «Против астрологии» он писал: «На земле нет ничего более великого, кроме человека, а в человеке нет ничего более великого, чем его ум и душа. Если возвыситься над ними, значит, возвыситься над небесами». Пико делла Мирандола стремился к примирению философов, принадлежащих к разным направлениям, считая, что разные взгляды являются выражением отдельных сторон истины и поэтому только их соединение дает возможность постигнуть истину в целом. Пико делла Мирандола проявлял большой интерес к мистическим вопросам и увлекался каббалой и магией. Однако он стремился к более научному пониманию этих вопросов. Так, магию он воспринимал не просто как нечто колдовское, а как реальную тайну природы, которую надо исследовать. Он различал черную магию (это было делом злых сил, как их понимали в Средние века) и белую, или естественную магию - как постижение естественных тайн природы.
Пирри Ральф Бартон	ПИРРИ (Perry) Ралф Бартон (род. 3 июля 1876, Поултни – ум. 22 янв. 1957, Кембридж, США) – амер. философ; в 1913 – 1946 – профессор Гарвардского унта в Кембридже (Массачусетс), в 1946- 1948 – профессор в Глазго, ученик и последователь Уильяма Джемса, неореалист. Противопоставил идеализму «эгоцентрический порядок». Его метод, родственный методу Б. Рассела и бихевиористов, является критически-логическим. Пирри защищал персонализм и создал собственную теорию ценностей. Осн. произв.: «The new realism», 1912; «General theory of values», 1926; «The thought and character of William James», 2 v., 1935; «Puritanism and democracy», 1944; «One world making», 1945.
Пиррон из Элиды	ПИРРОН (Πυρρών) из Элиды (приблизительно 365-275 до н.э.), др.-греч. философ, основатель античного скептицизма. Учился у софиста Брисона из Гераклей (близкого к Мегарской школе), потом у демокритовца Анаксарха из Абдер, вместе с которым участвовал в восточном походе Александра Македонского и «общался» с индийскими гимнософистами и персидскими магами (D. L. IX 61). Первым из греческих мыслителей провозгласил эпохе («воздержание от суждений») основным методом философии. Он придерживался того мнения, что ничто в действительности не является ни прекрасным, ни безобразным, ни справедливым, ни несправедливым, т. к. в себе все одинаково (adiaphoron – безразличное), и поэтому оно не в большей степени одно, чем другое. Все неодинаковое, различное является (произвольными) человеческими установлениями и обычаями. Вещи недоступны для нашего познания; на этом основан метод воздержания от суждений. В качестве же практически-нравственного идеального метода отсюда выводится «невозмутимость», «безмятежность» (атараксия). Учение Пиррона называется пирронизмом. Это название по смыслу отождествляется со скептицизмом. Важнейшим источником для изучения его теории является труд Секста Эмпирика «Пирроновы положения». Он не писал философских «трактатов»; термины «пирроновский» и «скептический» употреблялись скептиками римской эпохи как синонимы (Sext. Pyrrh. I 7), отсюда трудности реконструкции первоначального учения П. и его дифференциации от неоскептической традиции Энесидема - Секста Эмпирика. В целом для последней более характерна логико-гносеологическая, для П. -морально-психологическая ориентация. Наиболее аутентичное изложение основ пирроновского скепсиса -свидетельство Аристокла (у Евсевия, Рг. Εν. XVI 18, 1-4 = Пиррон, test. 53 Decleva Caizzi), цитирующего Тимона из Флиунта. Для достижения счастья (эвдемонии) необходимо задаться тремя вопросами: Каковы вещи по природе? Как мы должны к ним относиться? Что для нас из этого проистекает? Ответы: 1) Вещи не- или без-различны (αδιάφορα), неустойчивы и не допускают о себе определенного суждения (άνβττίκρι,τα); наши ощущения и представления о них не могут считаться ни истинными, ни ложными. 2) Поэтому надо освободиться от всех субъективных представлений, «не склоняться» ни к утверждению, ни к отрицанию, оставаться «непоколебимыми» и обо всем рассуждать: «это ничуть не более так, чем не так», или «это и так, и не так», или «это ни так, ни не так». 3) Из такого отношения к вещам проистекают сначала афасия (состояние, при котором о вещах «нечего больше сказать»), а затем атараксия - безмятежность; в некоторых свидетельствах также апатия и «тишина» (γαλήνη, собств. «штиль», полное отсутствие волнения). Скептическое сомнение у П. не самоцель, а средство обретения душевного покоя. Индифферентизм и девальвация всех конвенциональных ценностей человеческого существования, понимаемые как избавление от «бредового наваждения» (τΰφος), не ведут при этом ни к отшельничеству, ни (как у киников) к социальному аутсайдерству или эпатированию обывателей (П. принимает должность верховного жреца и удостаивается бронзовой статуи за заслуги перед городом). Абсолютная автономия личности и полный отказ от желаний, «первейшего из всех зол» (test. 65), подавление всех эмоций (особенно страха и боли) доводится до преодоления инстинкта самосохранения: смерть «ничуть не более» страшна, чем жизнь. Ближайшими учениками П. были Тимон из Флиунта, Гекатей Абдерский и учитель Эпикура Навсифан. Формальное влияние П. оказал на скепсис Средней Академии (Аркесилай). Свидетельства: Pirrone. Testimonialize. A cura di F. Decleva Caizzi. Nap., 1981 (библ. с. 17-26) (тексты, итал. пер. и комм.); Long Α. Α., Sedley D. N. The Hellenistic Philosophers. Camb., 1987. Vol. 1, p. 13-24. Vol. 2, p. 1-17. Лит.: Robin L. Pyrrhon et le scepticisme grec. P., 1944 (repr. N. Y., 1980); Flintoff E. Pyrrho and India, - Phronesis 25, 1980, p. 88-108; Stopper M. R. Schizzi Pirroniani, - Ibid. 28, 1983, p. 265-297; Reale G. Ipotesi per una rilettura délia filosofia di Pirrone di Elide, -Giannantoni G. (ed.). Lo scetticismo antico. Vol. 1. Nap., 1981, p. 243-336; Ausland H. W. On the Moral Origin of the Pyrrhonian Philosophy, - Elenchos 10, 1989, p. 359^34; Bett R. Aristocles on Timon on Pyrrho: the text, its logic, and its credibility, - OSAPh 12, 1994, p. 137-181; Brunschwig J. Once Again on Eusebius on Aristocles on Timon on Pyrrho, -Papers in Hellenistic Philosophy. Camb., 1994, p. 190-211; Hankinson R. J. The Sceptics. L.; N. Y., 1995; Bett R. Pyrrho, His Antecedents, and His Legacy. Oxf., 2000.
Пирс Чарлз Сандерс	ПИРС (Peirce) Чарлз Сандерс (род. 10 сент. 1839, Кембридж, Массачусетс – ум. 19 апр. 1914, Милфорд, Пенсильвания) – крупнейший американский философ, основоположник прагматизма, который был также математиком, астрономом, химиком, логиком; профессор в Кембридже, Балтиморе и Бостоне. Он - создатель семиотики и внес большой вклад в становление символической логики. На него оказали влияние Дуне Скот, Кант и Дарвин. В статье «How to make our ideas clear» («Как сделать наши мысли понятными»), помещенной в научно-популярном ежемесячном журнале «Popular science monthly» (1878), он ввел в философию понятие прагматизм. «Для того чтобы определить значение понятий рассудка, необходимо рассмотреть, какие практические следствия выводятся с необходимостью из истинности понятия. Сумма этих следствий и определяет значение понятия». Термин «прагматизм» (от греч. прагма - дело) означает направление в философской мысли, которое считает, что философия должна иметь практическую направленность. К этому течению кроме Пирса также примыкали У.Джемс и Дж.Дьюи. Пирса считают «отцом научной философии США». Главные принципы прагматизма развиты Пирсом в статьях «Как сделать наши идеи ясными» (1876), «Закрепление верования» (1877). Предпосылка теории прагматизма - понятие веры. Суть рассуждений Пирса сводится к следующему. Человек, который вынужден действовать в мире, вырабатывает различные типы действия и привычки действовать. Эти привычки становятся осознанными и образуют то, что Пирс называет верой, или верованием. Таким образом, вера означает привычку действовать определенным образом. Например, когда разные идеи (верования) вызывают одни и те же действия, одни и те же поступки, то между ними никакой разницы нет, это одно и то же, лишь выраженное разными словами. Сознание человека заполнено всевозможными верованиями, и они обеспечивают покойное, удовлетворенное состояние ума. Однако это покойное состояние веры может смениться сомнением, которое приостанавливает действия. Это сомнение может быть вызвано разными причинами: теоретическими трудностями, противоречивыми мнениями и т.д. Так как сомнение - это беспокойное состояние сознания, мы стремимся освободиться от него. Это усилие Пирс называет исследованием, которое он отождествляет с логическим рассуждением. Цель исследования (или мышления) состоит в освобождении от сомнения и достижении верования. Пирс пишет, что «деятельность мысли возбуждается сомнением и прекращается, когда верование достигнуто, таким образом, достижение верования есть единственная функция мысли». Пирс подчеркивает, что главное - это устранить сомнение, а каким образом это будет достигнуто, не имеет значения. Не имеет значения также и то, достигаем мы истинного знания или нет. Он считает, что нам кажется, будто мы стремимся к истинному мнению, на самом же деле мы стремимся лишь к твердому верованию, независимо от того, истинно оно или нет. Конечно, мы при этом думаем, что каждое наше верование истинно. Таким образом, вопрос об истинности веры у Пирса снимается и подменяется вопросом об устранении сомнения. Любой человек, в том числе и ученый, стремится не к истинному мнению, а к устойчивому верованию. Пирс считает, что наши верования не должны зависеть от человеческого произвола, а должны определяться внешним фактором, а именно методом науки, который является последним и самым надежным способом достижения и закрепления верования. Методу науки предшествует ряд других методов, которые Пирс формулирует следующим образом. 1. Метод упорства, когда человек упорно держится своих взглядов и отвергает любую критику, не обращая внимания на отношение этих взглядов к фактам. Человек говорит в этом случае, что устойчивая вера в свои взгляды дает ему спокойствие, а это главное. Пирс подчеркивает, что методу упорства трудно следовать, так как человек как социальное существо должен согласовывать свои воззрения со взглядами других людей. 2. Метод авторитета решает проблему распространения верования посредством предписания государством, церковью или другой могущественной организацией определенного комплекса обязательных верований, инакомыслие наказывается. Конечно, моральный аспект этого метода имеет свои погрешности, но Пирс его одобряет, так как он эффективен и потому может быть оправдан. Пирс пишет, что для массы людей, возможно, не существует лучшего метода, чем этот; метод авторитета всегда будет управлять массой человечества. 3. Априорный метод, который использовался философами, чтобы представить свои взгляды как согласные с разумом. На самом деле они придерживались своих любимых концепций и не хотели от них отказываться. Этот метод мало чем отличается от метода упорства. При описании метода науки Пирс указывает на объект науки как на объективную реальность, которую должна описать и объяснить наука. Выполнение этого условия приводит не только к единодушному мнению, но и к истинному заключению о том, что представляют собой вещи в действительности. В то же время Пирс утверждает, что признание объективной реальности - это всего лишь гипотеза, которая оправдывает себя, так как метод науки является наиболее эффективным для закрепления знания. Пирс известен в истории философии как создатель теории значения. В работе «Как сделать наши идеи ясными?» Пирс пытается ответить на этот вопрос и говорит, что этого можно достигнуть, лишь указав на значение идеи. Но что такое значение? Пирс был первым среди философов, который понял проблему значения. Суть его концепции состояла в утверждении, что значение понятия определяется совокупностью практических последствий. Он писал: «Рассмотрите, каковы практические следствия, которые, как мы считаем, могут быть произведены объектом нашего понятия. Понятие о всех этих следствиях, есть полное понятие объекта». В этом состоит «принцип Пирса», центральное положение его прагматической доктрины. Практические следствия Пирс понимает как те привычки действовать, которые вызываются вещью. В «Лекциях о прагматизме» (1903) он пишет, что прагматизм - это «учение о том, что каждое понятие есть понятие о мыслимых практических последствиях». Для Пирса некоторое понятие, например понятие человека, выступает не как совокупность ощущений, а как совокупность наших реакций на него, которые отличаются от реакций, вызываемых камнем или звездой. В рамках своей теории прагматизма Пирс выдвинул свою концепцию истины. Для него истина - это то, во что мы верим. Он писал: «Если ваши термины «истина» и «ложь» взяты в таком смысле, что их можно определить в терминах сомнения и веры, то все хорошо, в этом случае вы говорите только о сомнении и вере... Ваши проблемы стали бы намного проще, если бы вместо того, чтобы говорить, что вы хотите познать «Истину», вы просто сказали бы, что хотите достигнуть состояния веры, не подверженной сомнению». Таким образом, для каждого человека истина это то, во что он не может не верить. При этом Пирс указывал, что истина в науке одна, она не изменяется от одного человека к другому. И все же в науке существуют заблуждения, более того, то, что считалось истинным до определенного времени, впоследствии оказывается не таким уж истинным. Пирс считал, что несмотря на то, что мы можем думать о возможной ошибочности наших убеждений, до тех пор, пока мы верим в них, они будут для нас абсолютной истиной. Истина для Пирса - это то верование, к которому в конце концов придет большинство ученых. Пирс также разрабатывал и другие философские вопросы. Он выдвинул учение о трех категориях, которые охватывают всю реальность: «первичность» указывает на специфические качества любого явления, «вторичность» - на факт существования тела и на его отношения с другими телами, «третичность» - на общность первых двух сфер, которые тем самым оказываются связанными друг с другом. Космологические взгляды Пирса выражаются в тихизме учении об абсолютной случайности в мире, агапизме - учении о любви как движущей и направляющей силе эволюции в мире, синехизме - учении о всеобщей непрерывности, характеризующей тенденцию всего существующего к возрастающей разумности. Пирс - основоположник семиотики, он исследовал типологию и функционирование знаков, разработал «фаллибилизм» учение об основах погрешимости всего знания. Его логические работы внесли большой вклад в разработку математической логики. Осн. произв.: «Studies in logic», 1883; «Collected Papers of Charles Sanders Peirce», v. 1-8, 1931-1958.
Писарев Дмитрий Иванович	ПИСАРЕВ Дмитрий Иванович (1840—1868) — литературный критик и публицист. В 1861 окончил историко-филологический факультет Петербургского ун-та и стал ведущим критиком жур. «Русское слово», а затем и «Дело». 1862—1866 провел в Петропавловской крепости, продолжая литературную работу, жизнь завершилась трагически — утонул в Балтийском море. В истории рус. общественной мысли П. занял неординарное место, будучи одновременно родоначальником рус. нигилизма и представителем рус. Просвещения 1840—1860-х гг. Как нигилист он призывал бить направо и налево, разбить все, что можно разбить, как просветитель — был на стороне поборников культа «разума» и «правды», слыл непримиримым обличителем «врагов человечества», невежества, застоя и бесправия. Просветительские идеи «естественного права» и «естественных потребностей человека» были основным и главным принципом почти всех его суждений. Его мысли в области социальной философии были поэтому достаточно узки и бедны, поскольку одна лишь забота о голодных и раздетых не могла стать основой позитивной социально-экономической программы. Филос. интересы сформировались под влиянием К. Фохта, Л. Бюхнера, Я. Молешотта, позитивизма О. Конта, эволюционной теории Ч. Дарвина. О философии Платона П. писал в вульгарно-уничижительном тоне, а у Гегеля усматривал только лишь «диалектические фокусы». Отдельные исследователи считают П. предтечей субъективного метода в истории из-за его мнения, что история есть осмысление событий сквозь призму писательской личности. Приняв в литературной критике позицию «чистого искусства», П. пришел к идее «разрушения эстетики», доказывая, что у искусства вообще нет никаких законов и принципов. Судьба самого П. и его идей была парадоксальным соединением принципов вульгарного материализма, нигилизма и утилитаризма. Полн. собр. соч.: В 6 т. СПб., 1909—1913; Соч.: В 4 т. М., 1955-1956; Избр. произв. Л., 1968.; Переверзев В.Ф. Д.И. Писарев. М., 1929; Маслин М.А. Д.И. Писарев в борьбе за материализм и социальный прогресс. М., 1968.
Пифагор	ПИФАГОР (Pythagoras) (род. 580 ум. 500 до Р. X.) – древнегреч. философ, математик, астроном с о-ва Самос, основатель Пифагорейского союза (школы). Конкретные обстоятельства жизни которого столь же мало известны, как и его учение. Но т. н. «теорема Пифагора», очевидно, принадлежит самому Пифагору. Значительную часть своей жизни он провел на острове Самоа, поэтому его еще называют Пифагор Самосский. Затем при тиране Поликрате переселился в Южную Италию в город Кротон, где основал пифагорейский союз (своего рода религиозную общину). В Кротоне (Южная Италия) он учредил просуществовавший до 4 в. до Р. X. союз с целью проведения нравственно-религиозного реформирования жизни, который из-за его исключительно аристократически-консервативных позиций подвергался преследованиям. О пифагорейцах и их учении (пифагореизме) Аристотель сообщает: они были первыми из тех, кто серьезно занялся математикой. Отсюда и развилось воззрение, согласно которому принципы математики – числа – одновременно являются и принципами мира, а числовые отношения, пропорции – отражением гармонии самого мира. Поэтому мир стал называться «космосом» – в силу господствующего в нем порядка и гармонии – прежде всего в пифагореизме. По учению Пифагора, небесные тела «звучат» через определенные интервалы (гармония сфер) и эту гармонию мы не воспринимаем только потому, что она воздействует на нас непрерывно. Примыкая к орфикам, пифагорейцы выдвинули учение о переселении душ и возвращении, повторении подобного. Среди своих сторонников и последователей пользовался непререкаемым авторитетом (в пословицу вошло выражение: «Сам сказал»). Отд. высказывания П. и отрывочные сведения о его жизни дошли в работах Диогена Лаэртского, Порфирия и Ямвлиха. Больше сведений и тоже отрывочных дошло о жизни и идеях пифагорейской школы. П. и его последователи в первое время своей деятельности многое взяли в античной натурфилософии у Фалеса, Гераклита. Однако вскоре оригинально определили первоначалом всего сущего число. По представлениям П., земля состоит из кубов, огонь − из тетраэдров. Всё имеет число, даже боги и душа как самодвижущиеся числа. Круговорот в природе П. связывал с круговоротом (переселением, перевоплощением) душ (метемпсихоз). В соответствии с этим был решён и вопрос о связи души и тела, её неизбежного грехопадения и последующего очищения. Оперирование числами значительно обогатило натурфилософские представления др. – греч. науки: представлениями о чётных и нечётных числах, суммировании первых четырёх чисел в виде десятки (отсюда 10 как священное число), пропорции в соотношении чисел, теорема П., открытие пяти правильных геометрических тел и т.д. В астрономии пифагорейцы в центр Космоса (термин П.) помещали огонь, вокруг которого вращаются Земля, Противоземля, Луна, Солнце и пять планет (отсюда знаменитые десять сфер). В акустике пифагорейцы открыли числовые соотношения разл. тонов и полутонов. В пифагорейской школе были выработаны свои представления о здоровом образе жизни, включающие аскетизм, занятия физкультурой, музыкой, философией. По своим политическим взглядам Пифагор был на стороне аристократов. Он выдвинул учение о «порядке», считая, что только власть аристократов обеспечивает этот порядок в общественной жизни. Демократия же - это нарушение порядка. В начале V в. до н.э. пифагорейский союз был разгромлен демократией, но влияние и распространение пифагореизма было значительным еще в течение двух веков. В противоположность ионийским мыслителям, которые первоосновой явлений природы считали отдельные вещества - воду, воздух, огонь - Пифагор в качестве основы всего сущего рассматривал число, являющееся, по его мнению, тем фундаментом, который образует порядок во Вселенной и обществе. Поэтому познание мира должно заключаться в познании чисел, управляющих этим миром. В этом состояла большая заслуга Пифагора, который по сути впервые поставил вопрос о значении количественной стороны окружающего мира. Много сделал Пифагор и для развития геометрии. Пифагору приписывают формулировку гак называемой теоремы Пифагора (квадрат гипотенузы равен сумме квадратов катетов). Все числа Пифагор разделял на четные и нечетные. Основой всех чисел признавал единицу, которая рассматривалась как четно-нечетное число. Единица - это священная монада, выступающая в качестве первоначала и основы окружающего мира. Числа таким образом рассматривались как реальная сущность всех вещей. Пифагор и пифагорейцы заложили основы теории чисел и принципы арифметики. В то же время придание числу основополагающего значения вело к абсолютизации числа, к мистике чисел. Вот как описывает Диоген Лаэртский воззрения пифагорейцев: «Начало всего - единица, единице как причине подлежит как вещество неопределенная двоица; из единицы и неопределенной двоицы исходят числа; из чисел - точки; из точек - линии; из них - плоские фигуры; из плоских - объемные фигуры; из них - чувственно-воспринимаемые тела, в которых четыре основы - огонь, вода, земля и воздух; перемещаясь и превращаясь целиком, они порождают мир - одушевленный, разумный, шаровидный, в середине которого - земля, и земля тоже шаровидна и населена с всех сторон» (Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М., 1979. С. 338-3391). Пифагорейцы также занимались теорией музыки, скульптуры и архитектуры. Они внесли значительный вклад в теорию изобразительного искусства, рассматривая проблему «золотого сечения» - правильного соотношения отдельных частей зданий и скульптурных групп (правило «золотого сечения»: если отрезок АС разделен в точке В, то отношение отрезка АВ к ВС должно быть таким, как и отношение всего отрезка АС к ВС). С теорией чисел у Пифагора связано его учение о противоположностях, которое состояло в том, что все вещи представляют собой противоположности: правое - левое, мужское - женское, покой - движение, прямое - кривое, свет - тьма, добро - зло и т.д. Особое значение для Пифагора имело противопоставление «предел - беспредельное»: предел - это огонь, а беспредельное - это воздух. По его мнению, мир состоит из взаимодействия огня и воздуха (пустоты). Особую область во взглядах Пифагора составляют его религиозные, политические и этические концепции, его представления о душе и теле. Пифагор полагал, что душа человеческая бессмертна, она временно вселяется в смертное тело, а затем после смерти человека эта душа переселяется в другое тело, перевоплощается (метемпсихоз). При этом считается, что человек помнит все свои инкарнации (воплощения), происшедшие в прошлом. Пифагор полагал, что высшей этической целью является катарсис - очищение, которое для тела осуществляется с помощью вегетарианства, а для души - через восприятие гармонической структуры космоса, выражающейся в основных музыкальных интервалах. Пифагорейство просуществовало с VI в. до н.э. по III в. н.э.
Пихлер Ханс	ПИХЛЕР (Pichler) Ханс (род. 26 февр. 1882, Лейпциг – ум. 10 нояб. 1958, Грейфсвальд) – нем. философ; профессор в Грейфсвальде (с 1921). Разрабатывал проблемы современной онтологии, а также философию Вольфа и Лейбница; в области логики исследовал вопросы нелогического содержания, занимался поисками конструктивных законов формирования духа. Осн. произв.: «Ьber die Arten des Seins», 1906; «Ьber Chr. Wolffs Ontologie», 1910; «Leibniz», 1919; «Logik der Gemeinschaft», 1924; «Logik der Seele», 1928; «Persцnlichkeit, Glьck, Schicksal», 1947; «Die Idee der Wissenschaft im Wandel der Jahrunderte», 1956.
Планк Макс	ПЛАНК (Planck) Макс (род. 23 апр. 1858, Киль – ум. 5 окт. 1947, Гёттинген) нем. физик; профессор в Берлине (1892 – 1923), президент Общества имени императора Вильгельма. В 1900 создал квантовую теорию. Позднее обратился к натурфилософским проблемам, в центре которых стоит понятие физической картины мира. Разрешение этих проблем должно было послужить подтверждению понятий физической причинности и физического закона. Наиболее важные философские произв.: «Wege zum physikalischen Erkenntnis. (Reden und Aufsдtze)», 1933; «Physik im Kampf und die Weltanschauung», 1937; «Das Weltbild der neuen Physik», 1942; «Determinismus oder Indeterminismus», 1947; «Schernprobleme», 1947.
Платон (Петр Егорович Левшин)	ПЛАТОН (в миру Петр Егорович Левшин) (12(23).07.1737 — 24.11(6.12). 1812) — митрополит Московский (1787), прозванный Вольтером "русским Платоном". В 1758 г. окончил Славяно-греко-латинскую академию и принял монашество. Был законоучителем цесаревича Павла. С 1766 г. — архимандрит Троице-Сергиевой лавры. В 1770 г. — архиепископ Тверской, а в 1775 г. — Московский. В 1792 г., благословив открытие Оптиной пустыни, отошел от епархиальных дел, целиком посвятив себя православной философии и духовному просвещению. В конце жизни удалился в Спасо-Вифанский монастырь, став одним из первых старцев России. Православно-философское творчество П. можно условно разделить на два периода: первый — "метафизический" (1757—1775); второй — "апологетический" (1775—1806). Первый период определяется созданием оригинальной метафизики на основе анагогического метода (см. Анагогия). П. различал три уровня трансцендентного и персонифицированного Сущего: собственно Троицы, или "самого Бога" в Его "тайне"; Божественных свойств ("околичностей") и "блаженного" события ангелов и человеческих душ (духов). Все три уровня находятся в антиномической сопричастности друг с другом, что позволяет, с его т. зр., не подменять "живое" бытие Сущего рационалистическими определениями или мистическими образами, тем самым продолжая метафизическую традицию святых отцов, особенно Августина, Иоанна Златоуста и Псевдо-Дионисия Ареопагита. Существо метафизических взглядов П. составляет свободно-необходимая, или синергическая (см. Синергизм), взаимосвязь благодати ("Христовой власти") и христианской личности ("лица") как внутренней "действительности", или "действия" человеческой души (духа). Этот воцерковленно-религиозный динамизм ("христианский путь") в чем-то предвосхитил концепцию "конкретного онтологизма" или "конкретного идеализма" как существенной черты рус. философии. Будучи сторонником августинианского понимания "спасительной", т. е. сугубо персонифицированной, истины, П. предвосхитил осн. положения славянофильской трактовки "цельного знания", далекой от абсолютизации обезличенных выводов о Боге. Святоотеческий подход позволил рус. мыслителю последовательно сохранить "логизм" (Эрн) православной философии, вобравшей в себя как рационалистические ("описательные"), так и интуитивные ("воображаемые") приемы познания. Иначе говоря, П. ввел в метафизику сильный элемент "художественного" мышления, оперируя синтетическими формами "образов-понятий", или "логосов", тем самым как бы предвосхищая приверженность мн. рус. мыслителей к несистематизированному философствованию, особенно в рамках литературы как искусства слова, или "логоса". Во второй период своей духовной биографии П. прежде всего разрабатывал нравственный идеал "аристократа синергического духа" с его "свободо-художественным" исканием персонифицированной истины. Отсюда проистекала веротерпимость П., "осторожно" принимающего любое творческое дерзновение на пути к Богу, но без окончательных и, как правило, абсолютизированных формулировок, или "букв", — без ущерба "духу" православной философии. Вся просветительская деятельность митрополита П. была направлена на осуществление этого идеала, особенно в конфессиональной среде. Т. обр., начал реализовываться завет Петра I о воспитании просвещенных рус. священнослужителей. При этом во главу угла ставился воцерковленный "духовный опыт" (Тареев) православных христиан. В какой-то степени П. удалось решить свою главную задачу в области духовного просвещения. Он создал лучшие учебные заведения России в стенах Московской Славяно-греко-латинской академии и Троицкой лаврской семинарии. Среди его сподвижников и учеников появились такие православные мыслители, как Феофилакт (Горский), Аполлосс Байбаков, Мефодий Смирнов и др. Однако последующая идеологизация духовного просвещения, связанная с именем любимого ученика П., митрополита Московского Филарета (Дроздова), приостановила процесс воспитания "аристократов синергического духа". Социальные взгляды П. лежали в русле византийской теории симфонии, предполагающей гармоническое "двоевластие" государства и церкви в деле внешней заботы по спасению верноподданных. Митрополит признал метафизическую основу Российской Империи в синергической действительности христианских лиц и целиком связывал ее утверждение с успехами духовного просвещения. Но поскольку уже с воцарения Александра I обозначилась тенденция к идеологизации последнего и, следовательно, подрыву метафизической основы Российской Империи, постольку старец П. склонился к исихастному (см. Исихазм) уединению, что в какой-то степени повлияло и на последующее забвение его во многом оригинальных взглядов. Соч.: Собр. соч.: В 20т. М., 1779—1806; Поли. собр. соч.: В 2 т. Спб. (б. г.); Избранные мысли // Калитин П. В. Распятие миром. М., 1992. Лит.: Снегирев И. М. Жизнь московского митрополита Платона. М., 1890—1891. Ч. 1—2; Флоровский Г. Пути русского богословия. Париж, 1937 (Вильнюс 1991). С. 109—113.
Платон Афинский	ПЛАТОН Афинский, сын Аристона и Периктионы, предки которой были родственниками Солона (род. 27 мая 427, Афины – ум. 347 до Р. X., там же) – древнегреч. философ, родоначальник платонизма. основатель европ. идеализма. Платон родился на о. Эгина вблизи Афин. Его отец Аристон происходил из рода последнего царя Аттики Кодра, мать Перектиона была родом из семьи, давшей законодателя Солона. Настоящее имя его Аристокл. По преданию Платоном его стал звать Сократ. «Платон» - по-гречески означает широкоплечий или толстый. В молодости он много занимался спортом. Занятиям философией предшествовала деятельность Платона в области художественной литературы, музыки, живописи. Он много писал стихов. С философией познакомился у Кратила, ученика Гераклита. Кратил был последователем учения Гераклита, но довел взгляды последнего до крайностей. Если Гераклит говорил, что нельзя дважды войти в одну реку, то Кратил полагал, что нельзя этого сделать ни одного раза, так как она все время течет и в момент вхождения уже другая. Также нельзя назвать данную вещь по имени, так как имя одно, а вещь постоянно меняется. Поэтому Кратил предлагал не называть вещи, а указывать на них пальцем. Сильнейшее воздействие на Платона оказал Сократ, после знакомства с которым Платон уничтожил свои поэтические произведения и всю жизнь посвятил философии. В 407 г. до н.э. стал учеником Сократа. Платон много путешествовал, побывал в Египте, Южной Италии, на Сицилии. После смерти Сократа он покинул Афины и жил в Мегаре. Затем после короткого пребывания в Афинах Платон отправился в Египет, откуда переехал в Южную Италию, затем поехал на Сицилию. Здесь он подружился с родственником тирана Дионисия Старшего - Дионом. Однако Дионисий продал Платона в рабство, от которого он был избавлен Аннекиридом, выкупившим его. Вернувшись в Афины в возрасте сорока лет, Платон организовал свою собственную школу, получившую название Академии. По приглашению Диона он еще два раза совершает путешествия на Сицилию. Платон посетил Сиракузы, чтобы попытаться реализовать на практике свой проект идеального государства. Однако эти попытки Платона окончились неудачей. Последние годы своей жизни Платон провел в Афинах. Платон был первым крупнейшим философом, сочинения которого почти полностью дошли до нас. Однако проблема подлинности произведений Платона составила так называемый «платоновский вопрос». Список произведений Платона, сохранившихся в рукописи, включает 34 диалога, «Апологию Сократа» и 13 писем. Некоторые из этих 34 диалогов отдельными исследователями считаются неподлинными. Созданная П. в 387 г. до н.э. в пригороде Афин филос. школа (Академия) просуществовала до 529 г. н.э., распространяя и пропагандируя его философию. Наибольшее влияние на философские взгляды оказали его теория идей и философия государства, которые созревали у него постепенно. Осн. идеи Платона: чувственное восприятие не дает знания постоянного, т.е. доставляет не уверенность, а только мнение (см. Пещеры образ). Только понятия в том случае, если они правильно образованы, являются неизменными, и только они дают действительное знание. Понятие должно иметь объект, к которому оно относится. Этот объект не может быть идентичным объекту чувственного восприятия, он должен быть сверхчувственным объектом – идеей. Следовательно, в наших понятиях совершается познание сверхчувственного мира. Понятия являются отражением идей. Во множестве понятий отражается множество идей. Причастность духа к миру идей при помощи понятий одновременно доказывает, согласно Платону, бессмертие души. Образование понятий в человеческом духе является актом вспоминания самих идей, которые душа созерцала до того, как она соединилась с телом. Наивысшая идея – идея блага (см. Калокагатия), часто понимаемая Платоном также как Бог, который, будучи творцом мира (демиургом), сначала творит мировую душу как нетелесную, проникающую весь мир движущую силу. Материя сама по себе не существует; она становится действительностью, побуждаемая присутствующей в ней идеей. В этике Платон исходит из того, что только деятельная, руководимая идеями жизнь осуществляет идею нравственности, т.е. добродетели. Побудительной причиной восхождения к идее является эрос, неотъемлемой предпосылкой блаженства – добродетель. Добродетель представляет собой порядок и гармонию души. Платон различает четыре осн. добродетели: мудрость, мужество (смелость), благоразумие (самообладание) и – как главную добродетель – справедливость, компенсирующую и сочетающую др. добродетели. Согласно Платону, государство – это человек в гораздо более крупном масштабе. Его высшая задача – самосохранение посредством формирования граждан в духе добродетели; его определенная этикой политическая цель – совершенный человек идеального государства. В идеальном государстве вследствие естественного неравенства людей имеются следующие сословия, соответствующие иерархии добродетелей: 1) в сословие низшей добродетели (самообладание, покорность) входят крестьяне и ремесленники, которые своим трудом обеспечивают материальную основу общества; 2) добродетель мужества соответствует сословию воинов и чиновников, которые должны беспрекословно выполнять свой долг, охранять устои государства (извне – отражая нападение врагов, внутри государства – при помощи охраны законов); 3) наконец, правители, добродетелью которых является мудрость, определяют законодательство и управляют государством. Попытка Платона осуществить идеальное государство в тирании Дионисия (Сицилия) потерпела неудачу. Все произ. Платона, кроме писем, написаны в форме диалога. Важнейшие из них: «Апология» (защита Сократа), «Критон» (об уважении к законам), «Лахет» (о мужестве), «Хармид» (о благоразумии), «Эвтифрон» (о благочестии), «Гиппий Меньший» (о лжи и несправедливости), «Протагор» (о единстве и поучительности добродетелей), «Горгий» (о противоположности между эгоистической софической моралью и нравственно-политической позицией Сократа; о сущности риторики), «Менон» (о сущности риторики, образовании понятий как вспоминании), «Кратил» (о языке), «Пир» (об эросе), «Федон» (о справедливости), «Государство» (о справедливости), «Федр» (теория идей), «Теэтет» (о знании), «Тимей» (космология), «Законы» и т. д. На рус. яз.: «Сочинения Платона». СПБ, 1863; «Творения Платона», 19231929; «Сочинения», т. 1-3, 1968-1972. Изложение философии Платона следует начать с описания метода его философствования, который представляет собой развитый до совершенства метод сократовских бесед (к тому же Сократ- центральное действующее лицо платоновских диалогов). Этим методом выступает диалектика, выражающаяся в том, чтобы правильно ставить вопросы, получать на них ответы и благодаря этому приходить к истинным определениям и выяснению сущности рассматриваемого предмета. В диалоге «Теэтет» Платон ставит вопрос о сущности знания: «Что такое знание?» - и показывает, что это не ощущение. Чувственное знание не может быть подлинным знанием, так как оно - ничто без понимания, как, например, мы не понимаем иностранную речь, хотя и слышим. Следовательно, подлинное знание - это такое знание, которое достигается разумом, а в этом случае предметом такого знания выступают уже не вещи, а идеи, понятые как сущее бытие. Вопрос об идеях рассматривается Платоном в различных диалогах: «Гиппий Больший», «Федон», «Пир», «Филеб». Наиболее наглядно понимание Платоном идеи представлено в рассмотрении понятия прекрасного. В указанных диалогах Платон выявляет понятие прекрасного на основе рассуждений, которые показывают, что понятие прекрасного не может просто соответствовать какому-либо эмпирическому ВИДУ прекрасного. Оно не может выступать в виде какой-либо части тела или в виде чего-либо другого. Признаками определения прекрасного, по Платону, являются объективность, безотносительность, независимость от конкретных условий, связанных с пространством и временем. «Идея» Платона резко отличается от всех чувственных вещей. Вещи постоянно изменяются, идея же, т.е. прекрасное само по себе, никогда не изменяется, всегда тождественна сама себе. Согласно Платону, окружающий нас материальный мир мы познаем чувствами, и он является производным от мира идей, он «тень» мира идей. В то время как идея является неизменной, неподвижной и вечной, вещи материального мира возникают и гибнут постоянно. Например, вещественные столы в нашей жизни представляют собой тени вечной и неизменной идеи стола, которая проявляется во многих столах. Платон осуществляет гипостазирование понятий, т.е. превращение в самостоятельную сущность, реальность общих понятий. По Платону, отдельные вещи постигаются посредством чувств, разум же постигает не отдельные вещи, а сущности, значит эти сущности - идеи, которые составляют основу вещей. Платон отрывает идеи от конкретных, чувственных вещей и рассматривает их как подлинные сущности, находящиеся вне материального мира, подчиненного миру идей. Под материальным миром Платон понимает мир конкретных, чувственно воспринимаемых вещей и явлений, этот мир находится между миром идей, понимаемых как реальное бытие, и материей как таковой - небытием, и это кажущееся бытие отделяет реальное бытие от небытия. Реальные, т.е. по Платону, кажущиеся вещи являются тенью, подобием идей, которые выступают как своего рода образцы всех окружающих вещей. Область идей не представлялась Платону однородной, она образовывала своего рода иерархию. Существуют идеи высшего порядка, это идеи блага, истины, прекрасного, справедливого. Затем идут идеи, выражающие физические явления и процессы, к ним относятся идеи огня, покоя, движения, цвета, звука. Третий ряд идей отражает отдельные разряды существ, например животных и человека. Потом идут идеи предметов, отношений и т.д. Концепция идей Платона обладает еще одной особенностью. Для Платона идея выступает не только в онтологическом смысле как реальное бытие, но и как мысль о нем, как понятие об этом бытии; она есть родовое понятие о сущности предмета. Рассмотрение идеи как реального бытия и как понятия о сущности предмета дает возможность ответить на вопрос о процессе познания и его сущности. Платон полагает, что знание нельзя свести ни к ощущению, ни к правильному мнению, ни к соединению правильного мнения со смыслом. Истинное знание - это познание, которое проникает в мир идей. В теории познания Платона важную роль играет его концепция воспоминания. По его мнению, душа припоминает вдеи, которые она знала в тот период своего существования, когда она еще не соединилась с телом. В подтверждение своей теории воспоминания в диалоге «Менон» Платон приводит разговор Сократа с одним юношей, который никогда до этого не изучал математику, но после правильно поставленных вопросов пришел к собственной формулировке теоремы Пифагора. Таким образом, в теории познания Платон четко различал знание и мнение, это различение имело для него большое значение. Первое относится к знанию об идеях, второе связано с чувственным миром. Знание приводит к абсолютной истине, мнение касается только внешней стороны вещей. Все изложенное выше Платон называет диалектикой, под которой он понимает и логику, и учение о познании, и учение о методе, и учение о бытии, об идеях и их родах, а также о разумном познании этих истинно сущих родов реального бытия. Гносеологические и онтологические взгляды Платона тесно связаны с его пониманием души, которая представляется ему нематериальной, бессмертной и существующей вечно. Душа обладает иерархией и подразделяется на разум, волю и благородные желания, влечения и чувственность. Платон первый в истории философии поставил в явном виде вопрос об отношении духа к материи и рассмотрел его с разных позиций. Он считал, что вначале должно возникнуть то, что движет само себя. А это не что иное, как душа, ум. «Душа правит всем, что есть на небе, на земле и на море с помощью своих собственных движений» [Законы, 896е]. Проблема души у Платона ставится также в связи с воспитанием добродетели. Проблема воспитания души рассматривается в диалогах «Федон», «Пир», «Государство». Душа состоит из трех начал - рассудительности, пыла, вожделения. Этим трем частям соответствуют три класса - стражи, воины, ремесленники, а каждому классу - своя добродетель: мудрость, мужество, воздержанность. Только правильное воспитание может и должно обеспечить справедливость в государстве и соответствие всех этих трех начал в душе. Если же между этими тремя частями будет иметь место несоответствие, то возникнут несправедливость, несовершенное государственное устройство, а это повлечет за собой наказание в загробной жизни. Большое место в философском мировоззрении Платона занимают его взгляды на общество и государство. Платона можно считать одним из первых древнегреческих философов, который в систематической форме представил свое понимание государства. В центре внимания Платона находятся не абстрактные натурфилософские положения о первоначалах природы, а проблемы человека. Общественно-политическим вопросам Платон посвящает два наиболее крупных своих произведения - «Государство» и «Законы». Эти вопросы также рассматриваются в диалогах «Политик» и «Критон». Платон рисует идеальный тип государства, который якобы существовал в древние времена. Этому идеальному типу Платон противопоставил отрицательный тип государства, который, по его мнению, может существовать в четырех формах: тимократии, олигархии, демократии, тирании. Тимократия - это форма правления, при которой власть принадлежит честолюбцам и процветает страсть к обогащению, при этом образ жизни становится роскошным. После тимократии следует олигархия, при которой власть принадлежит немногим, господствующим над большинством. Она находится в руках богатых, которые постепенно растрачивают свое имущество, превращаются в бедняков и совершенно бесполезных членов общества. Олигархия в своем развитии приводит к демократии, при которой власть находится в руках большинства, но противоположность между богатыми и бедными еще больше обостряется. Демократия возникает как результат восстания бедняков против богатых, при этом богатые уничтожаются или изгоняются, а власть распределяется между оставшимися членами общества. За демократией следует тирания, являющаяся результатом вырождения демократии. Согласно Платону, избыток чеголибо приводит к своей противоположности. Поэтому избыток свободы, как считает Платон, приводит к рабству, тирания рождается из демократии как высочайшей свободы. Сначала, при установлении тирании, тиран «улыбается и обнимает всех, с кем встречается, не называет себя тираном, обещает многое в частном и общем, освобождает от долгов, народу и близким к себе раздает земли и притворяется милостивым и кротким в отношении ко всем» [Государство. VIII. 566). Постепенно тиран уничтожает всех своих противников, «пока не останется у него ни друзей, ни врагов, от которых можно было бы ожидать какой-либо пользы» [Там же. 567Ь1]. В противовес всем отрицательным формам государства Платон вьвдвигает свой проект идеального государства, который явился первой социальной утопией в истории общества. Это идеальное государство, согласно Платону, должно быть основано на принципе справедливости. Исходя из справедливости каждый гражданин в этом государстве должен занимать свое особое положение в соответствии с разделением труда, хотя различие между отдельными группами людей у Платона определяется нравственными задатками. Низший общественный класс составляют производители - это земледельцы, ремесленники, купцы, затем идут воины-стражи и правители-философы. Низший общественный класс, по Платону, обладает и более низким нравственным характером. Эти три сословия соответствуют трем частям души, которые упоминались ранее. Для правителей характерна разумная часть души, для воинов - воля и благородная страсть, для производителей - чувственность и влечения. Таким образом, нравственные качества воинов и правителей Платон ставит выше нравственных качеств производителей. Идеальная государственная система, согласно Платону, обладает чертами нравственной и политической организации и направлена на решение важных государственных задач. К ним он относит следующие задачи: защита государства от врагов, осуществление систематического снабжения граждан, развитие духовной культуры общества. В выполнении этих задач состоит, по Платону, осуществление идеи блага как идеи, правящей миром. Идеальное, а тем самым благое государство обладает следующими четырьмя добродетелями, три из которых присущи трем сословиям общества соответственно, а именно: мудрость присуща правителям и философам, храбрость - воинам, стражам, умеренность - работникам производительного труда. Четвертая добродетель характерна для всего государства и выражается в том, чтобы «каждый делал свое». Платон считает, что «многоделание», т.е. стремление заниматься не свойственной его сословию деятельностью, причиняет огромный ущерб государству. Наилучшей формой правления Платон считает аристократическую республику. Характерная черта отрицательных типов государства, по Платону, - это наличие материальных интересов. Поэтому Платон выдвигает на первый план в своем идеальном государстве нравственный принцип, который должен выражаться в правильном образе жизни всех граждан этого общества. В проекте идеального государства Платона жизнь его граждан во многом регламентирована. Для высших сословий Платон не допускает частной собственности, она возможна только для низшего, производительного класса. Для высших сословий Платон также не допускает существования семьи. Он полагает, что браки возможны только под наблюдением государства и только для рождения детей. Дети отбираются у родителей и воспитываются в специальных учреждениях. Мальчики и девочки получают одно и то же воспитание, так как, по Платону, женщина вполне способна выполнять те же самые социальные функции, что и мужчина. Социальная утопия Платона, направленная на то, чтобы сделать счастливым все государство, приносит в конце концов в жертву отдельного человека. По Платону, идеальное государство состоит из людей, которые выполняют свои социальные функции без учета своих личных интересов и потребностей. Таким образом, сплоченность государства обеспечивается за счет жесткого ограничения и обеднения личной жизни людей, полного подчинения личности государству. На основании изложенной концепции идеального государства многие исследователи рассматривали теорию Платона как первый проект коммунистического общества. Несмотря на явные крайности в отдельных своих положениях, учение Платона об идеальном государственном устройстве вполне соответствует утопической идее, которая разрабатывалась и претворялась в жизнь в последующем развитии цивилизации со всеми своими отрицательными чертами. Так, Платоном предусматривалась жесткая идеологическая диктатура властей. За «безбожие» полагалась смертная казнь. Любое искусство подвергалось строгой цензуре, которая рассматривала каждое произведение с точки зрения того, было ли оно направлено на развитие морального совершенства в интересах государства. «Самое главное здесь следующее, - пишет Платон, - никто никогда не должен оставаться без начальника - ни мужчины, ни женщины. Ни в серьезных занятиях, ни в играх никто не должен приучать себя действовать по собственному усмотрению... Надо начальствовать над другими и самому быть у них под началом» [Законы. XII. 942а, с). Платоновское государство - это теоретическая схема утопического государства, в котором жизнь общества подчинена строгому государственному контролю. Рассмотрев различные стороны учения Платона, мы видим, что все они являются претворением концепции «идеи» в различных областях. Однако учение Платона об «идеях» претерпело с течением времени определенные изменения. В процессе этих изменений произошло сближение Платона с пифагорейцами. В частности, это видно по его космологическому учению. Он прямо вкладывает свое понимание космологии в уста пифагорейца в диалоге «Тимей», который написан в последний период его творчества. Космология Платона представляет собой следующее учение. Космос имеет шаровидную форму, он был сотворен и конечен. Демиург (создатель) придал миру определенный порядок. Мир этот - живое существо, он обладает душой, которая находится не в нем самом, а окружает собой весь мир, состоящий из элементов земли, воды, огня и воздуха. Эти элементы организованы в определенные пропорциональные соединения на основе закона, имеющего числовое выражение. В мировой душе господствуют числовые отношения и гармония. К тому же мировая душа также обладает познанием. Мир образует рад кругов: круг неподвижных звезд, круг планет. Итак, структура мира такова: божественный ум (демиург), мировая душа и мировое тело (космос). Живые существа творит Бог. Богом, по Платону, создаются души, которые после смерти тела, где они живут, переселяются в другие тела. Теорию о переселении душ Платон, вероятно, заимствовал у орфиков. Воздействие пифагореизма на Платона особенно заметно в его учении о строении вещества и закономерностях его развития. Платон распространяет на структуру идеи математические соотношения, а так как идея тесно связана с вещью, то на последней отражается и математическая структура идеи. Таким образом, огонь оказывается состоящим из телец, обладающих формой пирамиды, воздух - формой восьмиугольников и т.д. Обращение Платона к числовым соотношениям объективно направлено на научное познание мира. Изложенная выше теория «идей» Платона еще называется «наивной», так как она представляет собой стержневую линию его взглядов и не учитывает многих сложностей, а потому может быть подвергнута критике. Платон и сам чувствовал это, поэтому в диалогах «Парменид», «Филеб» и «Софист» он выдвигает против нее свои собственные возражения. Критика со стороны Платона настолько серьезна, что некоторые исследователи даже считали, что эти диалоги принадлежат не Платону, а другим философам, например Аристотелю. Однако скрупулезные исследования все-таки показали, что эти диалоги - платоновские. Критика теории «идей» Платона раскрывается по линии ее дуализма, а также сведения подлинного бытия лишь к идеям, которые не имеют прямого отношения к земному чувственному миру. Поэтому в упомянутых диалогах Платон проводит новый подход к своей концепции идей. Он полагает, что «идеи» представляют собой противоречивое единство единого и многого, бытия и небытия, движения и покоя, и это единство - источник любого изменения. В этом проявляется диалектика позднего Платона, которая признает противоположности тождественными, когда одно определение переходит в свою противоположность. Так, бытие предполагает небытие, единое - многое, покой - движение, тождество - различие. Платон - выдающийся представитель объективного идеализма, его основоположник, давший эвристический толчок развитию всей западной философии. В этом смысле справедливы слова А.Н. Уайтхеда, писавшего: «Самая надежная характеристика европейской философии состоит в том, что она представляет собою ряд примечаний к Платону».
Платонов Константин Иванович	ПЛАТОНОВ Константин Иванович (18(30). 10.1877, Харьков — 6.08.1969, Харьков) — психиатр и психоневролог. Окончил медицинский ф-т Харьковского ун-та. В 1912 г. подготовил диссертацию "Воспитание сочетательно-двигательного рефлекса на составной (свет — звук) раздражитель", внесшую вклад в изучение высшей нервной деятельности человека с использованием методики условных рефлексов. П. занимался исследованиями, раскрывающими физиологическую и лечебную действенность слова. Материалы этих исследований впоследствии легли в основу монографии "Слово как физиологический и лечебный фактор" (1930) и положили начало психосоматическому направлению в медицине. П. возродил и существенно активизировал интерес к вопросам психотерапии, гипноза, внушения, убедительно доказав, что словесные раздражители в силу их исключительной физиологической и социальной значимости занимают особое место в системе высшей нервной деятельности человека. Слово заменяет, отражает и обобщает смысловое значение конкретных раздражителей внешней и внутренней среды. Вместе с тем оно служит средством создания сложной системы психотерапевтических воздействий, способствующих устранению функционального нарушения процессов высшей нервной деятельности и формированию взамен патологических нормальных динамических их структур. Эти теоретические воззрения были положены в основу разработанной им методики лечения реактивных состояний, невроза навязчивых страхов, психосоматических заболеваний. Им написано свыше 50 трудов. Много сил отдавал П. преподавательской работе. Всей своей деятельностью П. способствовал углубленному пониманию сложных психических процессов и проблем психотерапии. Соч.: Платонов К. И. Слово как физиологический и лечебный фактор. 3-е изд. М., 1962.
Плеснер Хельмут	ПЛЕСНЕР (Plessner) Хельмут (род. 4 сент. 1892, Висбаден – ум. 12 июня 1985, Гёттинген) – нем. философ, пытавшийся обосновать философскую антропологию в качестве самостоятельной философской дисциплины; профессор философии и социологии в Гёттингене, был президентом Нем. философского общества. В осн. соч. «Die Stufen des Organischen und der Mensch» («Ступени органического и человек»), 1928, и «Lachen und Weinen» («Смех и плач»), 1941, обосновывает философскую антропологию как специальную научно-философскую дисциплину, трактующую человека как эксцентрическое существо, постоянно стремящееся к выходу за рамки непосредственного существования, к бесконечному самоизменению, поскольку он всегда пребывает «вне места» и «в ничто». Эксцентрические акты поведения определяют отношение человека к самому себе и окружающему миру. В его работах раскрывается круг проблем, которыми занимается философская антропология, отвечая на вопрос: «Что такое человек?» Философская антропология, по его мнению, есть учение о человеке с точки зрения самого бытия человека. Философская антропология - это дисциплина, которая, на взгляд Плеснера, соединяет в себе объективно-научное и ценностное рассмотрение человека и мира. Философская антропология стремится очертить область человеческого бытия в его специфических границах, человеческую индивидуальность, творческие возможности человека. Плеснер рассматривал человека как существо, занимающее центральное место в мире. Он выступал как против отрицания биологических сторон человека, так и против непомерного возвеличивания биологизаторских тенденций в отношении человека, характерных для бихевиоризма. Для Плеснера человек заключает в себе синтез биофизических аспектов его сущности и духовных сторон, которые вскрываются науками о культуре. Плеснер считает, что поведение человека и разнообразные средства и формы, в которых оно проявляется, представляют ту сферу, в которой выражается сущность человека. При этом основное значение в этом поведении он придает телу человека, проявления которого выражаются в эксцентричных актах. В них он видит выражение отношения человека к самому себе и к окружающему миру. Для человека и его поведения большое значение имеет философия, которая рисует самому человеку картину его положения в мире, раскрывает все те вопросы, которые стоят перед ним и которые он должен постоянно решать. Свои мысли Плеснер изложил в работе «Ступени органического и человек. Введение в философскую антропологию» (1928). Осн. произв.: «Die wissenschaftliche Idee, ein Versuch ьber ihre Form», 1913; «Die Einheit der Sinne, Grundlinien einer Дsthesiologie des Geistes», 1932; «Grenzen der Gemeinschaft», 1924; «Das Schicksal deutschen Geistes im Ausgang seiner bьrgerlichen Epoche», 1935; «Zwischen Philosophie und Gesellschaft», 1953.
Плетон Георгий Гемистот	ПЛЕТОН Георгий Гемистот (род. ок. 1355, Константинополь – ум. 1450) – визант. философ; оказал большое влияние на развитие философии на Западе, возродив изучение платоновской и неоплатоновской философии. В противовес христианству пытался снова утвердить языческую религию греков. Благодаря ему Козимо Медичи отдал распоряжение учредить во Флоренции платоновскую Академию (1459).
Плеханов Георгий Валентинович	ПЛЕХАНОВ Георгий Валентинович (29.11 (11.12).1856, с. Гудаловка Тамбовской губ. — 30.05.1918, Питкеярви, Финляндия, ныне Зеленогорск, похоронен в С.Петербурге) — публицист, философ, литературный критик, первый теоретик и пропагандист марксизма в России, основатель социал-демократического движения в России, крупный исследователь в области философии, социологии, эстетики, религии, а также истории и экономики. В 1874—1876 гг. учился в Петербургском горном ин-те; с 1875 г. — участник революционного народнического движения: сначала состоял в обществе "Земля и воля", после ее раскола в 1879 г. один из организаторов группы "Черный передел". Под сильным влиянием соч. М. А. Бакунина у П. сформировалось "великое уважение к материалистическому объяснению истории"; бакунинская интерпретация материалистического понимания истории в духе экономического материализма в дальнейшем в значительной степени предопределила специфическое для П. понимание марксизма. В 1883 г. П. создал в Женеве социал-демократическую группу "Освобождение труда"; в 80—90-х гг. XIX в. П. переводил на рус. язык труды К. Маркса и Ф. Энгельса и опубликовал ряд работ, направленных против идеологии народничества ("Социализм и политическая борьба", "Наши разногласия", "К вопросу "о развитии монистического взгляда на историю" и др.); с момента основания II Интернационала (1889) П. активно участвует в его деятельности. В 1900—1903 гг. П. и его единомышленники совместно с Лениным участвуют в издании общероссийской социал-демократической газ. "Искра" и журн. "Заря". П. -- осн. автор Программы РСДРП, принятой на ее II съезде (1903). Особое место П. в российском социал-демократическом движении определялось его своеобразной "внефракционностью", в соответствии с к-рой он, оставаясь верным своим взглядам эпохи группы "Освобождение труда", не хотел примыкать ни к меньшевикам, ни к большевикам, то поддерживал, то критиковал тех и других, хотя чаще оказывался на стороне меньшевиков. Радикально отличался П. от др. вождей российской социал-демократии также своей теоретической позицией, для к-рой характерны примат теории над практикой, апелляция к методу, а не к результату, ориентация на общие руководящие принципы, а не на конкретные проекты решений. П. не просто теоретик российской социал-демократии, он претендовал и на статус ее главного философа. Примкнув к марксизму, когда мн. соч. К. Маркса и Ф. Энгельса оставались еще не известными, П. предпринял попытку изложения и популяризации марксистской философии в контексте всемирной истории философии, включив марксизм в традицию истории материализма (осн. вехами, предшествовавшими марксистскому материализму, П. полагал философию Б. Спинозы, фр. материализм XVIII в. и материализм Л. Фейербаха) и истории диалектического идеализма (в первую очередь взгляды Гегеля). Но П. не ограничился систематизацией, изложением и популяризацией философских идей Маркса и Энгельса, по сути, он сформулировал самостоятельную философскую концепцию, расходившуюся с философскими посылками основоположников марксизма. П. согласился с А. Лабрнолой, к-рый считал, что философия, поскольку она отличается от теологии, занимается теми же задачами, что и наука, при этом она или стремится опередить науку, предлагая свои гадательные решения, или резюмирует и подвергает дальнейшей логической обработке решения, найденные наукой. Т. обр., философия "ведет" за собой естественные и общественные науки, освобождая их от противоречий; в будущем точные науки настолько встанут на ноги, что гипотезы философии сделаются бесполезными, но до тех пор наука и философия занимаются одним и тем же предметом, хотя и на разном уровне: философия доходит до сущности вещей, изучает мир как целое, а науки изучают этот мир по частям. Марксистская философия представляет собой, по П., систему синтетических идей, объединяющих совокупность человеческого опыта на данной ступени интеллектуального и общественного развития, синтез познанного бытия данной эпохи. Осн. составные ее части: диалектика как метод и универсальная теория развития ("душа" системы), философия природы и философия истории. Единственно сущее в мире — материя-субстанция, осн. атрибутами к-рой являются движение и мышление. Отсюда философия П. — философия объективного, "философия субстанции" по преимуществу. Постулаты о материальном бытии, природе, объекте являются исходными для развертывания философской системы: материя-субстанция (не чурался П. и тезиса о мире как совокупности "вещей в себе") имеет объективное существование, существует вне и независимо от сознания человека и является источником ощущений как исходных и главных орудий познания. Принцип "все течет, все изменяется" — осн. закон всего' существующего; мир не просто изменяется, но изменяется закономерно, поступательно; законы движения мира суть законы диалектики. Главная задача философии — решение вопроса об отношении духа к природе, мышления к бытию, субъекта к объекту. Не тождество субъекта и объекта (как у Гегеля), не их разорванность (как у Канта), не чистый феноменализм, растворяющий объект в субъекте (как у Фихте), а единство субъекта и объекта в духе материалистического монизма (по П., правильно поставил проблему "субъект-объект" Спиноза, а разрешил ее Фейербах в своем учении о "я" и "ты") — вот опорные пункты, приведшие П. к выводу о том, что гносеология Маркса есть, по существу, гносеология Фейербаха, исключая нек-рые сравнительно несущественные пункты, не удовлетворявшие Маркса. В сфере гносеологической П. поглощен в основном вопросом о воздействии объекта на субъект, ролью форм живого созерцания при недоооценке форм абстрактного мышления; на втором плане оставались проблемы субъективной диалектики, вопрос об активной роли познающего субъекта; не принимая фактически принцип отражения, П. противопоставлял ему теорию иероглифов. Во взглядах на историческое развитие П. исходил из мысли о том, что учение Маркса об об-ве является материалистической философией истории. Не в природе человека, не в имманентных законах мирового духа видел П. объяснение истории, а в развитии производительных сил, в степени власти человека над природой. Хотя П. апеллировал к развитию классового сознания, занимался проблематикой относительной самостоятельности идеологии, связью идеологии с психологией, отстаивал концепцию социалистической рабочей партии как сознательной выразительницы потребностей объективного общественного развития, в философии истории он отдал дань объективизму и созерцательности, экономическому материализму, преклонению перед "стихийным ходом вещей". С позиций своей философии объективного П. бескомпромиссно, часто вульгарно-материалистически и весьма нигилистически критиковал неокантианство, махизм, рус. этико-социологическую школу. Ленина П. не считал выдающимся теоретиком потому, в первую очередь, что усматривал у него философский субъективизм, отвергая его концепцию внесения сознания извне, что представляет, по мнению П., новое издание теории героев и толпы. Один из центральных вопросов исторического развития, по П., — вопрос об отношении России к Востоку и Западу: Ему отнюдь не чуждо "осмысленное западничество", с позиций к-рого он обличает "вост. деспотизм" и "азиатчину", особенно всемогущество деспотического государства вост. типа, при к-ром свобода личности превращается в фикцию. Единственную альтернативу "вост. деспотизму" П. видит в капитализме. "Капитализм плох, но деспотизм еще хуже. Капитализм развивает в человеке зверя; деспотизм делает из человека вьючное животное. Капитализм налагает свою грязную руку на литературу и науку, деспотизм убивает науку и литературу, а стоны рабов заглушаются лестью да свистом бичей" (Философско-литературное наследие Г. В. Плеханова. М., 1973. Т. 1. С. 38). П. — крупный марксистский теоретик искусства и литературный критик. В этой сфере он тяготел к "объективной эстетике", в к-рой выявление и объяснение генезиса литературного произв., его обусловленности теми или иными общественными, историческими обстоятельствами выдвигались на первый план. Собственно эстетический анализ ("эстетические суждения") ставились им на второй план. Суждения критика под углом зрения должного, оценку с т. зр. определенных идеалов П. полагал неуместными. В объективистских тенденциях философии П. заключена и его слабость, и его сила. Отталкиваясь от своих оценок' европейской и российской действительности, П. с сожалением соглашался с Э. Бернштейном в том, что на близкое осуществление социалистического идеала рассчитывать нельзя, ибо рус. история еще не смолола той муки, из к-рой будет испечен пшеничный пирог социализма. Первоочередным вопросом в России, полагал П., является развитие производительных сил на капиталистической основе. Соч.: Соч. М.; Л. , 1923—1927. Т. 1—24; Литературное наследие Г. В. Плеханова. М, 1934—1940. Сб. 1-8; Избр. филос. произв.: В 5 т. М., 1956—1958; Философско-литературное наследие Г. В. Плеханова. М., 1973—1974. Т. 13. Лит.: Ваганян В. А, Г. В. Плеханов. М., 1924; Вольф-сон С. Я. Плеханов. Минск, 1924; Фомина В. А. Философское наследие Г. В. Плеханова. М., 1956; Чигип Б. А. Г. В. Плеханов и его роль в развитии марксистской философии. М.; Л., 1963; Никошев П. А. Эстетика и литературные теории Г. В. Плеханова. М., 1968; Пустарнаков В. Ф. "Капитал" и философская школа Г. В. Плеханова/Пустарнаков В. Ф. "Капитал" К. Маркса и философская мысль в России. М., 1974; Лившиц М. А. Г.В. Плеханов. М, 1983; Шашков Н. И. Этические воззрения Г. В. Плеханова. Кишинев, 1987; Бережанский А. С. Г. В. Плеханов: от народничества к марксизму. Воронеж, 1990; Коротаев Ф. С. Г. В. Плеханов. Человек и политик. Пермь, 1992; Pelrovic G. F'ilozofski progledi G. V. Plehanovâ. Zagreb, 1957; Gaveing M. George Plekhanov, philosophe militant // La Pensée. 1958. N 79; Baron S. Plekhanov. The father of Russian marxism. Stanford, 1963; Jena D. Georgi Walentinowitsch Plechanow. Historisch-politische Biographic В., 1989.
Плокке Готфрид	ПЛОККЕ (Ploucquet) Готфрид (род. 25 авг. 1716, Штутгарт – ум. 23 сент. 1790, Тюбинген) – нем. философ, профессор (с 1750); последователь философии Вольфа, занимался преимущественно проблемами метафизики и логики; предшественник современной логики исчислений. В 1773 вышло в свет его собр. соч.: «Sammlung der Schriften, welche den logischen Kalkьl des Herrn Prof. Ploucquet betreffen».
Плотин	ПЛОТИН (Plotinos) (род. 205, Ликополь, Египет – ум. 270, Минтурнэ, Кампания) – древнегреч. философ, учился в Александрии у легендарного Аммония Саккаса; затем – уже после участия в персидском походе императора Гордиана – возглавил собственную школу в Риме, которую опекал император Галлиен. Плотин уделял такое большое внимание одухотворению, что стыдился своего тела. Выступил также систематизатором неоплатонизма, течения, в основу которого легло требование согласовать платонизм с аристотелизмом, принцип единства духовного начала. Он исходил из «единого», которое является первосущностыо, но не разумом, не предметом разумного познания. «Единое» выделяет из себя благодаря излиянию (эманации) мировой дух', нус. Нус производит из себя мировую душу; он заключает в себе мир идей, истинный мир, в то время как чувственный мир представляет собой только иллюзорное отражение мира идей. Мировая душа дробится на отдельные души. Материя возникает как низшая ступень эманации, как «несуществующее», «злое», как абсолютное отрицание божественной первосущности. Последняя, и высшая, цель души, выделяющейся из «единого», – воссоединение с ним благодаря экстазу, по отношению к которому познание является только подготовительной ступенью. Сначала Плотин преподавал устно и только в зрелом возрасте стал записывать свои мысли. Порфирий систематизировал все сочинения Плотина и разделил их на шесть групп по девять произведений в каждой группе, поэтому они и получили название «Эннеады» (по-гречески «эннеада» - девятка). Согласно Плотину, структура бытия выступает в следующем виде: бытие является иерархией трех субстанций - Единого, Ума и Души. Единому принадлежит высшее место. Понятие Единого главное в системе Плотина. Единое - это первосущее, оно лишено границ и формы, лишено также и каких-либо определений, стоит над любым существованием и мышлением. Плотин пишет: «Поскольку природа Единого творит все вещи, оно не есть что-либо из них. Следовательно, оно не есть ни качество, ни количество, ни душа, ни дух. Оно не движется и не покоится, не находится в пространстве или времени, оно совершенно однородно, более того существует вне рода и до всякого рода, до движения и покоя. Ибо такие свойства присущи только сущему и делают его многим» [Эннеады. VI. 9,3]. Таким образом, все предикаты Единого отрицательные, но каким образом может быть оно познано? Плотин считает, что Единое можно познать особым сосредоточением - созерцанием познаваемого объекта. Ум - это вторая субстанция в иерархии Плотина. Он возникает из Единого, когда оно переливается через край и переступает через свою границу. Таким образом, возникает второе бытие, но при этом Единое остается Единым, не лишаясь своей полноты. Ум - тот же платоновский мир идей. Плотин пишет: «Идея есть одновременно и мысль Ума, или даже сам Ум, и мыслимая сущность, ибо каждая идея не отлична от Ума, но есть Ум. Ум же в своей целостности есть совокупность всех идей» [V. 9, 8]. В Уме, по Плотину, различаются следующие моменты: вещество (но это не материальное вещество, а форма сущности), мыслимое бытие, само мышление. Третья субстанция возникает из Ума. Эта субстанция - Душа. «Поскольку он (Ум) совершенен, он должен рождать, ибо такая полнота силы не может оставаться бесплодной» [V. 1, 7]. Душа, согласно Плотину, производит «все живые существа, вдохнув в них жизнь - тех, которых питает земля и море, и тех, что в воздухе, и божественные звезды в небе, и она же произвела Солнце и великое небо, которое она устроила и украсила» [Эннеады. V, 1,3]. Все отдельные души возникают из Души как божественного начала. Душа постоянно остается неделимой и находится во всех частях тела. Рассматривая вопрос об образовании мира, Плотин говорит о материи, которую он понимает как некий субстрат, лишенный каких-либо качеств, как нечто неопределенное. Она лишена формы, красоты, а потому есть злое начало. В космологии Плотин придерживался мнения, что небесные светила обладают разумом. Более того, наша Земля тоже одушевлена. Душа человека, по Плотину, находится в связи как с Душой божественной, так и с чувственным миром. Для Плотина цель земной жизни состоит в том, чтобы отрешиться от телесности и возвратиться к первоначальной жизни - к жизни, когда она была тесно связана с Умом и созерцала идеи. Путем к этому должно стать совершенство нравственной жизни. Души тех людей, которые сумели отрешиться от всего чувственного, после смерти тела становятся божественными. Учение Плотина о структуре бытия выглядит как порождение Единого Ума, который порождает Душу, состоящую из божественной и земной Души. По терминологии Плотина, это порождение обозначается как переполнение Единого, названное истечением, эманацией. Однако это не материальная эманация. Так как идеи обладают своей особой, умопостигаемой материей, эманация - это переход идеального в материю. Теория Плотина предполагает и обратный процесс восхождения от материального через последовательные ипостаси - Душа, Ум - к Единому. В этом восхождении Плотин намечает путь от единичного ко всеобщему. Но диалектика Плотина носит мистический характер, она не имеет рационального содержания. Ученик Плотина, Порфирий, издал из его соч. 54 произв. (в 6 частях) – «Эннеады». Под названием «Избр. трактаты» произв. Плотина публиковались в: «Вера и разум», 1898, № 8-19; 1899, № 2, 6, 11-15; 1900, № 18-21.
Плутарх Афинский	ПЛУТАРХ АФИНСКИЙ (Πλούταρχος ο Αθηναίος), сын Нестория (ум. 432 н. э.), греческий философ-неоплатоник, первый «диадох» Академии, введший в нее благодаря Приску и Ямвлиху Младшему платонизм ямвлиховской ориентации, по существу - основатель неоплатонической школы в Афинах, размещавшейся в его доме вплоть до закрытия в 529. Дед П., также Несторий, был иерофантом и, по свидетельству историка Зосимы (Hist. IV 18, р. 172, 27-173, 20 Mendelsohn), совершением соответствующих обрядов Афине и Ахиллу спас Афины от землетрясения в 376. Однако сам П., скорее, придерживался интеллектуалистской позиции и сдержанно относился к теургическим увлечениям Ямвлиха и его последователей. Написал комментарии к ряду диалогов Платона и толковал Аристотеля, учитывая точки зрения как Александра Афродисийского (с которым он не соглашался по ряду вопросов, - ср. Jo. Philop. In De an. 21, 20-23 Hayduck; Simpl. In De an. 302, 23-29 Hayduck, etc.). Его сотрудником и преемником был Сириан, с ним читал «О душе» Аристотеля и платоновского «Федона» (35 цитат из комментария П. на текст Аристотеля «О душе» в комментариях на этот трактат у Иоанна Филопона и Симпликия, ссылки в комментариях на «Федона» Олимпиодора и Дамаския) Прокл, ставший преемником Сириана по руководству школой. Прокл упоминает толкование П. на «Парменида». П. комментировал также «Горгия». Среди учеников П. -Гиерокл. П. учил о вышебытийном едином (его формулировки соотносимы с Анонимным комментарием на «Парменид» Платона). Его концепция «доксы»-мнения и «фантасии»-воображения как центральных способностей души, связывающих ее не только с чувственно воспринимаемым миром, но и со сферой ума (откуда именно, в частности, душа черпает образцы для математических построений), оказала влияние на Прокла. См. также Афинская школа (неоплатонизма). Фрагм.: Plutarco diAtene. L'uno, l'Anima, le Forme. Ed. D. P. Taormina. Fir., 1989. Лит.: Blumenthal H. J. Plutarch's exposition of the De anima and the psychology of Proclus, - Entretiens 21. De Jamblique à Proclus. Vandv.; Gen., 1975, p. 123-147.
Плутарх из Херонеи	ПЛУТАРХ из Херонеи (Греция) (Plutarch) (род. ок. 45 – ум. 120 после Р.Х.) – древнегреч. философ, биограф, моралист, платоник пифагорействующего типа. На своей родине был облечен полномочиями правителя; был священником в Дельфах. Он автор многочисленных произведений на исторические, философские, нравственные темы. Его философские соч. и произв. по различным отраслям науки объединены под общим заголовком «Moralia». Плутарх призывал, размежевавшись со Стоей и эпикуреизмом, сделать частную и общественную жизнь разумно-гармонической. Его сравнительное жизнеописание греч. и рим. полководцев и государственных деятелей служит, в частности, также и ярким примером образцовой нравственности («Сравнительные жизнеописания». СПБ, 1891). Личность и произв. Плутарха оказывали влияние на последующее развитие вплоть до наших дней. Наиболее известны его «Сравнительные жизнеописания», в которых даются парные описания жизнедеятельности крупных деятелей Древней Греции и Рима: Александра Македонского и Цезаря, Демосфена и Цицерона, Ликурга и Нума и др. Давая эти жизнеописания, Плутарх высказывает много интересных мыслей как философского, так и жизненного характера, нравственного плана. Описывая положение, при котором императоры в целях утверждения политической власти выдавали друг другу друзей и родственников, Плутарх пишет: «Так лишились они от бешеной злобы способности мыслить по-человечески или, лучше сказать, показали, что нет зверя свирепее человека, совмещающего в себе дурные страсти и власть» [Избр. жизнеописания. М., 1957. Т. II. С. 562]. Помимо «Сравнительных жизнеописаний» Плутарх также написал сочинения на нравственные темы; в частности, у него есть произведение «Наставление супругам», в котором он дает свои рекомендации относительно поведения мужа и жены с целью сохранить прочный брачный союз. Кроме того, Плутархом написано такое сочинение, как «Пир семи мудрецов», в котором он поднимает историко-философские и социальные проблемы. В этом произведении он описывает встречу и беседу тех мыслителей Древней Греции, которые считались первыми мудрецами западной мысли. К ним относятся: Фалес, Биант, Питтак, Солон, Клеобул, Хилон, Анахарсис. Периандр, также относившийся к этим мудрецам, у Плутарха выступает правителем города, тираном, который собирает у себя мудрецов. В своей беседе все мудрецы отвечают на одни и те же вопросы. На вопрос, какое государство лучше всего, они отвечают следующим образом. Солон: «В том государстве лучше всего и крепче всего народовластие, где обидчика к суду и расправе привлекают не только обиженный, но и необиженный». Фалес: «То, в котором нет ни бедных граждан, ни безмерно богатых». Биант: «Крепче всего народовластие там, где закона страшатся, словно тирана». Питтак: «То, где дурным людям нельзя править, а хорошим нельзя не править». Хилон: «Лучшее государство то, где больше слушают законы, меньше ораторов». Анахарсис: «То, где лучшее воздается добродетели, худшее - пороку, а все остальное поровну». Клеобул: «Самый разумный тот народ, в котором граждане боятся больше порицания, чем закона». Положительные взгляды Плутарха по вопросам истории и морали оказали большое влияние на последующие поколения философов.
Пнин Иван Петрович	ПНИН Иван Петрович (1773, Москва — 17(29).09.1805, Петербург) — философ, просветитель. Учился в Благородном пансионе при Московском ун-те, где получил знания иностранных языков и философии, затем в Артиллерийском кадетском корпусе в Петербурге. Служил в армии с 1789 по 1797 г., по выходе в отставку основал (вместе с Бестужевым) "Санкт-Петербургский журнал". В 1801 г. произошло его знакомство с Радищевым, к-рого он считал одним из лучших людей своего времени. В 1802 г. П. представил царю труд "Вопль невинности, отвергаемой законом", где отмечал ущемление прав людей, обличал своеволие помещиков, беззаконие. По своему обличительному пафосу он был сходен с "Путешествием из Петербурга в Москву" Радищева и смог появиться в печати лишь в 1889 г. В 1802 г. П. был избран действительным членом Вольного об-ва любителей словесности, наук и художеств, в 1805 г. стал его президентом. Расцвет творческой активности П. пришелся на ранние годы царствования Александра I, когда он выпустил осн. свои произв. — оды "Бог". "Человек", "Опыт о просвещении относительно к России" (1804, был конфискован по распоряжению правительства). Мировоззрение П. формировалось под влиянием фр. просветителей, произв. к-рых он публиковал в различных изданиях (мн. из них запрещались цензурой), а также носителей антропологического начала в рус. философии — Сковороды и Радищева. В оде "Человек" (Журнал российской словесности, 1805. № 1) П. писал: "Природы лучшее созданье.../Ты краше всех существ других./Что я с тобою ни равняю,/Твои дары лишь отличаю.../Я человека петь готов,/Природы лучшее созданье.../Ты царь земли, ты царь вселенной,/Хотя ничто в сравненье с ней;/Хотя ты прах один возженный,/Но мыслию велик своей/Едва ты только в мир явился,/И мир мгновенно покорился". Человека П. воспринимал как покорителя природы и в то же время как героического гражданина, обличающего зло и неправду. В 1802 г. П. написал стихи на смерть Радищева — "пламенника ума" и "друга людей", к-рый их "к счастью вел путем свободы" (опубликованы в 1859 г.). Сын последнего, Н. А. Радищев, в стихах "На смерть И. П. Пнина" отметил его заслуги: одна из главных — попрание предрассудков и прославление ума. Гражданские мотивы пронизывают философское и поэтическое творчество П., повлиявшее на декабристов. П. выступал за освобождение крестьян от личной зависимости, но оставался сторонником конституционной монархии, ориентированной на просвещение всех сословий, воспитание гражданских добродетелей, обеспечение свободы человеческого разума и личности. При этом в "Опыте о просвещении" он помещает настоящий гимн собственности, предпочитая ее (в сочетании с принципом личной безопасности) равенству: "Собственность! Священное право! Душа общежития! Источник законов, мать изобилия и удовольствий! Где ты уважаема, где ты неприкосновенна, та только благословенна страна, там только спокоен и благополучен гражданин! Но бежишь ты от звука цепей! Ты чуждаешься невольников. Права твои не могут существовать ни в рабстве, ни в безначалии, ты обретаешь их только в царстве законов". Считая неправомерным ущемление прав личности, П. в то же время отвергал принцип равенства, как "исчадие раздоров". В понимании Бога и оценке религии П. стоял на позициях деизма. В оде "Бог" он, выражая свои взгляды на творческую природу человека и защищая его от произвола, не останавливался перед мотивами богоборчества: "Повсюду слышу лишь стенанье! Народы ропщут на творца. Доколе будешь злодеянье взводить на трон под сень венца?" В этике П. ориентировался на утилитаризм и индивидуализм в духе И. Бентама, хотя его славословия человеку иногда носят риторический и деиндивидуализированный характер. В конце жизни П., как и Радищев, разуверился в возможностях просвещенчески ориентированного законодательства, на к-рое он уповал раньше под влиянием либерального начала царствования Александра I. Соч.: Соч. М., 1934. Лит.: Кизеветтер А. А. Из истории русского либерализма. Иван Петрович Пнин//Кизеветтер А. А. Исторические очерки. М., 1912; Орлов В. Н. Русские просветители 1790—1800 годов. 2-е изд. М., 1953.
Победоносцев Константин Петрович	ПОБЕДОНОСЦЕВ Константин Петрович (21.05.(2.06). 1827, Москва — 10(23).03.1907, Петербург) — социолог, правовед, политический деятель, публицист. Сын проф. словесности Московского ун-та, внук священника. Получил образование в училище правоведения, по окончании к-рого в 1846 г. поступил на службу в московские департаменты Сената. С 1860 по 1865 г. вел преподавательскую и научную деятельность в Московском ун-те по кафедре гражданского права. В это же время являлся преподавателем законоведения великих князей, в т. ч. и будущего императора Александра III. В 1865 г. — член консультации министерства юстиции, с 1872 г. — Государственного совета. С 1880 по 1905 г. — обер-прокурор Синода, оказывал значительное влияние на политическую и духовную жизнь государства. Являлся автором Манифеста от 29 апреля 1881 г. об укреплении самодержавия. Учредил "Священную дружину", ставившую себе целью бороться с революционным движением. В религиозных вопросах отстаивал господствующее положение православия, недопустимость равноправия церквей в России, выступал против отделения церкви от государства. Особое внимание уделял распространению церковно-приходских школ. Значительная часть литературного наследия П., глубоко убежденного государственника-охранителя, посвящена критике нигилизма и либерализма, обличению безверия интеллигенции, что связано, по его мнению, с влиянием отвлеченного рационализма Запада, породившего "дикое варварство и анархию в Европе". Коренным пороком западноевропейской мысли П. считал веру в "исконное совершенство человеческой природы", способствующую формированию людей "в чрезмерных ожиданиях, происходящих от чрезмерного самолюбия и чрезмерно искусственно образовавшихся потребностей" (Московский сборник. М., 1896. С. 92). Из этой посылки выводились ложные, с его т. зр., догматы свободы, равенства, большинства голосов, права на восстание против власти и др. В действительности, утверждал он, человек, попадающий во власть своих природных наклонностей, стремится ими злоупотребить, отрицая воздействие воспитывающего и направляющего начала. Слепая вера в совершенство человеческой природы ведет, считал П., к росту авторитета парламентаризма и идеи народовластия. На первый взгляд, отмечал он, кажется разумным, чтобы сам народ выбирал своих правителей, на деле же парламентские идеалы оказываются "великой ложью нашего времени". "Ясность сознания доступна лишь немногим умам... а масса, как всегда и повсюду, состояла и состоит из толпы — "vulgus", и ее представления по необходимости будут "вульгарные" (Там же. С. 43). Реальная жизнь выворачивает наизнанку декларируемые демократией принципы. По теории народные представители должны иметь в виду лишь народное благо, на деле главным для них оказывается "преимущественно личное благо и друзей своих". По его мнению, парламентская система превращает голый материальный интерес в основу политического процесса. Подлинно нравственный, способный к бескорыстному служению человек, писал П., не пойдет воспевать себе хвалу на выборных собраниях, а будет бескорыстно служить на своем месте, в тесном кругу единомышленников. Пробным камнем, обнаруживающим неистинность и непрактичность парламентской формы правления, он считал национальную проблему. Именно демократия, по его мнению, превратила национализм в раздражающий и дестабилизирующий об-во фактор. "Каждое племя из своей местности высылает представителей — не государственной и народной идеи, но представителей племенных инстинктов, племенного раздражения, племенной ненависти — и к господствующему племени, и к другим племенам" (Там же. С. 47). Духу парламентаризма, паразитирующему на "неверном и случайном", превращающему жизнь в игру, где каждый стремится "успеть сорвать свой куш", П. противопоставлял силу традиции, вышедшей из самой жизни и освященной авторитетом истории; православную веру, стоящую выше всяких теоретических формул и выводов разума. Он считал, что простой народ, благодаря своему бессознательному чувству к истине, создает свою историю-легенду, "в которой он чует абсолютную глубокую истину". Как монархист, он видел свой историософский идеал в медленном, постепенном эволюционном развитии об-ва, мирном органическом движении, не прерываемом никакими насильственными катаклизмами. Крепкая семья и патронирующая роль государства по отношению к больным, слабым и непредусмотрительным должны были выступать, с его т. зр., гарантом стабильности^ Распространение образования, по П., не должно сводиться к механическому усвоению нек-рой суммы знания и формированию одной привычки логически мыслить, ибо "жизнь не должна попадать в рабство к отвлеченным формулам логического мышления". Его роль прежде всего воспитательная — приобщение к таким вечным ценностям, как Бог, Отечество, родители (семья). Все это, вместе взятое, образует в человеке совесть и дает ему нравственную силу для того, чтобы выдержать борьбу "с дурными внушениями и соблазнами мысли". Среди критиков П. были В. С. Соловьев, Толстой и др., неодобрительно расценивавшие его стремление решать большинство вопросов путем принуждения. Вместе с тем Достоевский, К. Н. Леонтьев и др. высказывали ему свое расположение. П. считал, что процесс демократизации в стране несет в себе опасность, способную стать гибельной для России как государственного, хозяйственного и культурного организма. Соч.: Исторические исследования и статьи. Спб., 1876; Победа, победившая мир. М., 1895; Вечная память. М., 1896; Московский сборник. М., 1896. Лит.: Розанов В. В. К. П. Победоносцев//Розанов В. В. Легенда о Великом инквизиторе Ф. М. Достоевского. M , 1996; Гневушев М. Константин Петрович Победоносцев. Киев, 1907; Тальберг Н. Д. Муж верности и разума. Джорданвилль, 1958; Гусев В. А. К. П. Победоносцев — русский консерва гор-государственник//Социально-политический журнал. 1993. №11—12; Полунов А. Ю. К. П. Победоносцев: Великая ложь нашего времени//Вопросы философии. 1993. № 5; Bûmes R. F. Pobedonostsev. His Life and Thought. Bloomington; L., 1968.
Подорога Валерий Александрович	ПОДОРОГА Валерий Александрович (р. 1946) — специалист в области истории философии, культурологии и политологии, доктор филос. наук. Окончил филос. факультет МГУ (1970), аспирантуру ИФ АН СССР (1974). С 1974 — в ИФ АН СССР (РАН), в настоящее время зав. сектором аналитической антропологии. Докторская диссертация — «Выражение и смысл. Коммуникативная стратегия философии культуры 19—20 столетий» (1992). Руководитель серий «Ad marginem» и «Ессе Homo». Основной предмет исследования П. — философия тела, телесности. На базе концепции телесности анализируются произведения литературы, искусства филос. методом постструктуралистской феноменологии. Цель П. — подготовить категориальный инструментарий для осмысления отечественной традиции интеллектуальной истории и попытаться построить общую археологию чувственности или перцептивности рус. культуры. Проблема языка в негативной философии Адорно // Вопросы философии. 1979. № 11; Ницше и стратегия маргинальной философии // Критический анализ методов современной западной философии. М., 1986; Фундаментальная антропология М. Хайдеггера // Философская антропология в XX веке. М., 1986; Знаки власти // Киносценарий. 1991. № 3, 4; Евнух души. Позиция чтения и мир Андрея Платонова // Вопросы философии. 1989. № 3; Художник и власть // Искусство кино. 1990. № 5; Театр без маски (попытка философского комментария) // Человек. 1990. № 1; Метафизика ландшафта. М., 1993; Выражение и смысл. Коммуникативная стратегия в философии культуры XIX—XX столетий. М., 1995; Феноменология тела. М., 1995.
Полани Майкл	ПОЛАНИ (Polanyi) Майкл (1891‑1976) – англ. философ, один из основателей постпозитивизма, выходец из Венгрии, сотрудник (с 1923) Института физической химии (Берлин), в эмиграции с 1933, профессор физической химии (затем - социальных наук) Манчестерского университета (с 1933). В главных сочинениях по философии и социологии науки: "Личностное знание. На пути к посткритической философии" (1958), "Неуважение свободы" (1940), "Основания академической свободы" (1947), "Логика свободы" (1951), "Неявное знание" (1962), "Знание и бытие, эссе" (1969) и др. выступил в 1940-х с критикой основных принципов логического позитивизма, в 1950-х - разработал концепцию "неявного знания" (по П., "существуют вещи, о которых мы знаем, но не можем сказать"). Стремился конструктивно преодолеть идею о возможности деперсонифицированного представления научного знания, неправомерно приравниваемого к объективности последнего. В структуре ориентировочной и познавательной активности - в сенсомоторных навыках, восприятии, использовании языка, методах диагностики и экспериментирования, актах научного творчества и т.д. - П. выделял явные и неявные компоненты. Последние, по П., осваиваются человеком в практических действиях, в совместной научной работе и служат основанием его целенаправленной активности. В науке явное знание представлено как интерперсональное знание (в понятиях и теориях), неявное - как личностное знание, вплетенное в искусство экспериментирования и теоретические навыки ученых, в их пристрастия и убеждения. С точки зрения П., существуют "два типа знания, которые всегда совместно входят в процесс познания всеобъемлющей целостности. Это: 1. Познание объекта путем концентрации внимания на нем как целостности; 2. Познание объекта исходя из наших представлений о том, какой цели он служит в составе той целостности, частью которой он является. Последнее может быть названо неявным... Взаимоисключающий характер этих двух типов познания может быть выражен в терминах логической дизъюнкции". Неявное знание, согласно П., не допускает полной экспликации и транслируется через непосредственное ("из рук в руки") обучение мастерству научного поиска и личные контакты ученых. Научный опыт у П. - внутренне переживаем, обусловлен страстным желанием исследователя достичь подлинно научной истины, явно личностно окрашен. П. ввел в научный оборот понятие "научное сообщество". В ряде работ подчеркивал необходимость определенных социокультурных условий для поддержания свободной научной коммуникации и сохранения научных традиций.
Полевой Николай Алексеевич	ПОЛЕВОЙ Николай Алексеевич (22.06 (3.07). 1796, Иркутск — 22.02(6.03). 1846, Петербург) — историк, публицист и издатель. Был вольнослушателем Московского ун-та. Участник кружка любомудров. Издатель одного из лучших в истории рус. публицистики журн. "Московский телеграф" (1825—-1834), где сотрудничали Пушкин, И. С. Тургенев, А. А. Бестужев-Марлинский, П. А. Вяземский и др. Признавая "здоровое начало" в гегелевской философии, к-рое он видел в идее диалектического (противоречивого) развития, П. одновременно подвергал сомнению формальную схему гегелевской логики. Он призывал опираться на "опыт и анализ в науках", ценил теоретическое мышление. П. — автор "Истории русского народа" (в 6 т.), к-рую он противопоставлял "Истории государства Российского" Карамзина. Философско-историческая концепция П. эклектична. Он стремился извлечь все рациональное из соч. нем. историков, примыкавших к романтической школе (Б. Нибур), рус. историографии (Татищев, Щербатов) и трудов фр. историков эпохи Реставрации (О. Тьерри, Ф. Гизо). П. видел в европейской историографии три типа философско-исторического изображения: поэтическое или мифологическое (в древн. мире), героическое (в средние века) и нравственное, или морализаторское (в новое время). Они имели свое оправдание, но не дали полного и глубокого представления ни об истории отдельных народов, ни об истории человека в целом. Необходим, считал он, иной метод изображения исторических событий. Они должны быть освещены светом идей века Разума, Просвещения. "Историк, — писал П., — напитанный духом философии, согретый огнем поэзии, принимаясь за скрижали истории, должен отделить себя от своего века, своего народа, самого себя. Его обязанность — истина". Частные цели и пристрастия должны быть решительно отметены, ибо историк изображает жизнь прошлого, выделяя существенное, определяющее в жизни народа. П. был принципиальным противником государственной школы в рус. историографии. Он был убежден, что ее представители (Карамзин, Д. Н. Бантыш-Каменский и др.), подыгрывая официальной т. зр., внесли немало искажающего в изображение рус. истории. Они пишут об истории России так, будто в ней не было ничего, кроме деяний верхов. Это — "история Государей, а не государства, не народа". С др. стороны, скептическая школа (М. Т. Каченовский, И. Ф. Эверс и др.), взывая к проверке документальной основы рус. истории, впадала в исторический нигилизм вплоть до отрицания достоверного, бесспорно установленного. Движущая сила истории, по мнению П., дух народа. Он и должен быть, во всех его опосредованиях, предметом исторического изучения. Соч.: История русского народа: В 6 т. Спб., 1829—1833. Лит.: Белинский В. Г. Николай Алексеевич Полевой //Собр. соч.: В 9 т. М., 1982. Т. 8; История философии в СССР. М., 1968. Т. 2. С. 246—248; Соболев П. В. Очерки русской эстетики первой половины XIX века. Л., 1975. Т. 2. С. 4—80.
Полемон	ПОЛЕМОН (Πολέμων) (ок. 350, Афины - 276 до н. э., там же), др.-греч. философ-платоник, схоларх Академии с 314 по 276 до н. э. Жизнь. Коренной афинянин, П. родился в богатой семье; известно, что его отец Филострат занимался разведением скаковых лошадей (D. L. IV 17). Дошедшее до нас жизнеописание П. представляет собрание анекдотов и нравоучительных историй, большая часть которых собрана у Диогена Лаэртия (D. L. IV 16-20). Наиболее яркий эпизод биографии П., часто пересказываемый античными авторами в воспитательных целях (fr. 15— 33 Gigante), - это история обращения П. к философии благодаря встрече с Ксенократом. Общение с философом определило образ жизни П.: подобно учителю он приобрел твердый нрав и невозмутимость, что сделало его известным и уважаемым в Афинах. После смерти Ксенократа преданный ученик возглавил Академию. О сорокалетней деятельности П. в качестве схоларха практически ничего не известно. По-видимому, он не принимал участия в публичной жизни Афин, проводя все время в стенах Академии в тесном общении с учениками и друзьями, платониками Кратетом и Крантором. Как пишет Цицерон, «Полемон, Кратет и Крантор, объединившись в Академии, тщательно хранили то, что получили от своих предшественников» (Cic. Acad. I 9, 34). В частности, представители нового поколения платоников продолжили изучение и толкование сочинений Платона, сохранили практику академических дискуссий и учебных диспутов, хотя их интерес, очевидно, сместился в область практической этики, ибо, по мнению П., прежде всего «должно упражнять себя в поступках, а не в диалектических умозрениях» (D. L. IV 18). Сочинения. Как сообщает Диоген Лаэртий, П. был автором многих сочинений, однако до нас не дошли ни сами сочинения, ни даже их названия. Исключение составляет название работы П. «О жизни в согласии с природой» (Пер1 του κατά φύσιν βίου) ο которой говорит Климент Александрийский (Strom. VII 32, 9). Учение. Философские воззрения П., как и его образ жизни, сформировались под влиянием Ксенократа. Следуя учителю, утвердившему деление философии на физику, этику и логику (Xenocr. fr. I Heinze = Sext. Adv. math.VII 16), и не претендуя на оригинальность, П. разрабатывает все три области философии. Нельзя исключить, что сам П. осознавал свою роль как систематизатора академического платонизма и, вероятно, одним из первых предпринял попытку согласовать раннеакадемические учения с учениями Аристотеля и Теофраста (впоследствии это согласие подчеркивал Антиох Аскалонский). П. разделял также такие характерные для Академии доктрины, как учение о первых принципах, мировой душе и др., о чем свидетельствует очерк физики «древних» Антиоха (Cic. Acad. I 24-29), источником которого, как считают, могли быть сочинения П. (Sedley; Dillon). Несмотря на скудность информации, не позволяющую в полной объеме реконструировать метафизические воззрения П., можно утверждать, что он был убежден в единстве и целостности космоса, определяемых соразмерностью его частей, в самодостаточности космоса, подчеркивая, что «космос - это бог» (Aët. I 7, 30, р. 304Ы Diels (Stob. I 1, 29b. 43); ср. с концепцией космоса Филиппа Опунтского). Положение о гармоничности и самодостаточности космоса П. конкретизирует, разрабатывая этические учения, в частности учение о самодостаточности и самосохранении каждого живого существа, ибо «каждое живое существо с момента рождения заботится о себе... стремится развить природные задатки (prima naturalia) и избежать противоположного»; «каждое живое существо любит себя и от самого рождения стремится к самосохранению» (Cic. De fin. II 33-34; V 24 sq.). Этот базовый принцип, в свою очередь, П. кладет в основу учения о жизненной гармонии, выражающейся известной формулой «жизнь в согласии с природой» (е. g. Cic. De fin. II 34; IV 14; V 27). Как сообщает Плутарх, согласно Ксенократу и П., «в природе и в согласии с природой лежат основные элементы счастья (Plut. Comm. not. 1069e). Само же счастье П. определяет как «самодостаточность по отношению... к большей и наиболее важной части благ. Он полагает, что счастье не может быть достигнуто без добродетели, в то время как добродетель - достаточное условие для счастья, даже без телесных и внешних благ» (Clem. Strom. II133, 7). Признание добродетели достаточной для счастья может рассматриваться как отличительная черта этической доктрины П. Сопоставление этических воззрений П. с воззрениями других академиков позволяет говорить о тенденции к усилению этического ригоризма, оказавшего влияние, в частности, на Зенона из Кития, ученика П. и основателя стоицизма. В силу этого П. оказывается своеобразной переходной фигурой между платонизмом и стоицизмом. Кроме того, философские воззрения П. и его идеи о единстве учения Академии оказали влияние на Антиоха Аскалонского, с именем которого связано возрождение догматической академической традиции в 1 в. до н. э. Для Антиоха П. представляет завершение развития древнего платонизма в качестве законченной и целостной системы. Фрагм.: Gigante M. Polemonis Academici fragmenta, - RAAN 51, 1976, p. 91-144; Idem. Polemonis Academici fragmenta. Nap., 1977. Лит.: Brink С. О. Oikeiosis and oikeiotes: Theophrastus and Zeno on Nature in Moral Theory, - Phronesis 1, 1955, p. 123-145; Sedley D. The Origins of Stoic God, - Traditions of Theology: Studies in Hellenistic Theology, its Background and Aftermath. Ed. by M. Frede and A. Laks. Leiden, 2000, p. 41-83; Dillon J. The Heirs of Plato. A Study of the Old Academy (347-274 B.C.). Oxf., 2003 (рус. пер.: Дж. Диллон. Наследники Платона. СПб., 2005).
Полибий	ПОЛИБИЙ (род. ок. 201, Мегаполис, Аркадия – ум. ок. 120 до Р. X.) – древнегреч. историк, государственный деятель и военачальник эллинистического периода. Автор знаменитого труда "История в сорока книгах", где показан путь Рима к господству над всем Средиземноморьем. П. попытался целостно охватить разнообразие исторических явлений и событий, основываясь на рационализированном стоиками представлении о "судьбе", согласно которому она является всеобщим мировым законом и разумом. По отношению ко "всеобщей истории" "судьба" у П. предстает как логика истории, как синоним внутренних закономерностей единого исторического процесса. Исторический процесс П. рассматривает как замкнутый, повторяющийся цикл. По аналогии с живыми организмами общество, согласно П., проходит состояния возрастания, расцвета и упадка. Развитие общества трактуется П. как движение по кругу, в ходе которого осуществляется последовательная смена шести форм государственности: монархия (единоличное проявление вождя или монарха, основанное на разуме) перерождается в тиранию, на смену которой посредством насильственных способов (восстание, переворот, убийство) приходит аристократия (власть немногих, преследующих интересы общего блага), она в свою очередь вырождается в олигархию (царство беззакония, стяжательства, интриг мелкой группы против всего народа), народ выступает против олигархов и устанавливается демократия, ее извращением является охлократия (господство черни, толпы), которая является, по мысли П., не только самой наихудшей, но и последней ступенью в смене данных исторических форм. Преодолеть кругооборот государственных форм способен, согласно П., только мудрый правитель-законодатель, который видит недостатки простых форм государства и в состоянии установить новую форму - смешанную. Смешанная форма имеет аналоги в реальной истории: Спарта, Карфаген, Крит. Но наиболее правильно использована идея смешанной государственной формы, считает П., в Риме. Консулат выражает монархию, сенат - аристократию, народное собрание - демократию; правильное сочетание и равновесие этих властей и обеспечило Риму могущество. Идеи П. о кругообороте государственных форм и о смешанной форме правления широко использовались в различных проектах "идеальных" государств и в утопических теориях.
Полторацкий Николай Петрович	ПОЛТОРАЦКИЙ Николай Петрович (16.02.1921, Константинополь — 14.10.1990, Ленинград) — философ, литературовед, публицист. Род. в семье рус. эмигрантов. Окончил рус. гимназию в Софии и там же начал занятия в ун-те. В 40-х гг. окончил Высшую школу теологии и философии в Регенсбурге (ФРГ). В 1954 г. в Сорбоннском ун-те защитил диссертацию "Философия истории России у Н. А. Бердяева". С 1955 г. жил в США. Преподавал рус. язык в военной школе в Монтрее (Калифорния), занимался советологией в Бруклинском колледже (Нью-Йорк). В 1958—1967 гг. преподавал в Мичиганском ун-те (Ист-Лансинг), где получил звание проф. С 1967 г. — проф. и заведующий кафедрой славянских языков и литератур Питтсбургского ун-та. Скончался в Ленинграде во время своего первого приезда в Россию. П. начал печататься в Софии в 1942 г., постепенно выходя за рамки политического антисоветизма своих первых статей и углубляясь в проблематику рус. национально-политической мысли, литературы и философии. Редактор сб. "На темы русские и общие. Сб. статей и материалов в честь проф. Н. С. Тимашева" (1965), "Русская литература в эмиграции" (1972), "Русская религиозно-философская мысль XX века" (1975), автор мн. статей в газ. "Русская мысль" (Париж), "Новое русское слово" (Нью-Йорк) и др., в журн. "Вестник русского студенческого христианского движения" (РСХД), "Возрождение". "Опыты", "Мосты", а также в справочных изданиях по рус. истории. Осн. интересы П. сосредоточены на истории рус. общественной мысли и ее совр. значении. Главным событием современности он считал Октябрьскую революцию 1917 г. и победу в ней "большевизма-коммунизма и марксизма-ленинизма"· Все сферы жизни (религия, церковь, государство, национальная жизнь, культура) испытали на себе воздействие революции, и для преодоления его П. считал необходимыми "далеко идущие меры", не исключающие военного насилия (этим объяснима "пораженческая" позиция П. во время войны Советского Союза против нем. фашизма, его участие в антикоммунистических организациях). Необходимость и моральную оправданность борьбы с коммунизмом П. обосновывал с помощью мировоззренческих и идеологических установок И. А. Ильина и П. Б. Струве. Рассматривая содержание рус. мысли под углом идейно-жизненного интереса, П. избирательно относился к предмету своих исследований. Философская и научная мысль приобретала для него значение, когда она, с одной стороны, сочеталась с мыслью религиозной, а с другой — с мыслью политической, социологической, литературной. Особое значение в этом единстве П. придает мысли волевой, т. е. выражающей активное отношение к действительности. П. принимал сложившееся в рус. зарубежной историографии (Зеньковский, Н. О. Лососий, Бердяев и др.) представление об отечественной философии как прежде всего религиозной. Гарантией ее истинности и актуальности является лежащее в ее основании православие как особое восприятие христианства, придающее первостепенное значение свободе духа. Именно потому обращение к рус. мысли позволяет разрешать жгучие проблемы современности. В статье "Русская религиозная философия" (1960) он перечисляет 10 таких проблем — от экологических до политических (см.: Вопросы философии. 1992. № 2. С. 133—134). Наряду с положительным содержанием рус. религиозная философия — явление единственное в своем роде, созданное трудами ряда поколений светских мыслителей, — обладает и отрицательными чертами. Ими являются бескопромиссный максимализм и утопизм позитивных построений, что объясняется "беспочвенностью" и "отщепенством" ее отдельных авторов, отсутствием привычки к положительному государственному и культурному строительству. В нач. XX в. эти недостатки были усугублены сознательным противостоянием историческому христианству. По П., в наибольшей степени эти недостатки воплотились в творчестве Бердяева, одушевленного "интеллигентским пафосом бунта против действительности". Хотя П. высоко ценил апологию свободы у Бердяева, тем не менее к его творчеству в целом относился скорее отрицательно. Идея свободы при отталкивании от мира и исторического опыта церкви вырождается, считал он, в "метафизическое барство, эсхатологический анархизм и романтический нигилизм". При последовательном рассмотрении этой идеи Бердяев, по его мнению, приходит к мистицизму, в к-ром обнаруживается "неорганическое всесмесительство" (Я. Бёме, Ф. Ницше, М. Штирнер и др.), а не следование опыту православной святоотеческой традиции. П. полагал также, что для проповедника свободы, каким предстал Бердяев в общественном мнении, его "коммунизанство" и "советизанство" недопустимы. Противоположным Бердяеву полюсом рус. мысли П. считал творчество Ильина и Струве, к-рых он рассматривает как выразителей либерального консерватизма, "одинаково любивших начало свободы и начало власти и правового порядка, творческой инициативы и исторической преемственности". Для него Ильин предстает прежде всего идеологом просвещенной монархии, религиозно и национально возрожденной России, автором книги "О сопротивлении злу силою", т. е. активным борцом с коммунизмом и советской властью. По тем же причинам П. привлекало творчество Струве (см.: Иван Александрович Ильин. Жизнь, труды, мировоззрение: Сб. статей. ТепаПу, Ν. Υ., 1989; П. Б. Струве как политический мыслитель. Лондон (Канада), 1981). Предметом исследований П. были также взгляды др. представителей правых кругов рус. зарубежья, а также идейное содержание сб. "Вехи". Соч.: Бердяев и Россия (Философия истории Россия у Н. А. Бердяева). Нью-Йорк, 1967; И. А. Ильин и полемика вокруг его идеи о сопротивлении злу силой. Лондон (Канада), 1975; Монархия и республика в восприятии И. А. Ильина. Нью-Йорк, 1979; Россия и революция. Русская религиозно-философская и национально-политическая мысль XX века: Сб. статей. Нью-Йорк, 1988.
Помпонацци Пьетро	ПОМПОНАЦЦИ (Pomponatius) Пьетро (род. 16 сент. 1462, Мантуя – ум. 18 мая 1524, Болонья) – итал. философ; учитель в Падуе, Ферраре и Болонье, крупнейший представитель аристотелизма эпохи Возрождения. В своем соч. «De immortalitate animae» (1516), примыкая к последователю Аристотеля периода поздней античности Александру Афродисийскому, исходя из теории двойственной истины, отрицал возможность рационального доказательства бессмертия души, ибо она индивидуальна и связана с жизнью. Отвергал сверхприродные явления, веру в чудеса и колдовство, считая, что все таинственные явления могут быть объяснены естественными причинами. Отрицал свободу воли и защищал концепцию судьбы, близкую учению стоицизма. Не признавая мораль греха и искупления, направленную в потусторонний мир, видел в нравственной добродетели самой по себе естественную награду и «достоинство» человека, а в пороке — его естественное наказание. П. существенно способствовал формированию скептического отношения к чудесам и всему сверхъестественному и оказал значительное влияние на развитие западноевропейского свободомыслия 16—18 вв. Tractatus acutissimi. Venetiis, 1525; Corsi inediti dell insegna-mento padovano. Vol. 1—2. Padova, 1966—1970.; Горфункель А.Х. Философия эпохи Возрождения. М., 1980; История философии: Запад — Россия — Восток. Кн. 2. М., 1997; Florentine F. Pietro Pomponazzi... Firenze, 1868; Nardi В. Studi su Pietro Pomponazzi. Firenze, 1965.
Поповский Николай Никитич	ПОПОВСКИЙ Николай Никитич (ок. 1730— 1760) — философ, переводчик. Род. в семье священника, обучался в Московской Славяно-греко-латинской академии, откуда в числе десяти лучших учеников в 1748 г. был отобран В. К. Тредиаковским для дальнейшего обучения в Петербургском академическом ун-те. Особенные успехи проявил в изучении философских наук, в 1753 г. получил звание магистра и после открытия Московского ун-та был назначен ректором университетской гимназии. В день торжественного открытия Московского ун-та 26 апреля 1755 г. П. прочел на лат. языке речь "О содержании, важности и круге философии", к-рой он начал свой курс лекций по философии. В этом же году она на рус. языке была издана Ломоносовым в "Ежемесячных сочинениях". Осн. тезисом речи было утверждение, что "нет такой мысли, кою бы по-русски изъяснить было бы невозможно". В 1756 г. П. был избран проф. элоквенции (красноречия), после чего обратился к одному из основателей Московского ун-та — графу И. И. Шувалову с дидактическим соч. "Письмо о пользе наук и о воспитании во оных юношества". Особую известность П. приобрел как переводчик с древн. и европейских языков: "Письмо Горация Флакка о стихотворстве к Пизонам" (1753), "Мысли о воспитании" Дж. Локка (в 2 ч., 1759—1760), "Опыт о человеке" А. Попа (1757). Ряд речей П. не были опубликованы и не сохранились: "Речь о несправедливом презрении нравоучительной философии, особливо у древних философов, прежде Сократа бывших" (1753), "Речь о преизяществе красноречия" (1756), "Речь о преимуществе монархии пред аристократией и демократией" (1758). В своих лекциях и соч. П. постоянно подчеркивал всеобщий характер философии уже в силу одного того, что от нее зависят все формы познания, она "мать всех наук и художеств". Особенно озабочен он был определением предмета философии. Таковым, по его мнению, были главные законы всей Вселенной, благодаря к-рым самые сокровенные от простого понятия вещи в ясном виде показываются, самые отдаленные от очей наших действия натуры во всей своей подробности усматриваются и все, "что ни есть на земле и под землею", рассматривается как части чудного и великолепного храма, включающего Вселенную, земную природу и человека. Важной проблемой для П. была забота о формировании философской терминологии в России, в к-рой ввиду огромных земельных пространств нашему любопытству могут открыться "многообразные натуры действия". Если римляне могли заимствовать философскую терминологию у греков, то русские, считал он, вполне могут делать подобные заимствования и у греков, и у римлян, и у др. философски развитых народов. Важной характеристикой философствования П. была попытка "сращения" философских понятий, усвоенных им в Славяно-греко-латинской академии, с комплексом естественно-научных представлений западноевропейской науки. Соч.: Речь, говоренная в начатии философских лекций при Московском университете гимназии ректором Николаем Поповским; К портрету М. В. Ломоносова//Избр. произв. русских мыслителей второй половины XVIII века. М., 1952. Т.1; О пользе наук и о воспитании во оных юношества; О воспитании детей//Антология педагогической мысли в России XVIII в. М., 1985. Лит.: Шевырев С. П. Биографический словарь профессоров и преподавателей императорского Московского ун-та. М., 1855. Ч. 2.
Попугаев Василий Васильевич	ПОПУГАЕВ Василий Васильевич (1778/1779, Петербург — ок. 1816, Тверь) — просветитель, публицист и общественный деятель. Сын художника, учился в гимназии Академии наук. Энциклопедические познания П. (он знал 5 языков, был знаком с основами естественных наук того времени, философии, лингвистики и юриспруденции) определили привлечение его к работе сначала в цензурном ведомстве, а с 1802 г. в Комиссии по составлению новых законов. В 1801 г. П. познакомился с Радищевым и проникся его идеями о необходимости освобождения крестьян и о высоком назначении человека. Знал работы фр. просветителей и переводил их на рус. язык, писал художественные произв. в духе сентиментализма. В 1801 г. по его инициативе было учреждено Об-во любителей изящного, ставшее позже Вольным об-вом любителей словесности, наук и художеств. В своих публицистических произв. выступал против абсолютизма и порабощения человека человеком, опираясь на идеи переводимых им зап. просветителей. Социальным идеалом П. была древн. Спарта, а его вольнодумные гражданские взгляды выражались в речах "О политическом просвещении", "О публичном общественном воспитании и влиянии оного на политическое просвещение". В посвященной Александру I рукописи "О благополучии народных дел" П. выдвинул закон соотношения добра и зла: "Когда род человеческий приближается к точке совершенства, количество добра увеличивается, зла — уменьшается; отдаляется — обратно". В связи с этим необходимы и механизмы, обеспечивающие приоритет добра; они проявляются в форме закона и конституции: "Конституция одушевляет закон; закон поддерживает конституцию". Следуя Радищеву и Пнину, П. утверждал формальное равенство всех перед законом, высокое гражданское назначение человека в об-ве. П. придавал большое значение воспитанию, причем общественное воспитание предпочитал домашнему, на первое место ставил изучение законов и истории, к-рую следует преподавать "в философском духе и с нравственной целью", ибо "всякому гражданину необходимо знать отношения и обязанности, связывающие его с обществом". В работах П. своеобразно интерпретируются идеи общественного договора и положения о естественных правах, неявно осуждается крепостничество, прославляется просвещение народов. Отход в 1811 г. от активной деятельности в Об-ве любителей словесности, наук и художеств, связанный с неприятием монархически настроенными членами последнего радикальных идей его трактата "О благоденствии народных обществ" (написан в 1805, анонимно опубликован в 1807), означал и прекращение творчества П. Соч.: Русские просветители. Собр. произв.: В 2 т. М., 1966. Т. 1. С. 271—356. Лит.: Орлов В. Н. Русские просветители 1790—1800-х годов. 2-е изд. М., 1953.
Поппер Карл Раймунд	ПОППЕР Карл Раймунд (1902-1994) - английский философ. Родился в Вене, сын состоятельного адвоката. Родители Поппера были евреи, но до его рождения крестились в протестанстской церкви. В молодости Поппер находился под сильным влиянием социалистической мысли и короткое время был марксистом. Учился в Венском университете, интересовался кроме философии и науки еще психологией и музыкой. В конце 20-х годов он состоял в только что созданном Венском кружке неопозитивистов, получив поддержку некоторых из них, особенно Г.Фейтля, однако с самого начала весьма критически относился к главным концепциям философов, входивших в кружок, что отразилось в его первой известной работе «Логика научного исследования» (1934), посвященной методологии науки. В 1937 г. он с женой уехал в Новую Зеландию. В 1945 г. написал социологическую работу «Открытое общество и его враги» (2 тома). С 1946 г. жил в Англии, работал в Лондонской школе экономики. Испытал влияние логич. позитивизма, но свою филос. концепцию – критический рационализм, теорию роста науч. знания, фальсификационизм – он построил как антитезу неопозитивизму. П. выдвинул в качестве одной из осн. задач философии проблему демаркации – отделения науч. знания от ненауч. Методом демаркации, по П., явл‑я принцип фальсификации – принципиальная опровержимость (фальсифицируемость) любого утверждения, относимого к науке. П. отказался от поисков абсолютно достоверной основы знания, что характерно для узкого эмпиризма логич. позитивизма. Согласно П., эмпирический и теоретический уровни знания органически связаны между собой; любое научное знание носит лишь гипотетический характер, подвержено ошибкам. Рост научного знания состоит в выдвижении новых гипотез и их решительном опровержении, в результате чего решаются всё более глубокие проблемы. Для обоснования своих логико‑методологической и космологической концепций П. использовал общие идеи неодарвинизма и принцип эмерджентного развития: рост научного знания для него являлся частным случаем общих эволюционных процессов, совершающихся в мире. П. различал три мира: сферы физического, психического и мир идей, теорий. П.: «Можно допустить, что третий, созданный человеком мир, является вместе с тем в весьма определённом смысле сверхчеловеческим миром. Он трансцендирует по отношению к его создателям» («Объективное знание. Эволюционный подход». Оксфорд, 1979). Осн. соч.: «Логика научного исследования» (1935), «Открытое общество и его враги» (1945), «Нищета историцизма» (1957), «Реализм и цель науки» (1983) и др. В работе «Логика научного исследования» рассматриваются проблемы научного метода. Вклад Поппера в разработку научного метода состоит в понимании проверки научных теорий. По мнению Поппера, нельзя логически подтвердить истинность научных теорий, выдвигаемых на основе индуктивных обобщений. Их истинность выявляется лишь в их способности к опровержению фальсификации. В этом принципе фальсификации и состоит сущность логики науки. Наука развивается путем «предположений и опровержений». В работе, которая так и названа «Предположения и опровержения. Рост научного знания» (1963), Поппер, развивая свои взгляды, утверждает, что научная теория имеет статус пробной гипотезы, которая затем противопоставляется наблюдениям. Если наблюдения действительно противоречат тому, что предсказано теорией, тогда теория опровергнута и открыт путь для новых предположений. Принцип фальсификации у Поппера выступал не как принцип значимости научных положений, а как принцип демаркации, который отделяет подлинную науку от псевдонауки, науку от ненауки. Свидетельством истинного ученого должна быть готовность «подставить собственную шею»: теории, которые не допускают риска собственной эмпирической фальсификации, не могут претендовать на научный статус. Принцип фальсифицируемости научных теорий Поппер выдвинул в противовес принципу верифицаруемости логического позитивизма, утверждавшему, что нечто имеет значение, если и только если оно проверяемо эмпирическим путем, т.е. в конечном счете (не обязательно прямо) посредством наблюдения через органы чувств. Попперовская позиция в методологии науки содержит значительные зерна истины, но одновременно подвергается существенной критике. Так, крупнейший современный методолог науки Т. Кун продемонстрировал степень, до которой признанные научные теории обладают иммунитетом против возможности фальсификации. В своей последующей работе «Объективное знание. Эволюционный подход» (1972) Поппер рассматривает в целом развитие человеческого знания путем предположений и опровержений как особый случай естественного отбора: эволюция знания в действительности есть последовательность деятельностей по решению проблем, в которых участвуют организмы. Здесь Поппер вводит понятие «третьего мира», которым он обозначает в отличие от мира физических вещей («первый мир») и субъективного человеческого опыта («второй мир») независимый мир философского и научного знания, мир «проблем, теорий и критических рассуждений». Этот мир, хотя и является продуктом человеческой деятельности, имеет реальное и автономное существование, влияние которого на нас даже сильнее, чем влияние нашего физического окружения. Поппер придавал очень важное значение объяснительной силе понятия «третьего мира». Так, он полагал, что сложная проблема возникновения самосознания может быть решена путем ее анализа на основе взаимодействия между «я» и объектами «третьего мира». Однако в настоящее время еще не ясно, насколько подход Поппера будет философски продуктивным. Существует тесная связь между научной методологией Поппера и разработкой им политической теории и социологии. Свою позицию Поппер называет «критическим рационализмом» - способностью ученого представить свои идеи на суд критики. Этот подход применим не только в науке, но и во всей социальной жизни; он стал критерием того, что Поппер называл «открытым обществом». «Открытое общество» весьма индивидуалистично и характеризуется свободным критическим мышлением. Это общество, где индивиды ответственны за свои личные решения. В «закрытом обществе», наоборот, личность индивида растворяется внутри гармоничного целого. Формулировка этого отличия является главным тезисом работы Поппера «Открытое общество и его враги»: тоталитаризм, присущий «закрытому обществу», не является, в сущности, новым движением, а есть форма реакционного примитивизма - попытка сопротивляться распространению критической силы индивидуальной личности. Критическая методология Поппера позволяла оценивать современные ему научные и философские теории. Так, он последовательно осуждал господствовавший «лингвистический» подход в философии как поворот от «важных вечных проблем» к тривиальной схоластике. Вклад Поппера в решение этих «вечных» проблем бесспорен, о чем свидетельствует его последняя (1977) работа «Я и его мозг» (совместно с Дж.Экклзом), где рассматривается центральная тема философии - взаимоотношение материального и идеального, духа и тела, одна из старейших загадок человечества и центральная проблема философии. То, что материальные и духовные явления могут взаимодействовать, признается всеми науками: наша умственная способность концентрироваться на решении задач может быть серьезно снижена лекарствами. Физические и химические процессы могут воздействовать на ум, и когда мы пишем сложную статью, наш ум действует на наше тело и через цепь физических процессов на ум читателя этой статьи. Это то, что авторы книги «Я и его мозл» называют взаимодействием (интеракцией) умственных и физических событий. Мы знаем очень мало об этом взаимодействии, и авторы вносят свой значительный вклад в эту труднейшую проблему, которая останется загадкой еще долгое время.
Порецкий Платон Сергеевич	ПОРЕЦКИЙ Платон Сергеевич (3(15). 10.1846, Елизаветград Херсонской губ. — 10(23). 08.1907, с. Жоведь Черниговской губ.) — рус. логик, естествоиспытатель, астроном, математик, публицист. В 1870 г. закончил физико-математический ф-т Харьковского ун-та. В 1876 г. назначен астрономом-наблюдателем Казанского ун-та, получил степень доктора астрономии и звание приват-доцента сферической тригонометрии. Несколько лет был редактором казанской газ. "Телеграф". На основе работы "О способах решения логических равенств и об обратном способе математической логики" (Собрание протоколов заседаний секции физико-математических наук при Казанском университете. Казань. 1884. Т. 2. С. 161-330) впервые в России читал в Казанском ун-те лекции по алгебре логики. Исходил из различения "количественных форм", изучаемых алгеброй, и "качественных форм", исследуемых логикой. П. усматривал и сходство (до определенных пределов) обеих наук, к-рое объясняет возможность модификаций и приспособления алгебраических приемов к логике. Результаты своих исследований П. представил в написанных на фр. яз. работах "Семь основных законов теории логических равенств" (Poretzky P. S. Sept lois fondamentales de la théorie des égalités logiques // Известия физико-математического общества при Казанском университете. Сер. 2. Т. 8. № 2—4. Казань, 1898—1899), "Некоторые дополнительные законы теории логических равенств" и "Теория логических неравенств" (Quelques lois ultcrienres de la théorie des égalités logiques, Там же. Сер. 2. T. 10. № 1 -3. Казань, 1900; T. П. № 1-3. Казань, 1900—1901; Théorie des non-égalités logiques /'/ Там же. Т. 14. Казань, 1904). П. насчитывал семь осн. законов теории логических равенств: 1) форма посылок; 2) замещения системы посылок одной посылкой; 3) разложения посылок на элементы; 4) исключения терминов из посылок; 5) умозаключений или следствий; 6) сложных оснований; 7) корней. Все эти законы являются усовершенствованием и обобщением алгебро-логических приемов Дж. Буля, У. С. Джевонса и Э. Шредера. Идеи П. повлияли на проблематику и исследования в области традиционной и символической логики в России и на Западе. Так, фр. логик Л. Кутюра считал методы П. кульминационным пунктом в развитии алгебры логики в нач. XX в. Велико значение трудов П. также для проблематики и исследований в области традиционной логики в России. Лит.: Дубнго Д. И. П. С. Порецкий (некролог) '/ Известия физико-математического общества при Казанском университете. Сер. 2. 1908. № 1. С. 3- 7; С. Кшииский И. В Памяти Порецкого // Вестник опытной физики и элементарной математики. Одесса, 1909. № 4X7. С. 145-148; Стяжкин Н. И., Силаков В. Д. Кратким очерк истории общей и математической логики в России. М., 1962. С. 41-66.
Порфирий	ПОРФИРИЙ (Potphyrios) (род. 232/33, Тир – ум. 304, Рим) – древнегреч. философ-неоплатоник. Будучи биографом и издателем соч. Плотина, он сделал его учение доступным пониманию благодаря ясному изложению. Он написал более 70 трактатов, из которых до нас дошло 18. Самые известные - «Жизнеописания Плотина», «Введение» к работе Аристотеля «Категории», «Сентенции». Комментировал также платоновские и аристотелевские произв. «Введение в учение Аристотеля о категориях» и поныне обычно предпосылают «Категориям» Аристотеля; исследовал предикабилии. Полемическое соч. Порфирия «Против Христа» (448) было уничтожено Теодозием II, и оно было утрачено; очень мало сохранилось и от истории античной философии, написанной Порфирием. Порфирий выступал как противник христианства и даже написал труд «Против христиан», до нас не дошедший, но восстанавливаемый по цитируемым отрывкам. В нем он подвергает резкой критике Ветхий и Новый заветы, отрицая подлинность некоторых книг. Он указывал на противоречия в Евангелиях. В то же время Порфирий не выступал против религии как таковой, он стоял на стороне политеистической религии, полагая, что философские истины выражаются в аллегорической форме в виде мифов. Порфирий более ясно излагал плотиновское учение, делая упор на его практической стороне, т.е. на нравственных проблемах. Так, он более детально излагает вопрос о добродетелях. Все добродетели Порфирий разделяет на четыре вида, но все они находятся под воздействием практического разума, который он ставит выше всего. Он превозносит умственную жизнь, которая противостоит беззаботности и склонности к наслаждениям. Порфирий полагал, что учение философа должно соответствовать его жизни и наоборот. «Введение» Порфирия к «Категориям» Аристотеля сыграло большую роль в развитии философии, так как в нем был ясно сформулирован вопрос о характере общих понятий. «Существуют ли они самостоятельно или же находятся в одних мыслях, и если они существуют, то тела ли это или бестелесные вещи, и обладают ли отдельным бытием, или существуют в чувственных предметах и опираясь на них?» [I, la]. Постановка проблемы об общих понятиях явилась источником тех диспутов об универсалиях, которые разгорелись в Средние века между номиналистами и реалистами. Порфирий полагает, что при анализе аристотелевских категорий следует рассмотреть такие понятия, как род, вид, видовое отличие, собственный признак, признак случайный. Эти пять понятий образуют по терминологии Порфирия «пять звучаний». Результат этих логических исследований Порфирия - так называемое «древо Порфирия», представляющее собой пример своего рода пирамиды понятий, в котором посредством дихотомического деления понятий осуществляется восхождение от частного к общему, и наоборот. Существа делятся на телесные и бестелесные, телесные существа делятся на живые и неживые, живые - на чувствующие и бесчувственные, чувствующие - на разумные и неразумные. Разумное существо - это человек, который уже не делится дихотомически, так как образует общность людей, разделяющуюся на отдельных индивидов, - Сократа, Платона и др.
Посидоний	ПОСИДОНИЙ (Poseidonios) (род. ок. 135, Апамея, Сирия – ум. 51 до Р. X., остров Родос) – древнегреч. философ, влиятельнейший мыслитель средней Стой, руководитель основанной Панэцием в Родосе школы, где его слушали Цицерон и Помпеи. Происходил из г. Апамея, который находился в Сирии. Много путешествовал, посетив все Средиземноморье, Египет, Испанию, Англию и другие страны. Во время своих путешествий проводил многочисленные наблюдения за явлениями природы. В сорок лет открыл свою школу в Родосе, которая стала знаменитой. Умер в Риме, отправившись туда, когда ему было уже за восемьдесят. Он оставил после себя много произведений, из которых мало что сохранилось. Полагают, что он был универсальным для своего времени ученым. Будучи философом, естествоиспытателем, математиком, астрономом, географом, историком и этнографом, он создал (сохранившуюся только в отрывках) философско-научную эклектическую систему, которая в центре божественной всеобщей природы помещает человека, дуалистически расколотого на тело и душу (за грехи возвращенную в тело). «Благодаря сочетанию выраженного в яркой форме осмысления действительности с не менее развитым чувством иррационального в мире и человеческой жизни, а также благодаря остроумной и доходчивой форме изложения в своих многочисленных соч. он оказал огромное влияние на чувства и мысли современного ему мира и последующее развитие» (В. Нестле). Произв. Посидония содержатся в «Poseidonius», v. l, Cambridge, 1972. Посидоний оказал огромное влияние на последующую философию, что стало выясняться лишь после значительного периода времени при тщательном изучении философских произведений той и последующих эпох. Тематика работ Посидония самая разнообразная: от естественно-научных проблем до широкого круга философских вопросов. Посидоний уподоблял философию живому существу, в котором физика - кровь и мясо, логика - кости и мускулы, этика - душа. В физике Посидоний придерживался представления, согласно которому мир един, конечен и шарообразен с виду. Надлунный мир активен, а подлунный - пассивен (т.е. природа). Бог, разумная космическая душа, пронизывает весь остальной мир, в силу чего все «устроется умом и провидением». Этот порядок вносится богом не извне, а изнутри. Бог выступает у Посидония как имманентная сила, внутренне присущая миру. Связь между небом и землей, надлунным и подлунным миром Посидоний видит в симпатии, которая выступает как своего рода соответствие, выражающееся в том, что небо - это ведущий элемент, а земля - ведомый (например, влияние Луны и Солнца на приливы и отливы). Посидоний возрождает стоическое учение об астрологическом предсказании будущих событий, которое несколько поколебал Панэций. В этом также, по мнению Посидония, проявляется симпатия. Как и Панэций, Посидоний главную роль в своей системе отводит этике. Высшее благо, по его мнению, принадлежит постижению истины, которая достигается на путях философии. Он превозносит философию, дающую, с его точки зрения, нравственную жизнь человеку. Говоря, что душа человека способна воспринимать все разумное и нравственное, Посидоний повторяет положения Платона о необходимости формировать ту часть души, которая заведует страстями. В своем учении Посидоний соединяет черты платонизма и пифагореизма. Он принимает концепцию о переселении душ. После смерти тела душа, по мнению Посидония, переселяется в надлунный мир и здесь очищается от земных грехов. В высших сферах она существует до того, как мир воспламенится, после этого душа переселяется в новое тело. В этой связи Посидоний развивает учение о демонах, которое получает у него философское обоснование. Учением о демоническом он пытается обосновать существующую в мире текучесть и взаимные переходы. Нет четких граней между человеком и животным, органическим и неорганическим миром, жизнью и смертью, телом и душой, между свободными и рабами, национализмом и космополитизмом, между ощущениями и мышлением, теорией и эмпирией и т.д. Значительный интерес вызывает и историческая концепция Посидония, объединяющая представления Гесиода о золотом веке, который прекратил свое существование и перешел в период вырождения, и представления Демокрита и Эпикура о прогрессе человечества, которое достигло современного уровня цивилизации благодаря науке, технике, искусству. В золотом веке господствовали философы, в век же прогресса человечества роль философии выражается в том, чтобы воспитывать людей на основе законов. Посидоний включает в свои воззрения и учение Гиппократа, утверждавшего, что история человека зависит от климата и почвы. Он также принимает позицию Полибия, считавшего, что человек определяется исторической средой. Концепции Посидония, как и другого стоика, Панэция, часто оценивают как эклектические, соединявшие в себе все лучшее, что содержалось в философских учениях прошлых времен. Действительно, в их воззрениях содержится многое из платонизма и аристотелизма. Их учение часто называют «стоическим платонизмом». Но это не простая эклектика. Это соединение философских положений, которое породило таких великих представителей римского стоицизма, как Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий.
Посошков Иван Тихонович	ПОСОШКОВ Иван Тихонович (1652. с. Покровское Московской губ. -— 1(12).02.1726, Петербург) -- социальный мыслитель-самоучка, экономист. Род. в семье зажиточного крестьянина-ремесленника. Был обучен грамоте, различным ремеслам: монетному, пушкарному и строительному делу, вел в Новгороде широкую предпринимательскую деятельность. В 1697 г. Имел личную аудиенцию у Петра 1. Стал членом его "Ученой дружины", сторонником проводимых им преобразований. Перу П. принадлежит ряд "доношений", проектов и трудов социально-экономического и религиозно-этического характера: "О денежном деле" (1699 1700). "О ратном поведении" (1700- 1701), "Первая записка Стефану Яворскому" (1708), '"Вторая и третья записки" (1708-1710), второе "доношение" царю "О ново-начинающихся деньгах" (1708). В 1708 г. им написано соч. "Зерцало сиречь изъявление очевидное" против раскольников и лютеран, в 1719 г. окончен трактат "Завещание отеческое к сыну". в 1724 г. завершен главный труд —- "Книга о скудости и богатстве". В августе 1725 г. П. за антидворянские политические убеждения, выраженные в этой книге, был арестован и заключен в Петропавловскую крепость, где и скончался. Проекты экономических и административных преобразований, выдвигаемые П., расходились с идеями дворянских идеологов "просвещенного абсолютизма". В своих экономических и социальных взглядах он исходил из того, что "не то царственное богатство, еже в царской казне лежащия казны много... но то самое царское богатство, еже бы весь народ по мерностям своим богат был самым и домовыми внутренними своими богатствами" (Книга о скудости и богатстве. С. 13--14). Производство и торговлю П. считал жизненным нервом государства, защищал интересы отечественной индустрии, с горечью отмечал, что огромные богатства России мало исследованы и плохо используются. Большую роль в стране, по его мнению, должно играть купечество, без к-рого никакое "царство состояти не может". П. рассчитывал при помощи государства достигнуть гражданского мира, экономического преуспевания и "общего блага". Все сословия должны "служить" "царскому интересу" с целью приносить общегосударственную пользу, царь же, со своей стороны, заботясь об "общем благе" — поддерживать все сословия, лишь тогда наступят новые порядки: и богатые, и бедные будут жить между собой в мире. П. выступал за смягчение крепостного права и "упорядочение" его государством. Его идеал — благоустроенная и просвещенная деревня. Вес беды России он видел в потере духовности, в церковном "веротворческом" разладе, в гражданском, "поселянском" (крестьянском), воинском, судейском, купеческом, всеобщем "порочном состоянии". Средствами улучшения жизни П. считал распространение грамотности среди населения, благонравие, благоверие. В этой связи он высоко ставил роль церковнослужителей в об-ве: "Священство -- столп и утверждение всему человеческому спасению". Идеи П. направлены на обоснование идеала гражданина — "достойного человека", сознающего свой гражданский долг, а также таких социальных порядков, при к-рых существуют уважение к личности, нетерпимость к праздности и роскоши. Ему была свойственна вера в то, что разумные указы устранят "неисправы" в государстве, утвердят "прямую правду" и водрузят "любовь и беспечное житие народное". П. защищал прогрессивную идею равенства всех перед законом. Для выработки осн. закона — "Судебной книги" — он рекомендовал создать "общесоветие" с участием представителей от крестьян. Политико-правовые взгляды об-ва представлялись ему как борьба добра со злом, правды с неправдой. Поэтому, предлагая проект реформы судопроизводства, П. соотносил правовые нормы с этическими постулатами православия. Для него характерны опора на народный здравый смысл и философско-богословскую традицию, берущую начало от отцов церкви (особенно Иоанна Дамаскина). В его взглядах прослеживаются элементы своеобразного демократизма и гуманизма, не отрицавшие догматов православия и принципов самодержавного правления. Соч.: Книга о скудости и богатстве и другие сочинения. М., 1951; Зерцало очевидное. Казань, 1895—1900. Вып. 1—2; Завещание отеческое к сыну. Спб., 1893; Сборник писем к митрополиту Стефану Яворскому. Спб., 1900. Лит.: Брикнер А. Иван Посошков. Спб., 1876; Царевский А. А. Иван Тихонович Посошков в истории русского прогресса. Спб., 1883; Он же. Посошков и его сочинения. Обзор сочинений Посошкова, изданных и неизданных со стороны их религиозного характера. М., 1883; Кафенгауз Б. Б. И. Т. Посошков: Жизнь и деятельность. 2-е изд. М.: Л., 1951; История философии в СССР. М., 1968. Т. 1С. 298—301.
Потамон Александрийский	ПОТАМОН (Ποταμών) Александрийский (2-я пол. 1 в до н. э. - нач. 1 в. н. э.), греч. философ, создатель эклектического учения («школы»), сочетавшего разнородные элементы, - главным образом стоические и перипатетические (излагалось в сочинении «Основы» - Στοιχβίωσις). Критериями истины П. считал «ведущее начало» и «четкое представление» (последнее, видимо, тождественно «постигающему представлению» стоиков). Четырьмя «началами» признавал вещество, деятельное начало, качество и место, соответственно «категориям»: «из чего», «благодаря чему», «как» и «где». Конечную цель П. трактовал в перипатетическом духе как совершенство в добродетелях, не исключающее обладания телесными благами (D. L. I 21). Написал комментарий к «Государству» Платона (Suda, s. v. Ποταμών).
Потебня Александр Афанасьевич	ПОТЕБНЯ Александр Афанасьевич (10(22). 09.1835, с. Гавриловка Роменского у. Полтавской губ. — 29.11(11.12).1891, Харьков) — философ, культуролог, лингвист. В 1851 г. П. поступил в Харьковский ун-т на юридический ф-т, затем перевелся на историко-филологический ф-т, к-рый окончил в 1856 г. Сдал магистерский экзамен по славянской филологии и был оставлен при ун-те. В 1862 г. был отправлен для стажировки за границу. Учился в Берлине, где брал уроки санскрита у А. Ф. Вебера. Во время поездок по славянским странам изучал чешский, словенский и сербохорватский яз. До защиты докторской диссертации ("Из записок по русской грамматике", ч. 1 и 2) П. был доцентом, потом — экстраординарным и ординарным проф. по кафедре рус. языка и словесности Харьковского ун-та. На формирование политических воззрений П. большое влияние оказала трагическая судьба его брата — Андрея Потебни — активного члена "Земли и воли", погибшего во время польского восстания 1863 г. Демократические симпатии П., к-рых он не скрывал, служили причиной настороженного отношения к нему со стороны официальных властей. Главный научный интерес П. лежал в сфере изучения соотношений языка и мышления. По П., "язык есть средство не выражать готовую мысль, а создавать ее", т. е. мысль может осуществляться лишь в стихии языка. Слово по своей структуре представляет собой единство членораздельного звука, внутренней формы слова и абстрактного значения. Внутренняя форма слова связана с наиболее близким его этимологическим значением и служит, в качестве представления, каналом связи между чувственным образом и абстрактным значением. Слово с его внутренней формой — это средство "перехода от образа предмета к понятию". Мн. мысли и идеи, высказанные П. в общей форме, легли в основу ряда совр. областей гуманитарного знания. П. был создателем или стоял у истоков рождения исторической грамматики, исторической диалектологии, семиотики, социолингвистики, этнопсихологии. Философско-лингвистический подход позволил ему увидеть в мифе, фольклоре, литературе различные знаково-символические системы, производные по отношению к языку. Так, миф, с т. зр. П., не существует вне слова. Решающее значение для возникновения мифов имела внутренняя форма слова, выступающая посредником между тем, что объясняется в мифе, и тем, что он объясняет. Миф есть акт "объяснения неизвестного (х) посредством совокупности прежде данных признаков, объединенных и доведенных до сознания словом или образом (а)". Большое значение для философских взглядов П. имеют категории "народ" и "народность". Отталкиваясь от идей В. Гумбольдта, П. считал народ творцом языка. Вместе с тем он подчеркивал, что именно язык, раз возникнув, обусловливает дальнейшее развитие культуры данного народа. По П., нигде так полно и ярко не проявляется дух народа, как в его традициях и фольклоре. Именно здесь создаются те ценности, к-рые затем питают профессиональное искусство и творчество. П. сам был неутомимым собирателем рус. и украинского фольклора, много сделал для доказательства единства базовых фольклорно-мифологических сюжетов двух славянских народов. Сформулированная им проблема "язык — нация" получила развитие в трудах Д. Н. Овсянико-Куликовского, Д. Н. Кудрявцева, Н. С. Трубецкого, Шпета. Исследования П. в области символики языка и художественного творчества привлекли в XX в. пристальное внимание теоретиков символизма. Многочисленные переклички с идеями П. содержатся в работах Иванова, А. Белого, Брюсова и др. символистов. Соч.: Из записок по теории словесности (Поэзия и проза. Тропы и фигуры. Мышление поэтическое и мифическое). Харьков, 1905; О некоторых символах в славянской народной поэзии. 2-е изд. Харьков, 1914; Из лекций по теории словесности. 3-е изд. Харьков, 1930; Из записок по русской грамматике. 3-е изд. М., 1958. Т.1—2; Из записок по русской грамматике. 2-е изд. М., 1968. Т. 3; Эстетика и поэтика. М., 1976; Слово и миф. М., 1989. Лит.: Белый А. Мысль и язык (философия языка А. А. Потебни//Логос. 1910. Кн. 2; Он же. Магия слов//Белый А. Символизм как миропонимание. М., 1994. С. 131—142; Булаховский Л. А. А. А. Потебня. Киев, 1952.
Прабхакара	ПРАБХАКАРА (санскр. Prabhakara) — основатель одной из двух школ мимансы (школа прабхакаров), живший в 7 в. и бывший, согласно инд. традиции, старшим современником Кумарила Бхатты, который называл его «гуру», но почти по всем вопросам разошелся с ним, став основателем альтернативной школы. О П. мало что известно, кроме того, что он был уроженцем Кералы (Юж. Индия) и написал два комментария к «Мимансасутра-бхашье» Шабарасвамина: детальный (составленный, однако, в «лапидарном» стиле) «Бри-хати» («Великое истолкование») и популярный «Лагхави» («Краткое истолкование»). Здесь предпринимается попытка превращения мимансы как филос. школы, которой она стала у Шабарасвамина, в «полную систему», включающую учение о категориях, эпистемологию, лингвофилософию, онтологию, космологию и «практическую философию». Принципиальный оппонент буддистов, П., активный участник «индуистского ренессанса», обнаруживает, однако, в ряде немаловажных пунктов их явное влияние. Свою систему категорий П. строит из материалов вайшешики, добавляя к первым ее четырем категориям («субстанция», «качество», «движение» и «общее») четыре новые: «зависимость» (паратантрата), «потенциальность» (шакти), «сходство» (садришья) и «число» (самкхья). Последняя соответствует количеству, в вайшешике отсутствующему, предпоследняя — отношению, «потенциальность» — возможности «вызревания» результата обрядовых действий. Показательно, однако, что он не включает сюда небытие (абхава) — как и буддисты, он отвергает несуществование (которое категоризируется у Кумарилы). Хотя «сходство» у него категоризируется, оно в известном смысле замещает универсалии, коим П., почти как и школа Дигнаги, отказывает в статусе реальных и отдельных от индивидов вещей. В эпистемологии П. известен прежде всего своей концепцией ошибочного познания. Классические примеры свернутой веревки, принимаемой в темноте за змею, или морской ракушки, принимаемой за серебро, истолковываются им как смешение перцепции с воспоминанием. Основной акцент этой концепции — утверждение безусловной истинности познания как такового, в чем П. решительно расходится с буддистами. Расходится он с ними и в трактовке самого восприятия, допуская помимо внерефлектив-ного отражения объекта также и рефлективную стадию, когда воспринимаемое идентифицируется («Это есть то»). В философии языка П. отстаивал позицию, согласно которой значение предложения не сводится к сумме значения составляющих его слов, но содержит большее. Наконец, ему принадлежит трактовка ритуального действия, по существу альтернативная той, которую отстаивал Шабарасвамин. Он считал, что мотивом исполнения предписания должны быть не «плоды» в настоящей или будущей жизни, но совершенно бескорыстная установка на совершение долга ради него самого, которая сопровождается особым «чувством долга», не находящим аналогий во всем спектре «эмпирических» эмоций индивида. Ф.И. Щербатской не был далек от истины, сопоставляя эту позицию с кантовским учением о категорическом императиве. Доктрины П. разрабатывались Шаликанатха Мишрой (10 в.), откомментировавшим его основное сочинение, а также Рамануджачарьей (не ведантист), Бхаванатхой и рядом др. философов, сыгравших весьма важную роль в инд. средневековых контроверсиях. Щербатской Ф.И. Учение о категорическом императиве у брахманов // Сб. Музея антропологии и этнографии при Российской академии наук. Пг., 1918. Т. 5. Вып. 1.
Праксифан	ПРАКСИФАН (Πραξίφάνης) (сер. 4 в. - 1-я треть 3 в. до н. э.), представитель Перипатетической школы, ученик Теофраста (Procl. In Tim. I, 14. 20-21: εταίρος Θεοφράστου). Родился в Митилене на о. Лесбос, жил и учил на Родосе (см.: Clem. Strom. I, 16, 79. 4; Strab. XIV 2, 13). Сохранилась Делосская надпись, датируемая 270/260 до н. э., согласно которой П., сын Дионисифана, был известен как благодетель храма Аполлона Делосского. Возможно, П. учился в Ликее у Теофраста в начале схолархата последнего, т. е. ок. 20-х 4 в., и затем уехал на Родос, где была школа Евдема Родосского (ум. в 300). Теофраст не упоминает имени П. в своем обстоятельном завещании, не называет в ряду членов школьной общины (οι κοινωνοϋντες) (D. L. V 51-57). Между тем встречаются указания на то, что П. был схолархом Перипата (Vita Menag. Aristot., 10; Epiph. De Fide 3, 31-5), которые, очевидно, переносят на Перипат деятельность П. в школе на Родосе. К «Хронологии» Аполлодора восходит информация об учебе Эпикура «у Навсифана и Праксифана» (ар. D. L. X 13 = FrGrH 244 F41; ср., однако, Epic. Fr. 48 Arrighetti), которая расценивается как ошибочная по хронологическим соображениям (П. и Эпикур были приблизительно одного возраста). Знакомство Эпикура и П., во всяком случае, возможно, и могло состояться в связи с основанием Эпикуром философской школы в Митилене, на родине П., в 311/310. Сочинения П. (не сохранились) были посвящены преимущественно литературной критике, в т. ч. исследованию творчества Гомера, Гесиода, Софокла, Платона. Климент Александрийский в «Строматах» отмечает, что П. первым стал именоваться «грамматиком» (γραμματικός) в новом значении этого слова (Strom. 116, 79. 3): исследователь текстов, литератор, в отличие от старого значения - учитель грамоты (см. Praxiph. fr. 8 Wehrli). Имеется свидетельство о сочинении П., в котором описана дружеская встреча Платона и Исократа и их беседа о поэтах (nepl ποιητών, D. L. III 8), a также о полемике между П. и эпикурейцем Карниском о друзьях и дружбе (обсуждался, в частности, вопрос, следует ли друзьям жить вместе), о чем известно по сохранившимся на папирусе из Геркуланума отрывкам из диалога Карниска «Филист» (РНегс. 1027, éd. M. Capasso, см. тж. W. Crönert. Kolotes und Menedemos, 1906, S. 69-72). В сочинении «Об истории» (IJepl Ιστορίας) П., возможно, рассуждал о конкретном характере исторического знания в отличие от общего характера поэзии, развивая идеи 9-й главы «Поэтики» Аристотеля; сочинение с тем же названием было у Теофраста. У Каллимаха Киренского (2-я треть 3 в. до н. э.) было сочинение «Против Праксифана», посвященное вопросам поэтики, в частности эпической поэзии, и полемике с П. о достоинствах героического эпоса в противоположность дидактическому. На основании свидетельства Прокла (In Tim. I, 14, 20-28) известно, что в одном из своих сочинений П. обсуждал стиль и язык сочинений Платона и, в частности, критически отзывался о начальных строках диалога «Тимей» (Tim. 17al), упрекая Платона в искуственности зачина, неоправданности пересчета собеседников Сократом и несогласованном употреблении имен числительных. Эти филологические замечания П. обстоятельно опровергались Порфирием в его комментарии к «Тимею» (см.: Procl. In Tim. I, 14, 28 ел.). Фрагм.: Wehrli, Die Schule IX: Phainias von Eresos. Chamaileon. Praxiphanes, 1969^2, S. 93-100; Praxiphanes. Testimonia, Fragments, -Brink 1946, p. 19—21. Лит.: Brink C. O. Callimachus and Aristotle: an inquiry into Callimachus' ΠΡΟΣ ΠΡΑΞΙΦΑΝΗΝ-CQ 40, 1.2, 1946, p. U-26; Aly W. Praxiphanes, - RE, Bd. 22, 1769-1784; Capasso M. Prassifane, Epicuro e Filodemo. A proposito di Diog. Laert. X 13 e Philod. Poem. VIX, 10-X, \,-Elenchos 5,1984, p. 391^15. См. также общ. лит. к ст. Перипатетическая школа.
Преображенский Василий Петрович	ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ Василий Петрович (1864—1900) — философ, литературный критик, член совета и соредактор журн. "Вопросы философии и психологии". В 1881-1885 гг. учился на историко-филологическом ф-те Московского ун-та. В 1885 г. защитил кандидатскую диссертацию "О реализме Герберта Спенсера". Нек-рое время преподавал философию в Московском ун-те, однако вскоре отказался от преподавательской деятельности и занялся переводом, изданием и пропагандой философских трудов. П. — один из первых членов Московского психологического общества, переводчик, редактор, издатель собр. соч. Лейбница, редактор-издатель "Этики" Б. Спинозы. Его перу принадлежат эссе о теории познания А. Шопенгауэра, философии Ф. Нищие и значительное число статей библиографического характера. Он работал в редакции "Юридического вестника", а также возглавлял библиографический отдел журн. "Русская мысль". П. не создал оригинальной системы, однако его взгляды на различные вопросы жизни и духа, зачастую облеченные в блестящую афористическую форму, представляют интерес. Первый период научной деятельности П. был посвящен изучению трудов представителей позитивистской мысли и их предшественников. Позднее его философские симпатии оказались на стороне мыслителей экзистенциальной ориентации. Достоинство философских учений П. измерял оригинальностью личности автора, раскрывающейся в них. Это обусловило его влечение к тем мыслителям, к-рые выразили свое мировоззрение в лирической форме дневника, афоризма, проповеди: Ницше, Шопенгауэру, Б. Паскалю, С. Кьеркегору. Будучи даровитым филологом, П. практиковал оценку исследуемых им текстов, исходя из их архитектоники. П. вошел в рус. философию как первый исследователь и популяризатор учения Ницше. Научная строгость очерка "Ф. Ницше. Критика морали альтруизма" (Вопросы философии и психологии. 1892. № 15) имела существенное значение для распространения идей Ницше в России (см.: Ницше в России). Учение Ницше П. трактует как жизнеутверждающий гимн, автор к-рого воспринимает философию как глубоко личное дело. Заслугу "художника-мыслителя" он видит в том, что Ницше впервые поставил саму проблему морали, рассмотрев феномен нравственности не с т. зр. исторически преходящих нравственных оценок и воззрений, встав по ту сторону добра и зла. Он высоко ценил разрушительную силу, заложенную в критике Ницше действительности. Сам П. был решительным противником как буржуазного строя жизни и мысли, при к-ром творческая воля людей скована путами косного, незыблемого уклада, так и социалистических тенденций с их идеалом общего, регламентированного благополучия. Имя П., открывшего широкому российскому читателю философию Ницше, воспринималось неотрывно от учения нем. мыслителя. Так, П. стал прототипом Констрицина — главного героя первого в России ницшеанского романа П. Д. Боборыкина "Перевал" (1893). Лит.: Соловьев В. С. В. П. Преображенский. Некролог // Соловьев В. С. Собр. соч. Спб., 1913. Т. 9. С. 428—430; Трубецкой С. Н. Памяти В. П. Преображенского // Вопросы философии и психологии. 1900. № 54. С. 481—501; Котляревский И. Воспоминания о В. П. Преображенском // Там же. С. 501—538; Геръе В. И. Памяти В. П. Преображенского // Там же. С. 731—741; Боборыкин П. Д. О ницшеанстве // Там же. № 55. С. 539—548.
Пригожин Илья Романович	ПРИГОЖИН (Prigogine) Илья Романович (1917– 2003) – бельгийский физик и философ, уроженец Беларуси. В 1977 удостоен Нобелевской премии по химии за работы в области неравновесной термодинамики. Группа исследователей в Брюссельском Свободном ун-те, работающая под его руководством, получила мировую известность как Брюссельская научная школа. С 1959 — директор Международного ин-та физикохимии. С 1967 — директор Центра термодинамики и статистической физики при Техасском ун-те. С 1982 П. — иностранный член АН СССР, член Бельгийской Королевской Академии наук, лит‑ры и изящных искусств. Доказал теорему, названную его именем (1947): при внешних условиях, препятствующих достижению системой равновесного состояния, стационарное состояние системы соответствует минимальному производству энтропии. П. – автор ряда оригинальных концепций философии науки, а также один из основателей нового науч. направления, системы миропонимания, обозначаемого как синергетика (см. Синергетика). Осн. соч.: «От существующего к возникающему. Время и сложность в физических науках» (1985), «Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой» (соавтор – И. Стенгерс, 1986), «Переоткрытие времени» (1989), «Философия нестабильности» (1989), «Познание сложного. Введение» (соавтор – Г. Николис, 1990). С сер. 1940-х гг. работает над проблемами неравновесной термодинамики. П. установил, что процессы, протекающие в системах, далеких от равновесия, могут трансформироваться во временные и пространственные структуры. Система становится чувствительной к своим собственным флуктуациям, которые могут превратиться в фактор, направляющий глобальную эволюцию системы (порядок через флуктуации). Главное внимание уделял изучению того, как диссипация порождает порядок во времени и пространстве. В 1971 была опубликована первая его работа по теории диссипативных структур «Ther-modynamic Theory of Structure, Stability and Fluctuations». Вместе со своими сотрудниками П. разработал упрощенную теоретическую модель для описания феномена самоорганизации, который можно наблюдать за порогом химической нестабильности. Эта модель была названа брюсселятором в соответствии с именем Брюссельской научной школы, где она была изобретена. Уравнения реакции-диффузии составляют ядро математической модели, первоначально предназначенной для описания определенного типа химической нестабильности и образования временных структур (осцилляции процессов во времени) — химических часов. Наиболее известный пример такого рода нестабильности — реакция Белоусова — Жаботинского, открытая в нач. 1960-х гг. От конкретной модели сложного поведения в химии П. продвигается к глубоким мировоззренческим обобщениям о смене научной парадигмы и радикальных изменениях в видении мира. Эволюционная парадигма охватывает всю химию, а также существенные части биологии и социальных наук. Происходит открытие нового мира необратимости, внутренней случайности и сложности. П. развивает философию нестабильности. Особое внимание он уделяет рассмотрению проблемы времени, происхождению стрелы времени, природе необратимости. Сущность происходящей в наши дни научной революции состоит, с его т. зр., в том, что современная наука о сложном опровергает детерминизм и настаивает на том, что креативность проявляется на любом уровне природной организации. Природа содержит нестабильность как существенный элемент, как правило, имеет место не единичная бифуркация, а целые каскады бифуркаций, в результате которых возникают новые макроструктуры, поэтому мы не можем предсказать, что произойдет; будущее открыто. Это означает, что даже фундаментальные естественные науки становятся науками историческими, в них появляется темпоральный, нарративный элемент, наступает «конец определенностей». Мир находится в становлении, участниками которого являемся мы сами. Мы призваны вести диалог с природой, тем самым человеческая креативность встраивается в креативность природы в целом. Мы живем в эпоху флуктуации и бифуркаций, когда индивидуальные действия являются существенными. Поэтому конец определенностей в науке означает начало особой ответственности человека за судьбы природы и человечества. Николис Г., Пригожин И. Самоорганизация в неравновесных системах. М., 1979; Пригожин И, От существующего к возникающему. Время и сложность в физических науках. М., 1985; Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. М., 1986; Пригожин И. Переоткрытие времени // Вопросы философии. 1989. № 8; Николис Г., Пригожин И. Познание сложного. М., 1990; Пригожин И. Философия нестабильности // Вопросы философии. 1991. № 6; Пригожин И., Стенгерс И. Время, хаос, квант. М., 1994; В поисках нового мировидения: И. Пригожин, Е. и Н. Рерихи. М., 1991; Prigogine I. La fin descertitudes. Paris, 1996.
Принцгорн Ханс	ПРИНЦГОРН (Prinzhorn) Ханс (род. 8 июня 1866, Гемер, Вестфалия – ум. 14 июня 1933, Мюнхен) – нем. психиатр и психолог. Пытался использовать теоретические результаты, достигнутые Л. Клагесом, для исследования и психиатрического изучения личности, но при этом смягчил то резкое разделение души и духа, которое провел Клагес. Принцгорн дал набросок общей биоцентрической философии истории и культуры. Осн. произв.: «Bildnerei der Geisteskranken», 1922; «Um die Persцnlichkeit», 1927; «Charakterkunde der Gegenwart», 1931; «Persцnlichkeitspsychologie», 1932.
Пристли Джозеф	ПРИСТЛИ (Priestley) Джозеф (род. 13 марта 1733, Филдхед, Йоркшир – ум. 6 февр. 1804, Нортамоерленд, Пенсильвания, США) – англ, теолог и философ; известен также как физик и химик (ему принадлежит открытие кислорода, 1771). Вместе с Хартли является основателем ассоциативной психологии, которую он в гораздо большей мере, чем Хартли, обосновывал с помощью физиологии; представления и волевые решения сводил к мозговым колебаниям и рассматривал психологию как физику нервной системы. Осн. психологическое произв. – «Hartleys theory of human mind on the principles of the association of ideas», 1775.
Продик Кеосский	ПРОДИК (Πρό8ίκος) Кеосский (после 470 - после 399 до н. э.), др.-греч. софист, активно участвовал в политической жизни своего города и выполнял дипломатические поручения, сочетая эту деятельность с преподаванием и произнесением показательных речей. П. подолгу находился в Афинах, читая лекционные курсы; встречался с Сократом, что нашло отражение в диалогах Платона («Протагор», «Хармид», «Лахет», «Менон», «Евтидем»). П. сыграл важную роль в становлении древнегреческой науки о языке, добиваясь точного разграничения значений синонимов (П. называл свой предмет учением «о правильности имен», ορθότης ονομάτων, DK84 А 11; 16), что послужило важным толчком как для филологических занятий (составление словарей, истолкование художественных произведений), так и для уточнения и развития философской терминологии (Pfeiffer, S. 60-62); крайности стремления П. зафиксировать за каждым синонимом строго определенную семантику пародируются в «Протагоре» (337а-с) и других платоновских диалогах. Согласно Александру Афродисийскому (А 19 DK), эти занятия П. предвосхищают характерные для стоиков попытки придать каждому из синонимов искусственное значение, соответствующее родо-видовой классификации понятий. Обнаруженное в сочинении Дидима Слепого положение П. о невозможности противоречия (ουκ eoriv avriXeymv), сторонником которого был также Протагор, а впоследствии Антисфен, показало, что П. интересовался логикой (Binder, Leisenborghs): синонимика могла служить при этом в качестве средства демонстрации, что слова, значение которых обычно считалось идентичным, в действительности имеют различную референцию, и т. обр. противоречие оказывается мнимым. Влияние характерной для П. тенденции к точному разграничению значений в древности обнаруживали в речах, которые вложил в уста исторических персонажей Фукидид (А 9). Надежных свидетельств того, что П. занимался также этимологией, нет; указание Галена о новшествах П. в медицинской терминологии (В 4) подразумевает лишь, что он стремился избежать терминов, этимология которых могла вести к неверному истолкованию обозначаемых ими понятий (см. Берлинский, с. 170-172). Нет оснований и приписывать П. натуралистическую теорию языка, т. е. учение о необходимой связи между словом и вещью, якобы противоположное по характеру конвенционализму Демокрита (с. 118-119). О натурфилософских воззрениях П., содержавшихся в его сочинении «О природе человека» (В 4, упоминается также сочинение «О природе», В 3) практически ничего не известно. В «Облаках» (Aristoph. Nub. 360 = А 5) Аристофан вывел П. как «метеорософиста», возможно, намекая на его натурфилософские интересы. Учение П. о происхождении религии является попыткой рационалистического объяснения того, что в греческой религии присутствует почитание природных явлений, однако неизменно в форме антропоморфных или зооморфных существ. Согласно свидетельству Секста Эмпирика (Sext. Adv. math. IX 18 = В 5), люди сначала стали почитать благотворные для них Солнце и Луну, реки и источники, а также обожествили хлеб в качестве Деметры, вино - Диониса, огонь - Гефеста, а также другие полезные предметы и явления. Согласно стоику Персею (apud Philod. De piet., PHerc. 1428, col. II—III), П. признавал наряду с более ранним обожествлением «питающих и приносящих» пользу предметов и явлений также более позднюю стадию возникновения религии: обожествление «первых изобретателей», которые принесли людям блага цивилизации (см. Nestle 1908, S. 556 слл.; Henrichs 1975, p. 115-122), тем самым предвосхищая раннеэллинистические учения Гекатея Абдерского и Евгемера. П. использовал при этом укоренившееся в традиционной религии (начиная с 7-6 вв.) представление о «богах-первооткрывателях», чтобы доказать, что само представление об антропоморфных богах возникло из поклонения людям, облагодетельствовавшим человечество, причем впоследствии их земная природа оказалась забытой. По-видимому, обожествление благ цивилизации играло у П. роль промежуточного звена между поклонением природным силам и верой в антропоморфных богов, объясняя, как вера в божественность природных сил, основанная на чувстве благодарности, была перенесена на блага, проистекающие от природы, но освоенные человеком лишь по мере развития цивилизации (огонь, виноградная лоза, хлеб), а затем на открывателей этих благ. Сохранившиеся примеры (обожествление хлеба как Деметры, вина как Диониса, огня как Гефеста, Sext. Adv. math. IX 18), подразумевают, что в качестве дополнительного объяснения веры в антропоморфных богов П. использовал распространенное в греческой поэзии метонимическое употребление имен этих божеств вместо предметов, находящихся в их ведении, и ошибочно истолковал это обыкновение как реликт эпохи, когда имена богов служили апеллативами, обозначавшими хлеб и вино (Nestle 1975, 353, возражения против использования П. подобной метонимии: Henrichs 1975, 110 п. 64; 114 п. 77; 1984, 143 п. 16, объясняются неверным пониманием пассажа Секста Эмпирика о переносе названий изобретений на их изобретателей). П., вероятно, полагал, что использование названий этих предметов в качестве имен их «открывателей» было связано с забвением их первоначального значения (ср. сходную гипотезу, что слово «Зевс» некогда служило обозначением неба, а затем было неправильно истолковано как имя антропоморфного божества, у Демокрита, fr. 580; 581 Luria, см. Берлинский, с. 114-116). Затем, очевидно, были по аналогии персонифицированы и природные силы (Солнце, Луна, реки). Эпикур относит П. вместе с Критием и Диагором к атеистам, полностью отрицающим существование богов (Philod. De piet. I, 19, 519-541 Obbink = Epic. De nat. [27. 2] Arrighetti). Согласно тенденциозному свидетельству Филодема (De piet. PHerc 1428 fr. 19, текст плохо сохранился), П., утверждая, что традиционные боги греческой религии представляют собой обожествленные плоды земли и другие полезные для жизни предметы и явления, отрицал существование богов и наличие у них знания о человеческих делах (Henrichs 1976; 1984, 140-141; ср.: Henrichs 1975, 107-109). Указание Епифания (Epiph. Panar. 507, 1-2 Holl = Dox. Gr. p. 591, 15-16 Diels), что П. называл богами 4 традиционных элемента, а также Солнце и Луну, может восходить к описанию развития религиозных представлений у П., но не исключено, что оно отражает убеждения самого П. Упоминания П. в античных «каталогах атеистов» объяснимы его отрицанием существования традиционных богов и их участия в человеческих делах. Свидетельство, согласно которому П. связывал происхождение таинств (подразумеваются Элевсинские мистерии) с благами, проистекающими от сельского хозяйства, и полагал, что отсюда происходит и само понятие о боге (Themist. Or. 30, p. 422 Dindorf = В 5), представляет собой, очевидно, резюме того же учения, рассматриваемого, однако, на этот раз в положительном свете. П., по-видимому, подчеркивал значение открытия сельскохозяйственных культур в развитии человечества от дикости к цивилизованной жизни (ср. Min. Fei. Octav. 21,2); но привлечение других источников для реконструкции подробностей этого учения (Хеп. Оес. 5, 4 sq.; Themist. Or. 30, 349В sq., см. Nestle 1936; Idem 1942, S. 355-356) покоится на ненадежных основаниях. Толкование Деметры и Диониса как земли и вина и рационалистическое объяснение одного из сказаний о Дионисе путаницей близких по значению слов в «Вакханках» (ст. 272-297), возможно, отражает, влияние П. (Гаврилов, ср. Henrichs 1975, р. ПО п. 64). Предположение некоторых ученых (Graf 1974, S. 36-39; Henrichs 1984) о влиянии П. на элевсинские хвалы Деметры (5-4 вв.) и перечни деяний Исиды в эллинистическом Египте («ареталогии», 2-1 вв.) сомнительно: совпадение «изобретений» Деметры и Исиды с тем, что известно об учении П., тривиально; напротив, само религиозно окрашенное представление о божестве-первооткрывателе не имеет, по существу, ничего общего с учением П., отрицающего божественность древних благодетелей человечества. Учение о двух стадиях развития религии было заимствовано у П. стоиком Персеем (Min. Fei. Octav. 21,2, ср. Philod. De piet. PHerc. 1428, col. II—III = DK84 В 5 = S VF 1448), который, вероятно, принимал последовательность, противоположную П.: вначале обожествление «первых изобретателей», а затем полезных для жизни явлений (Cic. Nat. D. I 38; Min. Fei. Octav. 21,2). П. принадлежит популярное уже в древности аллегорическое повествование «Геракл на распутье»: Добродетель и Порок в виде женщин соответствующей внешности убеждают юного Геракла избрать их путь, и Геракл выбирает Добродетель (см. Хеп. Mem. II 1, 21-34). Эту притчу пародирует Аристофан в «Облаках» (889-1104). Сохранилось пессимистическое высказывание П. о том, что человеческая жизнь неизбежно исполнена многих страданий ([Plat.] Axioch. 366c -369b) и положение о «безразличности» для счастья обладания богатством и других «внешними» благами ([Plat.] Eryx. 397c - 398е). Примеры синонимов П. в значительной мере указывают на этическую тематику (в частности, различные обозначения удовольствия, А 13; 14; 17; 19). Фрагм. и свид.: DK II, 308-319 (рус. пер. Маковелъский А. О. Софисты. Вып. 1-2. Баку, 1940-1941); I sofisti: Testimonialize е frammenti. Fase. II, ed. M. Untersteiner. Fir., 1961^2; Philodemus. On Piety. Pt. I. Critical text with commentary, ed. D. Obbink. Oxf., 1996. Лит.: Nestle W. Bemerkungen zu den Vorsokratikern und Sophisten, - Philol 67, 1908, 5. 531-581; Idem. Die Hören des Prodikos, -Hermes 71, 1936, S. 151-170 (repr. Sophistik. Hrsg. v. С J. Classen. Darmst., 1976. S. 425-451); Idem. Vom Mythos zum Logos: Die Selbstentfaltung des griechischen Denkens. Stuttg., 1942 (1975^2); Fritz K. von. Prodikos von Keos, - RE, Hbd. 23.1957, Sp. 85-89; Binder G., Leisenborghs L. Eine Zuweisung der Sentenz ουκ Ιστιν avriXeyecv an Prodikos von Keos, - MusHelv 23, 1966, p. 37-43 (repr. Sophistik. Hrsg. v. C. J. Classen, S. 452-462); Graf F. Eleusis und orphische Dichtung Athens in vorhellenistischer Zeit. В., 1974; Henrichs A. Two Doxographical Notes: Democritus and Prodicus on Religion, - HSCP 79, 1975, p. 93-123; Henrichs A. The Atheism of Prodicus, - CronErc 6, 1976, p. 15-21; Pfeiffer R. Geschichte der klassischen Philologie: Von den Anfängen bis zum Ende des Hellenismus. Münch., 1978. 1990; Willink С. W. Prodikos, «Meteorosophists» and the «Tantalos» Paradigm, - CQ n.s. 33, 1, 1983, p. 25-33; Henrichs A. The Sophists and Hellenistic Religion: Prodicus as the Spiritual Father of the Isis-Aretalogies, - HSCP 88,1984, p. 139-158; Kuntz M. The Prodikean «Choice of Herakles» a Reshaping of Myth, - CJ 89, 2, 1994, p. 163-181; Kerferd G. В., Flashar H. Die Sophistik, - GGPh, Antike 2. 1, 1998, S. 58-63, 128-129 (лит.); Берлинский А. Л. Античные учения о возникновении языка. СПб., 2006; Гаврилов А. К. Рождение Диониса и рационалистическая апологетика (Eurip. Bacch. 286-297), - Язык и стиль памятников античной литературы (Philologia classica. Вып. 3). Л., 1987, с. 18-31.
Продик из Юлиды	ПРОДИК ИЗ ЮЛИДЫ на о-ве Кеос софист времен Сократа, младший современник Протагора; придал софистическим положениям этически-религиозный оттенок; занимался проблемами языкознания и заложил основы синонимики, т.е. распознавания и различения родственных по смыслу слов. Продику также приписывают аллегорический рассказ «Гераклит на распутье», где изображается душевная борьба героя-полубога при выборе между суровой дорогой добродетели и пестрой дорогой порока.
Прокл Диадох	ПРОКЛ Диадох (род. 410, Константинополь – ум. 485, Афины) – древнегреч. философ, глава афинской неоплатоновской школы, «великий схоласт» античности, при котором неоплатонизм достиг своего последнего расцвета. Прокл дал четкую разработку осн. неоплатоновского понятия эманации (истечение, новое объединение, возврат к единому, к Богу) и уже отличал интеллектуальное (априори) от интеллигибельного (трансцендентного). Он населил промежуточное между Богом и человеком царство ангелами, господами (архонтами) и демонами. Его этика требует углубления в первоединое. Оставил большое литературное наследие, в котором значительное место занимают комментарии к диалогам Платона и «Началам» Евклида. Произведения Прокла содержат богатую историко-философскую информацию. В своем сочинении «Богословское элементарное учение» Прокл дает своего рода энциклопедическое изложение неоплатонизма, всей его системы. Осн. произв. Прокла – «Теологическое учение об элементах» – сыграло значительную роль в эпоху средневековья. Кроме того, он написал многочисленные комментарии к диалогам Платона и к Евклиду, в предисловиях к которым описывается деятельность платоновских Академий. Прокл развивает дальше концепцию Ямвлиха о триадическом построении предмета и всего мира. Триадический принцип построения всего существующего в мире Прокл проводит последовательно во всех областях - в сфере философии, мифологии, мантики. Триада Прокла состоит из трех моментов: 1) пребывание в себе; 2) выступление из себя, т.е. эманация из своих пределов, при которой происходит переход от единства к множеству; 3) возврат обратно в себя, переход от множества к единству. Исходя из своей триады, Прокл рассматривает основные категории неоплатонизма: Единое, Ум, Душу. Единое Прокл, как и Ямвлих, расчленяет на безусловно непознаваемое Единое, и Единое, содержащее множественность. Ум у него также подразделяется на три ступени: Ум мыслимый, т.е. пребывающий в себе, интеллигибельный; Ум мыслящий, т.е. собственно Ум, интеллектуальный; Ум, возвращающийся к самому себе, интеллигибельно-интеллектуальный . Душа у Прокла также подвергается триадическому делению на души божественные, демонические и человеческие. Все эти триады имеют у Прокла дальнейшие подразделения на триады. Во многом Пробел повторяет Ямьлиха, но есть и некоторые особенности. Для Прокла материя выступает как эманация триады, которая образовалась смешением предела и беспредельного. Она не выступает выражением зла. Зло же возникает из конфликтов, которые порождаются взаимоотношением благих сущностей. Прокл последовательно проводит при объяснении развития объектов принцип эманации, т.е. развертывания всего многообразия из единства и последующего обратного свертывания многообразия в единство. Концепция триады Прокла - предшественница гегелевской триады, однако она не имела того содержательного значения, какое было вложено в нее Гегелем. Поэтому прокловская диалектика имела чисто формальный характер. Прокл - последний античный мыслитель, внесший значительный вклад в развитие философии. Его учениками и последователями были Дамаский и Симпликий. Симпликий (умер. в 549 г.) стал известен своими комментариями к сочинениям Аристотеля. Он пытался соединить платонизм и аристотелизм. После Прокла платоновская Академия существовала недолго. В 529 г. император Юстиниан специальным декретом запретил преподавание греческой философии и закрыл платоновскую Академию в Афинах. Последние семь преподавателей Академии эмигрировали в Персию. Через несколько лет им было разрешено вернуться на родину, но без права преподавать и распространять свои воззрения. На смену античной философии пришло христианство.
Протагор из Абдеры	ПРОТАГОР из Абдеры (род. 480, Абдеры – ум. 410 до Р. X., был изгнан из Афин за свое соч. «О богах», по дороге случайно утонул) – древнегреч. философ. Протагор – известнейший из софистов, он сам называл себя «софистом и учителем людей», ученик Демокрита, один из родоначальников софистики как направления в древнегреческой философии. Полагают, что он сказал: «О богах я не знаю ни того, сколько их существует, ни также того, существуют ли они вообще». Главное положение его философии: «Человек есть мера всех вещей – сущих в их бытии и несущих в их небытии» (т. н. Homo – mensura – положение). Поэтому невозможна всеобщезначимая истина. Для одного и того же человека никогда одно и то же не бывает истинным раз и навсегда, в различное время, ибо «тот же» человек становится др. человеком. В этом смысле все «относительно». «Протагор» – название одного из соч. Платона, в котором речь идет о поучительности добродетели и ее единстве. Многие годы вёл жизнь странствующего «учителя мудрости», неоднократно посещал Афины, был другом Перикла и написал по его поручению проект гос. устройства общеэллинской колонии Фурии. П. был обвинён в «нечестии» и изгнан афинянами из города, а книги его сожгли на площади за высказывание, к‑рым он начал св. соч. «О богах»: «О богах я не могу знать, есть ли они, нет ли их, потому что слишком многое препятствует такому знанию, – и вопрос тёмен, и людская жизнь коротка». П., по‑видимому, мало интересовался т.н. метафизич. проблемами. Он утверждал, например, что душа – это всего лишь чувства. По свидетельству Диогена Лаэртского, П. был первым, кто ввёл в употребление сократический способ беседы и стал брать плату за обучение. Диоген также писал, ссылаясь на других авторов, что «Государство» Платона почти всё входит в состав соч. П. «Противоречия», о к‑ром, впрочем, больше ничего неизвестно. П. принадлежит положение, одно из самых значительных в истории философии, к‑рым начиналось его соч. «Истина»: «Человек есть мера всех вещей, существующих, что они существуют, и несуществующих, что они не существуют» (т.н. «homo‑mensura»). С тех пор этот тезис стал предметом критики и многочисленных обвинений П. в субъективизме, но более или менее основательного возражения так и не было выдвинуто. Действительно, любое отрицание тезиса лишь подтверждает его истинность, поскольку отрицающий выступает при этом в роли той же «человеко‑меры», определяющее значение к‑рой он отрицает. При восприятии явлений, согласно Протагору, все зависит от конкретного человека: «Каким что является мне, таким оно верно для меня, а каким тебе - таким - для тебя» (так пишет о Протагоре Платон). Этот релятивизм у Протагора распространялся и на религию: «О богах я не могу знать ни того, что они есть, ни того, что их нет, ни как они выглядят, ибо много препятствий знанию: и неявленность предмета, и краткость человеческой жизни».
Прудон Пьер Жозеф	ПРУДОН (Proudhon) Пьер Жозеф (род. 15 янв. 1809, Безансон – ум. 19 янв. 1865, Париж) – франц. философ, социолог, экономист, теоретик анархизма. Прудон был противником коммунизма – «абсурдной идеологии», «возвеличения государства», «сообщества зла и тирании», «религии нищеты», «философии нищеты». [Последнее выражение – подзаголовок его гениального в смысле прогнозов двухтомного произв. «Система экономических противоречий, или Философия нищеты» («Systeme des contradictions economiques, ou Philosophie de la misere», t. 1-2, 1846) – стало знаменитым, к сожалению, благодаря убогому ответу Маркса в его книге «Нищета философии», 1847.] В своей философии, «философии труда», Прудон пытался всюду на место буржуа поставить рабочего. Если бы были уничтожены два деспота – деньги и цена, – то могли бы образоваться свободные группы и объединения, которые начали бы жить в гармонии друг с другом, в справедливости и взаимности (отсюда название его системы – «мутуализм», от лат. mutuus – взаимный). В его произ. «Что такое собственность?» (1840, рус. пер. 1907) имеется известный ответ на этот вопрос: «Собственность – это кража». Осн. произв. Прудона изданы в сборнике под ред. Г. Соломона «Proudhon und Sozialismus», 1920, а на рус. яз. отдельные его работы: «Война и мир», т. 1-2. М., 1864; «Бедность как экономический принцип». М., 1908.
Псевдо-Дионисий Ареопагит	ПСЕВДО-ДИОНИСИЙ АРЕОПАГИТ (Dionisios Areopagi-tus, т.е. член Ареопага, древней судебной коллегии в Афинах) — христианский мыслитель 5 или нач. 6 в., представитель поздней патристики. Трактаты и послания П.-Д. А. написаны от имени персонажа новозаветных «Деяний апостолов» — образованного афинянина 1 в., обращенного в христианство проповедью апостола Павла; но первое известие о сочинениях П.-Д. А. связано с религиозным собеседованием между православными и монофиситами в Константинополе в 533. Фразеология и стилистика П.-Д. А., бытовые реалии, упоминаемые им в контексте символических истолкований, наконец, следы прямого использования текстов Прокла, выявленные в кон. 19 в. Г. Кохом и Й. Штигльмайром, — все это в совокупности не позволяет датировать «Ареопагитический корпус» («Corpus Areopagiticum»), как его принято называть в науке, ранее втор. пол. 5 в.; некоторые дополнительные данные указывают на сирийскую среду. Ш.И. Нуцубидзе и (независимо от него) Э. Хонигман предложили идентифицировать П.-Д. А. с монофи-ситским церковным деятелем и мыслителем Петром Ивером, уроженцем Иверии (вост. Грузии), епископом Маюмы (близ Газы); высказывались и др. гипотезы (авторство Севера Антиохийского, круг Иоанна Скифопольского и т.п.), ни одна из которых, однако, не обрела общего признания. «Корпус» включает 4 трактата («О небесной иерархии», «О церковной иерархии», «О божественных именах», «Таинственное богословие») и 10 посланий; развиваемая в них доктрина — высшая точка христианского неоплатонизма. Усвоив и развив неоплатонические представления о безусловной неопределимости и неописуемости Бога (апофатическая теология — тема «Таинственного богословия») и об условной возможности восходить к богопознанию по иерархической лестнице аналогий (катафатическая теология — тема «О божественных именах»), П.-Д. А. связал онтологию неоплатонизма (и порожденное этой онтологией учение о символе) с социальной проблематикой; доктрина о «церковной иерархии» непосредственно подстраивается у П.-Д. А. к доктрине о «небесной иерархии». При этом в отличие от мистического историзма Августина (церковь как «град Божий») образ церкви у П.-Д. А. как идеального человеческого сообщества, находящегося в согласии с законами универсального бытия, предельно статичен: это иерархия людей, непосредственно продолжающая иерархию ангелов, отражение чистого света в чистых зеркалах, передающих луч друг другу, стройный распорядок церковных «таинств» (описываемых как «посвящения», при помощи лексики античных языческих мистерий); к.-л. драматизм и противоречия полностью отсутствуют. Символизм в истолковании всего сущего, эстетически переживаемая картина мира как иерархии света оказали всеобъемлющее влияние на всю средневековую эстетику (в т.ч. на теорию света и символа у Сугера, воплощенную в художественной практике готического искусства, поэзию Данте — «Рай», и др.). Учение П.-Д. А. получило официальное признание в византийском православии первоначально благодаря его интерпретации Максимом Исповедником. Его влияние испытали Иоанн Дамаскин, Григорий Пала-ма и противник Паламы Варлаам Калабрийский, позднее Максим Грек и др. др.-рус. мыслители. На Западе «Ареопагитический корпус» стал известен с 9 в.; к нему писали комментарии многие мыслители Средних веков и Возрождения, в т.ч. Фома Аквинский и М. Фичино, сильное влияние его идей испытали Иоанн Скот Эриугена и Николай Кузанский. Patrologiae cursus completus. Series I. T. 3. La hierarchie celeste, Paris, 1970; в рус. пер. — О божественных именах. Буэнос-Айрес, 1957; в кн.: Антология мировой философии. М., 1969. Т. 1.4.2. Скворцов К.И. Исследование вопроса об авторе сочинений, известных с именем св. Дионисия Ареопагита. Киев, 1871; Нуцубидзе Щ. Тайна Псевдо-Дионисия Ареопагита. Тбилиси, 1942; Он же. Петр Ивер и проблемы ареопагитики. Тбилиси, 1957; Хомигман Э. Петр Ивер и сочинения Псевдо-Дионисия Ареопагита. Тбилиси, 1955; Данелиа С.И. К вопросу о личности Псевдо-Дионисия Ареопагита // Византийский временник. М.; Л., 1956. Т. 8; Roques R. L'univers dionysien. Paris, 1954; Pepin J. Univers dionysien et univers augustinien. Aspects de la dialectique. Paris, 1956; Vanneste J. Le Mystere de Dieu. Essai sur la structure rationelle de la doctrine mystique du Pseudo-Denys LAreopagite. Bruges, 1959.
Пселл Михаил	ПСЕЛЛ Михаил, Заика (род. 1018, Константинополь – ум. 1078 или 1096, там же) – визант. философ, самый значительный систематизатор визант. философии, который в период господства философии аристотелизма высоко оценил Платона и тем самым подготовил почву для более позднего платонизма визант. философии. Его соч. напечатаны в книге Минье «Patrologie», I, v. 122 (18571866).
Птолемей аль-Гариб	ПТОЛЕМЕЙ (Πτολεμαίος) аль-Гариб (предположительно 4-5 вв. н. э.), составитель биографии Аристотеля и каталога его сочинений, известный по арабским источникам. Аль-Кифти в своем «Словаре философов» сообщает, что «Птолемей-аль-Гариб» («неизвестный Птолемей») - это греческий философ, которого не следует путать с Птолемеем, автором «Альмагеста», а также что его сочинение было адресовано некоему «Галлу» (возможно, тождествен Галлу, брату имп. Юлиана). Сочинение П. было известно неоплатоникам (ср. Elias. In Cat. 107,13, где он именуется «Филадельфом», Olymp. Proleg. 13,14, Jo. Philop. In An. Post. 36, 4), к нему восходят сохранившиеся анонимные жизнеописания Аристотеля, известные как Vita Marciana, Vita Vulgata (обе на греч.) и Vita Latina (все 5 в. н. э.), сирийские жизнеописания Аристотеля и арабская биографическая традиция (Ибн ан-Надим, аль-Кифти, аль-Мубашшир, Усайбия), знавшая перевод П., выполненный, вероятно, Исхаком ибн Хунайном (кон. 9 в.). Арабский текст каталога опирается на более ранний сирийский перевод, выполненный уже непосредственно с греческого оригинала. Этим оригиналом, согласно сообщению самого П. во вступительной части к своей работе, был каталог Андроника Родосского, включавший ок. 1000 названий сочинений Аристотеля и Теофраста. Каталог (πίναξ) Π. представляет собой сокращение каталога Андроника примерно в десять раз, если судить только по количеству упоминаемых названий произведений. У П. перечислены почти все дошедшие до нас произведения Аристотеля под известными сегодня названиями и с указанием традиционного количества книг (в отличие от названий, указанных в каталоге Гермиппа, приведенного у Диогена Лаэртия в книге пятой). В каталоге П. нет только «Поэтики» и «Метафизики». По отвергнутой ныне гипотезе некоторых ученых (W. Christ, J. Lippert), П. аль-Гариб тождествен Птолемею Хенну (1-я пол. 1 в. н. э.), о котором мало что известно; возможно он, в свою очередь, тождествен Птолемею, упоминаемому у Порфирия (см. V. Plot. 20, 49, вместе с перипатетиком Аммонием назван ученейшим мужем своего времени) и Секста Эмпирика (Adv. math. I 60, полемика с Дионисием Фракийским в связи с определением грамматики). По мнению Дюринга, отождествление П. аль-Гариба и Птолемея Хенна недопустимо, и автор биографии - гораздо более поздний александрийский неоплатоник. Лит.: Moraux P. Les Listes anciennes des ouvrages d'Aristote. Louvain, 1951; During I. Aristotle in the Ancient Biographical Tradition. Göteb., 1957: 208-211; 221-224; 241-246; 469-476; Idem. Ptolemy's Vita Aristotelis rediscovered, - Palmer R. В., Hamerton-Kelly R. (edd.). Philomathes: Studies and Essays in the Humanities in memory of Philip Merlan. The Hague, 1971, p. 264-269; Plezia M. De Ptolemaei Vita Aristotelis, - Wiesner J. (hrsg.). Aristoteles Werk und Wirkung. Bd. 1. В.; Ν. Υ., 1985, S. 1-11; Gutas D. The spurios and authentic in the Arabic Lives of Aristotle, - Kraye J. (ed.). Pseudo-Aristotle in the Middle Ages. L., 1986, p. 15-36.
Птолемей Клавдий	ПТОЛЕМЕЙ КЛАВДИЙ (Πτολεμαίος о Κλαύδιος, ΆλεξανΒρενς) (ок. 100-170 н. э.), греческий ученый и философ; работал в Александрии. Сведений о его жизни не сохранилось. Считается, что его основные произведения созданы во времена правления имп. Антонина Пия (138-161). Сочинения. П. был автором обширного корпуса сочинений, включавший труды по астрономии, гармонике, астрологии, оптике, географии, хронологии и теории познания. На греческом языке сохранились: астрономический трактат «Альмагест» в 13 кн., наиболее известное произведение П.; трактат «О фазах неподвижных звезд и собрание их знамений», «Готовые [астрономические] таблицы и расчеты», «Гармоника» в 3-х кн., учебник по астрологии «О влиянии созвездий» (Αποτελεσματικά), известный также под названием «Четверокнижие» («Тетрабиблос»); «Гипотезы о планетах» (Υποθέσεις των πλανωμένων) (сохранились не полностью), «Руководство по географии» (Γεωγραφική ύφήγησις) в 8-ми кн. (кн. 4—8-я сохр. не полностью), «Музыка», трактат «О критерии и ведущем начале», а также авторский список открытий П. В переводе с арабского дошли: «Оптика», «Планисфера» и «Аналеммы» (по геометрии сферы). По свидетельству Симпликия, П. написал также «Об элементах» (Περί των στοιχείων, Simpl. In De Caelo 20, 10 Heib.) и «О [трех] измерениях» (Περί διαστάσεως, Ibid. 9, 21; ср. Eustrat. In Ε. Ν. 322, 4 Heylbut: П. рассуждал о теле как трехмерно протяженном в длину, ширину и глубину). Труды П. стали предметом изучения и комментирования уже в Античности. Сохранились комментарии на «Альмагест» математиков Паппа Александрийского (ок. 320) и Теона Александрийского (ок. 370), комментарий неоплатоника Порфирия на «Гармонику» и его же «Введение в «Четверокнижие» Птолемея» (комментарии на «Четверокнижие» Порфирия и Прокла утрачены). «Альмагест». Традиционное название «Альмагест» представляет собой арабизированную транскрипцию («Альмаджисти») оригинального греческого названия трактата: ή ματεματικη σύνταξις («Математическое сочинение»). Своим трактатом П. продолжает традицию, которую можно возвести к трудам по астрономии академика Евдокса Книдского. Ближайшим источником «Альмагеста» послужил трактат Гиппарха Никейского (2 в. до н. э.), который П. дополнил материалами собственных наблюдений и теоретическими новшествами. 1-я книга «Альмагеста» содержит основные принципы его учения, в т. ч.: о кругообразном вращении небосвода и шарообразной форме Земли, которая помещается в центре мира (геоцентризм); о том, что Земля не перемещается в пространстве и пр. В пользу геоцентризма П. приводит ряд аргументов - как чисто теоретических, так и основанных на наблюдении (в частности, о неподвижности Земли свидетельствует, по П., то, что брошенное вертикально вверх тело падает на то же самое место). Геоцентрическая модель космоса, изложенная в «Альмагесте», оставалась наиболее влиятельной вплоть до работ Николая Коперника (16 в.), обосновавшего гелиоцентризм. Содержание книг «Альмагеста»: в 1 и 2-й кн. собраны сведения по сферической астрономии; в 3-й кн. излагается теория видимого годичного движения Солнца, обсуждаются даты равноденствий, продолжительность года и т. д.; 4-я кн. посвящена теории движения Луны и вопросу о продолжительности синодического месяца; в 5-й говорится о конструировании некоторых приборов, напр., астролябии, и продолжается изучение теории движения Луны; 6-я кн. посвящена теории солнечных и лунных затмений; содержание 7-й и 8-й книг составляет «Каталог звезд» П. - описание свойств и характеристик более 1000 звезд, рассматривается движение сферы звезд и т. п.; кн. 9-13 содержат теорию движения планет (Сатурна, Юпитера, Марса, Венеры и Меркурия). Для истории астрономии большое значение имела созданная П. теория эпициклов, сменившая представление о равномерно вращающихся вокруг Земли гомоцентрических небесных сферах (теория, разработанная Евдоксом и Каллиппом и принятая в космологии Аристотеля). Руководство по астрологии в 4-х кн. «Тетрабиблос» («Четверокнижие») было написано П. после «Альмагеста». Современные издатели принимают, что оригинальным названием произведения было «О влиянии созвездий» ÇΑποτελεσματικά), которое ранее считалось названием отдельного произведением, и отказываются от заголовка Τετράβιβλος. Первые две книги руководства посвящены общей астрологии, влиянию звезд на человечество, страны и расы; третья и четвертая книги - влиянию звезд на отдельных людей и составлению индивидуальных карт рождения (генетлиалогическая астрология). Статус основного пособия по астрологии «Тетрабиблос» утратил с появлением «Введения в астрологию» Павла Александрийского (рубеж 5-6 вв.). «Гармоника» (Αρμονικά) П., посвященная теории музыки (исследование звуков и их сочетаний и т. п.), - наиболее обстоятельная из всех известных греческих работ по данной теме. Большую историко-научную ценность представляют цитируемые П. утраченные произведения своих предшественников. В 1-й кн. П. много внимания уделяет обсуждению и критике двух основных античных музыкальных теорий - пифагорейцев и Аристоксена; свою задачу П. видит в построении такой теории, в которой чувственное восприятие и разум не вступали бы в конфликт (ту же позицию он занимает и в трактате «О критерии»). Небольшой трактат «О критерии и ведущем начале» (Περί κριτηρίου καΐ ηγεμονικού, лат. De judicandi facultate et animi principatu) представляет интерес для истории эллинистической философии и эпистемологии. В 1-й части трактата (De jud. fac. 1-12 Lammert) содержится обзор познавательных способностей души, описывается различие чувственного восприятия и разума. В специальном разделе, посвященном научной терминологии (4, 2—6), П. пишет, что ученый должен использовать для предварительного описания фактов слова обыденной речи, в их общепринятом значении, и только после того, как предмет будет вполне изучен, в своих определениях он должен обратиться к более точной терминологии, иногда, возможно, используя необычные выражения или предлагая новые (подробнее см. Берлинский 2006). Во 2-й части (13-16) П. рассматривает связь тела и души, локализацию различных познавательных способностей в телесных органах, опираясь в своем изложении на учение и терминологию перипатетиков, эпикурейцев и особенно стоиков. Π. утверждает, что тело и душа взаимодействуют в едином организме и говорит о душе как «смешанной» с теми местами тела, которые выполняют те или иные функции. Чувственное начало души получает воздействие через посредство органов восприятия и преобразует полученные данные в форму представления (φαντασία) и передает уму. Ум воспринимает сообщаемые чувственной душой представления, задействуя способности мышления и суждения (την 8ιανοητικην και κριτικην ενεργειαν). Чувственная способность судит только о том, что она сама испытывает (та πάθη), но не судит о вещах (τα υποκείμενα), ум же судит о том, что поступает ему от чувства в форме представления, и о самих вещах. Без чувства ум был бы слеп, но по отношению к чувствам именно он властитель, в нем заключена память, начало действия и понимания (13, 7—17). Критерий истины П. определяет как принцип, согласно которому выносится суждение о том или ином предмете. Состав критического суждения предполагает предмет суждения (το κρινόμενον), инструмент (το 8с' ου κρίνεται), способ суждения (το ω κρίνεται) и цель вынесения суждения (ου ένεκεν ή κρίσις). Напр., предмет суждения - некая величина, инструмент - единица измерения (локоть или фут), способ измерения - наложение или сопоставление, цель - размер величины. «Руководство по географии» замечательно в первую очередь не фактическими данными, а заложенными в нем математическими принципами картографирования. П. продолжил традицию математической «теоретической» географии Эратосфена и Гиппарха, с которой разошелся Страбон, предложив нарративную «практическую» географию. В труде П. местоположение 8000 пунктов на планете описано географическими координатами: широтой и долготой. «География» П. приобрела особое влияние в эпоху Возрождения, когда в начале 15 в. греческий подлинник был переведен Джакомо Анджело на латынь и в 1477 издан в Болонье (к началу 17 в. - еще 31 издание); первое издание греческого подлинника принадлежит Эразму Роттердамскому (1523). Благодаря ошибке П., распространившего Азию слишком далеко на Восток, Христофор Колумб надеялся доплыть до нее через Атлантику гораздо быстрее, однако в ходе своего плавания открыл на пути к Азии новый материк - Америку. Соч.: Claudii Ptolemaei Opera quae exstant omnia. Ed. J. L. Heiberg. Vol. I—III. Lpz., 1898-1903, 1961^2; 1) Ptolemy s Almagest. Tr. and annot. by G. J. Toomer. L., 1984; Клавдий Птолемей. Альмагест. Пер. И. H. Веселовского. M., 1998; 2) «Гармоника»: During I. (ed.). Die Harmonielehre des Klaudios Ptolemaios. Göteb., 1930. N. Y.; L., 1980; Barker A. Greek Musical Writings. Vol. 2. Harmonie and Acoustic Theory. Camb., 1989; 3) Hübner W. (ed.). Claudii Ptolemaei Opera. Vol. Ill, 1. 'АпотеХеи^атша. Stuttg., 1998 (ВТ); Клавдий Птолемей. Математический трактат, или Четверокнижие, I—II. Пер. Ю. А. Данилова, -Знание за пределами науки. Сост. И. Т. Касавин. М., 1996, с. 92-133; 4) «О критерии»: De judicandi facultate et animi prineipatu. Ed. F. Lammert, - Claudii Ptolemaei Opera... Vol. III, 2, 1961^2, p. 3-25; Claudius Ptolemy. On the Kriterion and Hegemonikon. Ed. by Liverpool-Manchester seminar on ancient Greek Philosophy (text and transi.), - Huby P., Neale G. (edd.). The Criterion of Truth: Essays in Honour of G. Kerferd. Liverpool, 1989, p. 179-230. Античные комментарии 1) к «Альмагесту»: Rome A. (ed.). Commentaries de Pappus et de Théon d'Alexandrie sur Γ Almageste. T. 1-2. 1936; 2) к «Гармонике»: During I. (hrsg.). Porphyrios Kommentar zur Harmonielehre des Ptolemaios. Göteb., 1932. 1980; 3) к «Введению в Четверокнижие»: Porphyrii Introductio in Tetrabiblum Ptolemaei. Ed. A. Boer, S. Weinstock. Brux., 1940, p. 187-228 (CCAG V, 4). Лит.: Long A. A. Ptolemy «On the Criterion»: An Epistemology for the Practicing Scientist, - Dillon J., Long A. (edd.). The Question of «Eclecticism». L., 1988, p. 176-207; Jones A. Ptolemy's First Commentator, - TAPhS 80, 1990; Barker A. Reason and perception in Ptolemy's «Harmonics», - Harmonia Mundi. Ed. by R. Wallace, B. MacLachlan. R., 1991, p. 115 ел.; Idem. Ptolemy's Pythagoreans, Archytas, and Plato's conception of mathematics, -Phronesis 39, 2, 1994, p. 113-135; Pingree D. The Teaching of the «Almagest» in Late Antiquity, -Apeiron 27,4, 1994, p. 75-98; Берлинский А. Л. Античные учения о возникновении языка. СПб., 2006, с. 297-306 (гл. VI, § 3: «Эпикур о второй стадии возникновения языка и учение Птолемея»).
Пуанкаре Жюль Анри	ПУАНКАРЕ (Poincare) Жюль Анри (род. 29 апр. 1853, Нанси – ум. 17 июля 1912, Париж) – франц. математик и философ; один из последних универсалистов, оставивший свой след практически во всех областях физико-математического знания; профессор в Париже (с 1886). П. принадлежат пионерские труды в области теории дифференциальных уравнений (в т.ч. построение качественной теории дифференциальных уравнений), теории автоморфных функций, топологии и др. Основополагающий характер носят также его труды по небесной механике, изучению теплопроводности, теории потенциала, электромагнитных колебаний и др. В работе «О динамике электрона» (1905) им были даны основы специальной теории относительности. Специально занимался вопросом о происхождении научных принципов. Математика, согласно Пуанкаре, является творением духа, покоящимся на молчаливо принятом соглашении, т.е. на произвольной системе знаков, принятой для изображения реальных связей (конвенционализм). Принципы физики являются свободными принятиями духа: они ни истинны, ни ложны, но удобны и лишь соответствуют тем опытам, в которых они будут развиваться. Пуанкаре провел, в частности, четкое различие между теорией и гипотезой. Философия Пуанкаре имеет антиматериалистическую и антимеханистическую направленность. П. — автор ряда работ по философии науки: «Наука и гипотеза» (1902), «Ценность науки» (1905), «Наука и метод» (1908), «Последние мысли» (посмертно — 1913), составленных из статей и докладов, прочитанных им на научных и филос. конгрессах. Книги П. помимо чисто профессионального вызывали и широкий общественный интерес, что объяснялось не только высоким мастерством изложения существа научных проблем, но и предпринятым в них пересмотром мировоззренческих и методологических оснований классической науки. П. — инициатор и участник ряда широких дискуссий начала 20 в., имевших методологический характер (спор логицистов и интуиционистов, проблема статуса математики в составе физического знания, конвенция и ее роль в научном познании и др.). В работах П. по философии науки нашли свое освещение и развитие многие общие проблемы научного познания: взаимоотношение математики и опыта, математики и логики, значение гипотез и конвенциональных соглашений в естественно-научном познании, проблема объективности научного познания и др. С особой полнотой и тщательностью были разработаны им методологические аспекты проблемы относительности движения. Осн. произв. опубликованы на рус. яз.: "Наука и гипотеза». СПБ, 1906; «Ценность науки», 1906; «Математика и логика», в сб.: Новые идеи в математике, вып. 10, 1915.; Избр. труды. М., 1971-1974. Т. 1-3; О науке. М., 1983.
Пуаре Пьер	ПУАРЕ (Poiret) Пьер (род. 15 апр. 1646, Метц – ум. 21 мая 1719, Рюйнсбург, близ Лейдена) – франц. философмистик. Сначала был последователем Декарта, а затем совершенно отошел от картезианского рационализма и пришел к мистике, развивавшейся под влиянием философии Якоба Бёме. Осн. произв.: «Cogitationes rationales de Deo, anima et malo», 1677.
Пуфендорф Самуэль	ПУФЕНДОРФ (Pufendorf) Самуэль, настоящая фамилия Фрайхерр (род. 8 янв. 1632, Дорфхемниц – ум. 26 окт. 1694, Берлин) – нем. правовед и историограф, профессор естественного и народного права в Гейдельберге, Лунде (Швеция), затем придворный историограф в Стокгольме и Берлине. Находясь под влиянием Гуго Гроция и Гоббса, Пуфендорф придал естественному праву ясную и доступную изучению форму. Подобно естественному нравственному закону, естественное право покоится на божественной воле, но, несмотря на это, должно быть выведено из разума. Право обусловливается потребностью в блаженстве и стремлением к самосохранению. И хотя фиктивное «естественное состояние» не было войной всех против всех (как утверждает Гоббс), но оно было неустойчивым состоянием, для уничтожения которого люди и закладывают основы прочного государства (теория договора). Его учение служило обоснованием государственного абсолютизма того времени. Осн. произв.: «De jure naturae et gentium», 1672; «De officio hominis et civis juxta legem naturalem», 1673. В произв. «Du habitu christianae religionis ad vitam civilem» (1687) Пуфендорф выступает за свободу вероисповедания.
Пушкин Александр Сергеевич	ПУШКИН Александр Сергеевич (26.05 (6.06).1799, Москва — 29.01(10.02). 1837, Петербург) — поэт, прозаик, историк, публицист, создатель совр. рус. литературного языка как основы развития самобытной национальной культуры, воплотивший в своих соч. ее важнейшие особенности. Наследие П. оказало большое воздействие на рус. философскую мысль XIX—XX вв., темы к-рой были во многом развитием пушкинского понимания человека, его свободы и творчества, философии рус. истории и культуры. В Царскосельском лицее П. слушал лекции Куницына, Галича, изучал логику, эстетику, нравственную философию, здесь он увлекся просветительством XVIII в. Влияние просветительства, включавшее элементы республиканизма и "площадного вольнодумства" (А. И. Тургенев), было впоследствии преодолено П. Ранний романтизм ("Руслан и Людмила", "Цыганы", "Бахчисарайский фонтан", "Кавказский пленник") сменился преобладанием реалистической тенденции, что выразилось в создании П. масштабных картин рус. действительности ("Евгений Онегин") и истории ("Борис Годунов"). Вышеславцев в кн. "Вечное в русской философии" (1955), уделяя особое внимание П. как мыслителю, представил поэта певцом свободы (вольности). П., по его мнению, выразил "всю многозначительность свободы, все ее ступени": от стихийной, природной, гражданской и правовой до высшей, духовной, "свободы пророческого слова, не боящегося ни царства, ни священства". Однако вольность П. не была повторением ни революционной проповеди Радищева, ни политического радикализма декабристов. Человек должен быть свободен, считал он, "в пределах закона, при полном соблюдении условий, налагаемых обществом". Осуждение тирании, отстаивание прогрессивных изменений существующего строя П. мыслил "без насильственных потрясений политических, страшных для человечества". В его "Путешествии из Москвы в Петербург" (1833—1835) рассказчик путешествует в обратном радищевскому порядке и излагает иной образ мыслей. Течение, поднявшее П. на вершину рус. культуры, соединяло в себе различные потоки — от древнерус. летописей, былин и сказаний до Ломоносова, Жуковского и Карамзина и от Шекспира и Мольера до Вольтера, Гёте и Байрона. Энциклопедические знания П. в области рус. истории, по оценке Ключевского, "сделали бы честь любому ученому-историку". Без них было бы немыслимо написание "Истории Пугачева", "Арапа Петра Великого", "Капитанской дочки", "Полтавы". Для П. характерно целостное и объективное восприятие рус. истории: она состоялась так, как состоялась, и негодование, осуждение ее "неправильного" хода или, напротив, восторги в ее оценке неуместны. П. не отрицает, в определенных пределах, роль провиденциального фактора в делах человеческих. Однако "провидение не алгебра", в истории, согласно П., невозможна формула: "Иначе нельзя было быть". Ум историка "не пророк, а угадчик", ибо невозможно предвидеть роль случая в ходе исторических событий ("Наброски третьей статьи об "Истории Русского Народа" Н. А. Полевого, 1830—1831). П. считал, что объяснение рус. истории требует "другой формулы", нежели история христианского Запада. Здесь он близок к Чаадаеву. Однако конечные выводы у П. и Чаадаева совершенно разные. Получив от Чаадаева оттиск его "Философического письма", П. написал автору письмо, содержавшее более тонкий и перспективный анализ отечественной философии истории. Высокую оценку этого письма дал Гершензон, показавший, что если бы из всего наследия П. до нас дошли только эти строки, то и этого "было бы достаточно, чтобы признать его замечательнейшим человеком тогдашней России" (Грибоедовская Москва. П. Я. Чаадаев. Очерки прошлого. М., 1989. С. 190). Если первое из "Философических писем" Чаадаева содержало аргументы в пользу принципиального разделения истории России и Запада, использованные впоследствии западничеством, то П. утверждает, что при всем ее своеобразии история России есть пример служения не частным, а всеобщим европейским интересам и особенно это проявлялось "в тот момент, когда человечество более всего нуждалось в единстве" (в период нашествия Орды, во время наполеоновских войн и т. д.). Даже трагические переломы истории, к-рые, казалось, ставили Россию вне Европы (татаро-монгольское нашествие), П. истолковывал в духе ее высокого христианского предназначения: "Варвары не осмелились оставить у себя в тылу порабощенную Русь и возвратились на степи своего востока. Образующееся просвещение было спасено растерзанной и издыхающей Россией" ("О ничтожестве литературы русской", 1834). В записке "О народном воспитании" (1826), адресованной императору, П. предвосхитил позднейшую мысль Гоголя о необходимости налаживания в нашей стране россиеведения. Он предлагал учреждение специальных кафедр — рус. истории, статистики и законодательства, целью к-рых должно было бы стать широкое изучение России, подготовка молодых умов, "готовящихся служить отечеству верою и правдою". П. признавал самобытность рус. культуры, ибо "климат, образ правления, вера дают каждому народу собственную физиономию". Особое внимание поэт уделял исследованию рус. языковой "стихии, данной нам для сообщения наших мыслей", ратуя за максимальное использование всех языковых выразительных средств. Он считал (в отличие от А. С. Шишкова) малоперспективным занятием конструирование философских терминов-славянизмов, отыскание славяно-рус, эквивалентов латино-греческим метафизическим понятиям. Поскольку "метафизического языка у нас вовсе не существует", то в области "учености, политики и философии" отнюдь не зазорно использовать терминологию иностранного происхождения. П. критиковал многочисленные язвы и грехи России, кому бы они ни принадлежали, в т. ч. представителям царствующего дома Романовых: "азиатское невежество", обитавшее при дворе (о допетровской эпохе), "жестокая деятельность деспотизма", "ничтожность в законодательстве", "отвратительное фиглярство в сношениях с философами" (об Екатерине II). В то же время П. не терпел "безумных и несправедливых" нападок на отечество. По его словам, можно понять, если не оправдать предвзятость тех европейцев, кто не хочет "любить ни русских, ни России, ни истории ее, ни славы ее"; в целом отношение Европы к России всегда было "столь же невежественно, как и неблагодарно". Но нельзя прощать "клеветников России", особенно ту категорию людей, к-рая в ответ на "русскую ласку" способна "клеветать русский характер, мазать грязью священные страницы наших летописей, поносить лучших сограждан и, не довольствуясь современниками, издеваться над гробами праотцев" ("Опыт отражения некоторых нелитературных обвинений", 1830). Нападки на праотцев П. воспринимал как оскорбление народа, нравственного достоинства нации, составлявшего основу патриотизма. А. А. Блок, считая, что "лучшие наши художники были мыслителями и философами", отводил П. особое место в этой плеяде. Особенное значение имеет П. как вдохновитель всех поколений рус. философов, разрабатывавших тему национального своеобразия рус. мысли начиная с 30-х гг. XIX в. Белинский стоит у истоков традиции, представляющей поэта ярчайшим выразителем рус. характера, его национально своеобразных и общечеловеческих устремлений: "Пушкин был выразителем современного ему мира, представителем современного ему человечества, но мира русского, но человечества русского" ("Литературные мечтания", 1834). Эту традицию продолжил Григорьев, к-рому принадлежит знаменитое высказывание "Пушкин — наше все" (т. е. не только художественный гений, но и выразитель "всех общественных и нравственных наших сочувствий"). Достоевский в своей речи на пушкинском празднике в 1880 г. провозгласил на примере творчества П. тезис о всемирной отзывчивости рус. культуры. Он был направлен на преодоление идейного противостояния славянофильства и западничества и послужил основой для последующего развития жанра русской идеи всеми его разработчиками, от Соловьева до Бердяева, так или иначе обращавшимися к идее духовного универсализма, воплощенной в творчестве П. Особую позицию в отношении к "всемирной отзывчивости" занял К. Н. Леонтьев, считавший, что Достоевский абсолютизировал пушкинскую "всемирную любовь" к человечеству, отрицая т. обр. самобытность рус. культуры. Отношение к П. было важным пунктом полемики представителей нигилизма и почвенничества в 60-е гг. XIX в. В противоположность Григорьеву и его последователям, представлявшим соч. П. эталоном высокого творчества и христианской любви, Писарев объявил П. "знаменем неисправимых романтиков и литературных филистеров". Творчество П. рассматривается также в качестве основы для преемственной связи между золотым и серебряным веками рус. литературы и гуманитарной культуры XIX и нач. XX в. (Пушкин в русской философской критике. Конец XIX — первая половина XX в. М., 1990. С. 6). В этот период поэзия П., особенно его стихотворение "Пророк" (1826), стала непременным компонентом художественно-философских дискуссий, характерных для религиозно-философского возрождения нач. XX в. и нашедших продолжение в послеоктябрьском зарубежье. Большинство их участников соглашались с тезисом о религиозном гуманизме П., обосновывая его по-разному. Мережковский утверждал о сочетании языческого и христианского начал у П.; Булгаков писал о "софийности" его поэзии; В. Н. Ильин, вслед за Вяч. Ивановым и А. Белым, раскрывал тему борьбы "аполлонического" и "дионисийского" в творческом наследии поэта. Специально посвятили П. свои произв. также Зеньковский, И. А. Ильин, Федотов, П. Б. Струве, Флоровский. Наиболее интенсивными и обширными были исследования о П., принадлежавшие перу Франка, к-рый высказал актуальную и поныне мысль о необходимости реконструкции "феноменологии пушкинского духа" и создании "толкового "философского" словаря" П. Соч.: Поли. собр. соч.: В 17 т. М.; Л., 1937—1959. Лит.: Белинский В. Г. Статьи о Пушкине // Поли, собр. соч. Т. 7. М„ 1955; Киреевский И. В. Нечто о характере поэзии Пушкина //' Критика и эстетика. М., 1979; Григорьев А. А. Взгляд на русскую литературу со смерти Пушкина // Соч.: В 2 т. М., 1990. Т. 2; Достоевский Ф. М. Пушкин; Объяснительное слово по поводу печатаемой ниже речи о Пушкине // Поли. собр. соч.: В 30 т. Л., 1984. Т. 26; Леонтьев К. Н. О всемирной любви // Собр. соч. М., 1912. Т. 8; Франк С. Л. Пушкин как политический мыслитель. Белград, 1937; Асмус В. Ф. Эстетика Пушкина // Знамя. 1937. № 2; История эстетической мысли: В 6 т. М., 1986. Т. 3 С. 344—350; Волков Г. Н. Мир Пушкина. М., 1989; Малинин В. А. Пушкин как мыслитель. Красноярск, 1990.
Пфайль Ханс	ПФАЙЛЬ (Pfail) Ханс (род. 26 марта 1903, Фрейбург, Саксония) – нем. философ и теолог, профессор в Мюнстере и Гамбурге; представляет прогрессивное направление в неосхоластике. Критиковал философию и 20 век. Осн. произв.: «J. М. Guyau und die Philosophie des Lebens», 1928; «Der Psychologismus im englischen Empirismus», 1934; «Der Mensch im Denken der Zeit», 1938; «Grundfragen der Philosophie im Denken der Gegenwart», 1949; «Friedrich Nietzsche und die Religion», 1949; «Existentialistische Philosophie», 1950.
Пфендер Александр	ПФЕНДЕР (Pfдnder) Александр (род. 7 февр. 1870, Изерлон – ум. 18 марта 1941, Мюнхен) – нем. философ, феноменолог, работавший в области логики и психологии. Человек, по Пфендеру, является триединством тела, души и духа. Жизнь – постоянное включение себя в бытие. Человеческий дух есть душа, возвращающаяся к самой себе. Все сущности и идеи устремляются ввысь, вслед за человеческим духом, и требуют от него помощи. Осн. произв.: «Logik», 1921; «Zur Psychologie der Gesinnung», 1922-1930; «Grundprobleme der Charakterologie», 1924; «Phдnomenologie des Wollens», 1901; «Die Seele des Menschen», 1933; «Philosophie der Lebensziele», 1948.
Пшивара Эрих	ПШИВАРА (Przywara) Эрих (род. 12 окт. 1889, Катовице – ум. ?) польск. католич. теолог и религиозный философ. Пытался, применив современные средства мышления, представить экзистенциалистскую философию и томистскую диалектику в качестве синтеза августинианства и кантианства; в этих целях он использует также философию Кьёркегора. Пшивара также ввел в употребление понятие «христ. существование» в строго церковном смысле и стремился разработать понятие «героическое». Осн. произв.: «Religionsphilosophie der katholishen Theologie», 1926; «Gott», 1926; «Das Geheimnis Kierkegaards», 1929; «Kant heute», 1930; «Analogia entis», 1932; «aehristliche Existenz», 1934; «Heroisch», 1936; «Crucis Mysterium», 1939; «Summula», 1952; «Gesprдch zwischen den Kirchen», 1957.

---

email: KarimovI@rambler.ru

Адрес: Россия, 450071, г.Уфа, почтовый ящик 21